Взгляд
22 января, суббота  |  Последнее обновление — 00:20  |  vz.ru
Разделы

Мира с Западом у нас нет и не будет

Дмитрий Ольшанский
Дмитрий Ольшанский, публицист
Сознание тяготеет к цельности восприятия. Враг должен быть глупым, уродливым, бездарным, таким, что даже и непонятно, как он вообще состоялся в качестве врага. Подробности...

Запретите депутатам играть в танчики

Игорь Караулов
Игорь Караулов, поэт, публицист
Юродство в политике ради пиара – давняя традиция, заложенная ещё Жириновским. У нас был некий консенсус, что несколько больших оригиналов в каждом составе парламента должно присутствовать. Подробности...
Обсуждение: 14 комментариев

От глобализации пора переходить к глокализации

Олег Степанов
Олег Степанов, учредитель АНО «Большая Земля»
Мы видим мир через глобалистские очки общества потребления. Глядя через них, мы видим картину мира, в которой невозможно равномерное расселение людей, и локальное всегда проиграет глобальному. А если снять эти очки? Можно ли строить мир иначе? Подробности...
Обсуждение: 10 комментариев

Британия с помощью авиации завозит тонны оружия на Украину

Накануне на Украину прибыла очередная партия международной технической помощи от Великобритании. В этот раз ВС Украины были предоставлены новые легкие противотанковые средства. Стороны указывают на исключительно оборонительное предназначение оружия
Подробности...

Обвиняемый в терроризме Порошенко вернулся в Киев

Экс-президент Украины Петр Порошенко вернулся в Киев из-за границы. Ожидалось, что бывший глава государства, которого подозревают в госизмене, будет арестован прямо в аэропорту. Но Порошенко прошел через погранкордоны, хотя и не без инцидентов
Подробности...

Циклон завалил снегом Южно-Сахалинск

В Южно-Сахалинске третий день продолжаются обильные снегопады из-за сильного циклона. Уже выпала месячная норма осадков. Власти города ввели режим чрезвычайной ситуации. Коммунальщики работают в круглосуточном режиме. На расчистку улиц брошена не только спецтехника, но и военные
Подробности...
19:59
собственная новость

Российским школьникам покажут маршрут «Золотое кольцо» по Ярославской области

В Ярославскую область в рамках национального проекта «Культура» приедут 1300 школьников, победители олимпиад, учащиеся школ искусств и кадетских корпусов со всей России. Посещение городов Переславля-Залесского, Ярославля, Ростова предусмотрено маршрутом «Золотое кольцо. Александр Невский».
Подробности...
20:27

В Марий Эл открыли новое здание государственной филармонии

В Йошкар-Оле прошло торжественное открытие нового здания Марийской государственной филармонии имени Якова Эшпая, до этого работники филармонии 39 лет располагались в пристрое.
Подробности...
21:12

В Оренбурге легендарная «Катюша» вернулась в парк «Салют, Победа!»

В Оренбурге на музейную вахту после полной реставрации вернулась легендарная БМ-13, которую в годы войны солдаты прозвали «Катюшей». Вместе с другими экспонатами боевая машина была полностью отреставрирована.
Подробности...

    Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
    НОВОСТЬ ЧАСА: Рябков указал на следование США сформулированной Россией повестке

    Главная тема


    Медведи и волки начали оккупацию Прибалтики

    «разумный выход»


    Источник объяснил, почему Поклонская не поехала в Кабо-Верде

    гипотетический сценарий


    Зеленский заявлением об оккупации Харькова устроил панику в городе

    «не доводить до предела»


    Кадыров объяснил инцидент в Нижнем Новгороде с женой экс-судьи ВС Чечни

    Видео

    угроза байдена


    Как россиянам защититься от запрета долларовых операций

    переговоры о гарантиях


    Чем Россия еще может давить на США

    грандиозный провал


    Демократы взбунтовались против Байдена

    Бывший президент Украины


    Американцы спасли Порошенко от «сталинщины»

    под угрозой закрытия


    Цены на газ убивают украинскую экономику

    романтик средневековья


    Иван Иванюшкин: Подвиг Флоренского защитил нас всех

    тотальный кризис


    Олег Степанов: От глобализации пора переходить к глокализации

    нет войне


    Игорь Караулов: Запретите депутатам играть в танчики

    на ваш взгляд


    Добьется ли Россия на переговорах уступок со стороны НАТО?
    Татьяна Шабаева

    Жизнь после литературы

    Татьяна Шабаева
    журналист, переводчик
    17 марта 2016, 10:20

    Когда мне было четырнадцать лет, я знала, как надо преподавать литературу в школе. Свободная беседа, думала я. Нужна свободная беседа о книжках, где учитель только направляет ее течение. Слова «модератор» я тогда не знала, а то бы решила, что учитель – это просто модератор.

    Литература и в самом деле лишилась духовного значения, на которое уповает патриарх

    Прошли годы, и я узнала, что многие светлые головы современной педагогики не ушли дальше четырнадцатилетней меня. Что в столицах существуют целые кандидаты наук, которые доказывают ровно это: главное – заинтересовать книжками, побудить о них говорить, а что учащийся в них вычитает – это его дело. Лично его, ничье более – свобода интерпретаций.

    И еще я узнала, как неизмеримо много в этой беседе зависит от учителя. От того самого «просто модератора».

    Я знаю, что есть учителя – например, Лев Соломонович Айзерман, с которым имею честь быть знакомой, – которые и в свободной беседе силой своей личности могут задать такую высокую планку, до которой тянуться и тянуться. Но Айзерман никогда не говорил, что читать должно быть легко и приятно, а если нелегко и неприятно, то можно не читать.

    И никогда не указывал, что всякое произведение можно толковать как угодно. Планку он ставил, исходя из внутреннего канона бескомпромиссности и высокой порядочности. А если этого нет?

    Тогда есть все, что бывает обычно.

    Литература как хребет нации умерла, потому что мы не видели смысла в том, чтобы иметь хребет (фото:Владимир Песня/РИА Новости)

    Литература как хребет нации умерла, потому что мы не видели смысла в том, чтобы иметь хребет (фото: Владимир Песня/РИА «Новости»)

    Когда патриарх Кирилл учреждает Общество русской словесности и публика разделяется на тех, кто рад, что там не предполагается никакой идеологии, и тех, кто бдительным оком следит, как бы туда не прокрались мельчайшие частицы идеологии, – я думаю о том, что все это не имеет смысла. Зачем вообще нужно ОРС? Чтобы разговаривать на обещанной «нейтральной площадке»?

    Ну вот – уж начали разговаривать: полу-утка о том, что некий протоиерей хочет «исключить из школьной программы» три рассказа, мусолилась куда более увлеченно, чем вся большая новость о создании ОРС.

    Фото: facebook.com/tatiana.shabaeva

    Те самые словесники, которые бестрепетно рассуждают о том, что пора бы исключить из школьной программы «Войну и мир» – «все равно никто не читает», ввиду малой возможности, что какой-то «мракобес» посягнет на краешек их вотчины, – пришли в сильнейшее возбуждение.

    И тут я вынуждена сделать признание, которое дается очень нелегко. Я более не верю в воспитательную или объединяющую функцию русской классической литературы. И я именно потому не верю, что имела возможность наблюдать учителей-словесников в их натуральном противостоянии: на общих собраниях, где были представлены лагеря «прогрессоров» (с опорой на ВШЭ) и «консерваторов» (с опорой на АССУЛ). Приходится сказать, что такой самолюбивой глухоты, такого дешевого ерничанья и такого неуважения к ближнему своему я не наблюдала никогда.

    А ведь они-то читали «Войну и мир». Они Достоевского прочли и небось «Евгения Онегина» могут цитировать главами. Но само по себе это ничему не помогает. Не в том дело, что дети не читают русскую классику. А в том, что нынче непонятно, зачем ее читать.

    Мы как-то трогательно полюбили соцопросы. Вот и доцент департамента интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ Любовь Борусяк провела большой опрос среди российских старшеклассников, чтобы узнать их отношение к школьной программе, выяснить, что и как они читают, – а значит (следите за руками), и будут читать.

    Подростку, находящемуся в самом центре педагогического раздрая и сознательного слома традиции, предлагается самому построить себе программу. Что-то внести, что-то выкинуть. Подросток – это ведь не мракобес в рясе, это свободная личность, он может принять такое решение на том простом основании, что ему приятно и интересно.

    Классика, по мысли ВШЭ, десакрализуется, но поскольку свято место пусто не бывает, что-то, наоборот, сакрализуется – вот хотя бы соцопрос, мнение четырнадцатилетних, пусть оно сумбурно, и даже в исследованиях Борусяк при более подробном ознакомлении можно найти иллюстрацию для абсолютно любой точки зрения.

    Но литература и в самом деле лишилась духовного значения, на которое уповает патриарх: как уже сказано выше, можно быть читателем классики и притом конформистом, шулером, себялюбцем и лицемером – это обычное дело. Можно даже не научиться понимать читаемые тексты – да и зачем учиться их понимать, если свобода интерпретаций?

    В таких местах у не любящего много букв читателя обычно лопается терпение, и он восклицает: «Эй, автор! Ты не темни, чего сказать-то хотел? Литературу запретить?!» Специально для таких пытливых умов сформулирую свою позицию прямо.

    Я очень хочу, чтобы мы наконец перестали бегать от слова «идеология» и притворяться, что запрет на идеологию идеологией не является. Я мечтаю, чтобы преподавание литературы в школе было подчинено не поиску удовольствия и лучшего соответствия уровню развития четырнадцатилетних, а важнейшей идеологической задаче, какую могу представить: созиданию русской гражданской нации.

    С этой целью я действительно перетряхнула бы школьный канон, значительно усилив в нем позиции Лескова и Салтыкова-Щедрина, Добролюбова заменила бы Розановым, к чему-то подошла бы иначе. Например, в «Войне и мире» с этой точки зрения очень важна линия Денисова, которому пришлось пойти на должностное нарушение, чтобы его солдаты не умерли с голоду...

    Но если бы даже каким-то великим чудом мне дали выполнить желаемое – это был бы лишь малый краешек необходимой огромной работы: у нас нынче попросту нет сколько-нибудь много учителей-словесников, готовых и способных к созиданию русской гражданской нации. В большинстве они даже не знают, что это такое, у них нет иных ориентиров, кроме «свободы индивидуальности» (а она всяко-разная) или «указания свыше» (а его, четкого, не дают).

    В связи с созданием ОРС говорят, что хорошо бы словесникам теперь повлиять хоть на вопросы «технические» – количество часов на преподавание русского языка и литературы. Но ведь в ряде республик с «титульной» нерусской национальностью количество часов на русский и литературу всерьез урезано уже много лет!

    Разве это заботило столичную педагогическую общественность, имеющую доступ к федеральным средствам массовой информации? Ни в коей мере. Она не думала о колоссальном государствообразующем, ассимилирующем значении русского языка и литературы, которое особенно важно именно в таких провинциях, – она думала только о том, чтобы «не разжигать».

    В блогах прогрессивных московских словесников не бывает сочувствия к положению русских Донбасса и национальных республик РФ – зато сочувствие к Надежде Савченко встречается регулярно. Увы, прилежное чтение русской классики само по себе не рождает чувства общности.

    К большому сожалению, я не вижу возможности осуществления того, что представляется мне весьма желательным, даже совершенно необходимым. И тогда, выбирая наиболее безобидное из вероятного, я признаю, что классику надо десакрализовать и сразу вслед за тем указать, что учителя-словесники не имеют никакого особенного отношения к культуре. Они – просто модераторы. Нормальная деятельность, как психология или риторика, но без апелляции к высокому.

    Даже на этом уровне, учитывая, что словесники преподают не только литературу, но и русский язык, они могли бы сделать нечто общественно полезное. Озаботиться чистотой русского языка, восстановлением механизмов перевода – элементарно транслитерацией озаботиться!

    Замечали ли вы, что мы уже совершенно спокойно пропускаем вкрапления латиницы в текстах? Доходит до чудовищного анекдота: когда писательница Майя Кучерская открыла школу сочинительского мастерства, она назвала ее... Creative Writing School, объяснив это тем, что русского эквивалента не подберешь, дело-то новое!

    Казалось бы, тут не нужно идеологии. Просто ответственность: мы не будем заимствовать слепо – мы это хотя бы освоим, хотя бы проконтролируем процесс. Но этого не будет.

    Дело в том, что если вы не знаете, что значит «свое», вы не сможете сделать что-то своим. Если у вас нет причины – ни внешней, ни внутренней – себя утруждать, вы не будете себя утруждать и назовете это свободой. Литература как хребет нации умерла, потому что мы не видели смысла в том, чтобы иметь хребет.

    Вы согласны с автором?

    698 голосов 66 голосов


     
     
    © 2005 - 2021 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •