28 марта, вторник  |  Последнее обновление — 07:09  |  vz.ru

Главная тема


Сербии стоит подумать о более очевидном союзничестве с Россией

армия и вооружение


В Британии признают беззащитность своих авианосцев перед российскими ракетами

заочная мера пресечения


Российский суд арестовал Яценюка

«это называется подставой»


Илюмжинов: Американцы попытались меня сместить

особая миссия


Выполняющий секретное задание американский аппарат установил рекорд пребывания на орбите

«говорили чистую ложь»


В Кремле назвали воскресную несанкционированную акцию в Москве провокацией

за «услуги» НАТО


Берлин опроверг предъявление Трампом счета Меркель на 375 млрд долларов

в среднеразмерном формате


ГАЗ задумался о возобновлении выпуска автомобилей «Волга»

убыточная энергетика


Поставляющую Украине ядерное топливо Westinghouse объявят банкротом

Это Беларусь, детка!»


Татьяна Шабаева: Особого рассказа заслуживает, как представляет себе молодое поколение свою белорусскую уникальность

убийство в киеве


Евгений Крутиков: Старый ТТ против «Стечкина». Неудачник против ветерана

Реформы Трампа


Дмитрий Дробницкий: Республиканской партии, по сути дела, вообще больше нет

на ваш взгляд


Какие эмоции вызвало у вас решение Киева запретить российской представительнице участвовать в Евровидении?


Жизнь после литературы

Татьяна Шабаева, журналист, переводчик
   17 марта 2016, 10:20
Фото: facebook.com/tatiana.shabaeva

Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

Когда мне было четырнадцать лет, я знала, как надо преподавать литературу в школе. Свободная беседа, думала я. Нужна свободная беседа о книжках, где учитель только направляет ее течение. Слова «модератор» я тогда не знала, а то бы решила, что учитель – это просто модератор.

«Литература и в самом деле лишилась духовного значения, на которое уповает патриарх»

Прошли годы, и я узнала, что многие светлые головы современной педагогики не ушли дальше четырнадцатилетней меня. Что в столицах существуют целые кандидаты наук, которые доказывают ровно это: главное – заинтересовать книжками, побудить о них говорить, а что учащийся в них вычитает – это его дело. Лично его, ничье более – свобода интерпретаций.

И еще я узнала, как неизмеримо много в этой беседе зависит от учителя. От того самого «просто модератора».

Я знаю, что есть учителя – например, Лев Соломонович Айзерман, с которым имею честь быть знакомой, – которые и в свободной беседе силой своей личности могут задать такую высокую планку, до которой тянуться и тянуться. Но Айзерман никогда не говорил, что читать должно быть легко и приятно, а если нелегко и неприятно, то можно не читать.

И никогда не указывал, что всякое произведение можно толковать как угодно. Планку он ставил, исходя из внутреннего канона бескомпромиссности и высокой порядочности. А если этого нет?

Тогда есть все, что бывает обычно.

Литература как хребет нации умерла, потому что мы не видели смысла в том, чтобы иметь хребет (фото:Владимир Песня/РИА Новости)
Литература как хребет нации умерла, потому что мы не видели смысла в том, чтобы иметь хребет (фото: Владимир Песня/РИА «Новости»)

Когда патриарх Кирилл учреждает Общество русской словесности и публика разделяется на тех, кто рад, что там не предполагается никакой идеологии, и тех, кто бдительным оком следит, как бы туда не прокрались мельчайшие частицы идеологии, – я думаю о том, что все это не имеет смысла. Зачем вообще нужно ОРС? Чтобы разговаривать на обещанной «нейтральной площадке»?

Ну вот – уж начали разговаривать: полу-утка о том, что некий протоиерей хочет «исключить из школьной программы» три рассказа, мусолилась куда более увлеченно, чем вся большая новость о создании ОРС.

Те самые словесники, которые бестрепетно рассуждают о том, что пора бы исключить из школьной программы «Войну и мир» – «все равно никто не читает», ввиду малой возможности, что какой-то «мракобес» посягнет на краешек их вотчины, – пришли в сильнейшее возбуждение.

И тут я вынуждена сделать признание, которое дается очень нелегко. Я более не верю в воспитательную или объединяющую функцию русской классической литературы. И я именно потому не верю, что имела возможность наблюдать учителей-словесников в их натуральном противостоянии: на общих собраниях, где были представлены лагеря «прогрессоров» (с опорой на ВШЭ) и «консерваторов» (с опорой на АССУЛ). Приходится сказать, что такой самолюбивой глухоты, такого дешевого ерничанья и такого неуважения к ближнему своему я не наблюдала никогда.

А ведь они-то читали «Войну и мир». Они Достоевского прочли и небось «Евгения Онегина» могут цитировать главами. Но само по себе это ничему не помогает. Не в том дело, что дети не читают русскую классику. А в том, что нынче непонятно, зачем ее читать.

Мы как-то трогательно полюбили соцопросы. Вот и доцент департамента интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ Любовь Борусяк провела большой опрос среди российских старшеклассников, чтобы узнать их отношение к школьной программе, выяснить, что и как они читают, – а значит (следите за руками), и будут читать.

Подростку, находящемуся в самом центре педагогического раздрая и сознательного слома традиции, предлагается самому построить себе программу. Что-то внести, что-то выкинуть. Подросток – это ведь не мракобес в рясе, это свободная личность, он может принять такое решение на том простом основании, что ему приятно и интересно.

Классика, по мысли ВШЭ, десакрализуется, но поскольку свято место пусто не бывает, что-то, наоборот, сакрализуется – вот хотя бы соцопрос, мнение четырнадцатилетних, пусть оно сумбурно, и даже в исследованиях Борусяк при более подробном ознакомлении можно найти иллюстрацию для абсолютно любой точки зрения.

Но литература и в самом деле лишилась духовного значения, на которое уповает патриарх: как уже сказано выше, можно быть читателем классики и притом конформистом, шулером, себялюбцем и лицемером – это обычное дело. Можно даже не научиться понимать читаемые тексты – да и зачем учиться их понимать, если свобода интерпретаций?

В таких местах у не любящего много букв читателя обычно лопается терпение, и он восклицает: «Эй, автор! Ты не темни, чего сказать-то хотел? Литературу запретить?!» Специально для таких пытливых умов сформулирую свою позицию прямо.

Я очень хочу, чтобы мы наконец перестали бегать от слова «идеология» и притворяться, что запрет на идеологию идеологией не является. Я мечтаю, чтобы преподавание литературы в школе было подчинено не поиску удовольствия и лучшего соответствия уровню развития четырнадцатилетних, а важнейшей идеологической задаче, какую могу представить: созиданию русской гражданской нации.

С этой целью я действительно перетряхнула бы школьный канон, значительно усилив в нем позиции Лескова и Салтыкова-Щедрина, Добролюбова заменила бы Розановым, к чему-то подошла бы иначе. Например, в «Войне и мире» с этой точки зрения очень важна линия Денисова, которому пришлось пойти на должностное нарушение, чтобы его солдаты не умерли с голоду...

Но если бы даже каким-то великим чудом мне дали выполнить желаемое – это был бы лишь малый краешек необходимой огромной работы: у нас нынче попросту нет сколько-нибудь много учителей-словесников, готовых и способных к созиданию русской гражданской нации. В большинстве они даже не знают, что это такое, у них нет иных ориентиров, кроме «свободы индивидуальности» (а она всяко-разная) или «указания свыше» (а его, четкого, не дают).

В связи с созданием ОРС говорят, что хорошо бы словесникам теперь повлиять хоть на вопросы «технические» – количество часов на преподавание русского языка и литературы. Но ведь в ряде республик с «титульной» нерусской национальностью количество часов на русский и литературу всерьез урезано уже много лет!

Разве это заботило столичную педагогическую общественность, имеющую доступ к федеральным средствам массовой информации? Ни в коей мере. Она не думала о колоссальном государствообразующем, ассимилирующем значении русского языка и литературы, которое особенно важно именно в таких провинциях, – она думала только о том, чтобы «не разжигать».

В блогах прогрессивных московских словесников не бывает сочувствия к положению русских Донбасса и национальных республик РФ – зато сочувствие к Надежде Савченко встречается регулярно. Увы, прилежное чтение русской классики само по себе не рождает чувства общности.

К большому сожалению, я не вижу возможности осуществления того, что представляется мне весьма желательным, даже совершенно необходимым. И тогда, выбирая наиболее безобидное из вероятного, я признаю, что классику надо десакрализовать и сразу вслед за тем указать, что учителя-словесники не имеют никакого особенного отношения к культуре. Они – просто модераторы. Нормальная деятельность, как психология или риторика, но без апелляции к высокому.

Даже на этом уровне, учитывая, что словесники преподают не только литературу, но и русский язык, они могли бы сделать нечто общественно полезное. Озаботиться чистотой русского языка, восстановлением механизмов перевода – элементарно транслитерацией озаботиться!

Замечали ли вы, что мы уже совершенно спокойно пропускаем вкрапления латиницы в текстах? Доходит до чудовищного анекдота: когда писательница Майя Кучерская открыла школу сочинительского мастерства, она назвала ее... Creative Writing School, объяснив это тем, что русского эквивалента не подберешь, дело-то новое!

Казалось бы, тут не нужно идеологии. Просто ответственность: мы не будем заимствовать слепо – мы это хотя бы освоим, хотя бы проконтролируем процесс. Но этого не будет.

Дело в том, что если вы не знаете, что значит «свое», вы не сможете сделать что-то своим. Если у вас нет причины – ни внешней, ни внутренней – себя утруждать, вы не будете себя утруждать и назовете это свободой. Литература как хребет нации умерла, потому что мы не видели смысла в том, чтобы иметь хребет.

Вы согласны с автором?

693 голоса65 голосов


Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

Другие мнения

Ростислав Антонов: Борьба за национальные интересы по месту жительства

Несколько дней назад новосибирский губернатор ввел запрет на привлечение иностранных граждан, осуществляющих трудовую деятельность на основании патентов, по ряду профессий. За этой канцелярской формулировкой скрываются большие изменения. Подробности...

Александр Чаусов: Про уродов и детей

Организаторы воскресного несанкционированного митинга в Москве пообещали судиться «по каждому задержанию», участники восприняли это как «ура, нам дадут денег по суду». Что за участники? Именно те, кто пока не умеет внимательно слушать. Подробности...

Елена Кондратьева-Сальгеро: Весна в этом году опять русская

Нужно было с самого начала брать за горло и не отпускать. Давно бы уже разобрали на части весь этот ваш «русский мир» и жили бы припеваючи на его дармовых ресурсах. А теперь вон оно как обернулось. Подробности...
Обсуждение: 21 комментарий

Дмитрий Дробницкий: Славное поражение Трампа

Главным событием в США стал провал билля об отмене медицинской реформы Obamacare. Значение этого события, несомненно, выходит за рамки дискуссии об американском здравоохранении, да и в целом внутренней политики Соединенных Штатов. Подробности...
Обсуждение: 23 комментария

Евгений Крутиков: Топорная тактика с элементами идиотизма

Зацикленность на политических обстоятельствах «дела Вороненкова» понятна, но плохо коррелирует с реальностью. Ни одна вменяемая спецслужба мира никогда не будет вербовать уголовников, неудачников и лохов. Подробности...
Обсуждение: 120 комментариев

Андрей Бабицкий: Рецепт любви от Александра Галича

Кто-то идет в лагерь, другой берется его охранять, но любовь к Родине от этого не становится меньше. Делюсь с вами рецептом такой любви великого, на мой взгляд, поэта. Подробности...
Обсуждение: 254 комментария

Общественное мнение: Марин решила действовать в открытую

Сегодняшняя встреча Путина и Ле Пен в Кремле – демонстрация серьезного запроса российской власти и французской оппозиции на альтернативную политическую повестку дня по формуле «Свобода – Родина – Порядок». Декларация о намерениях. Подробности...
Обсуждение: 10 комментариев

Лев Пирогов: Гипс накладывают, клиент приезжает

Я долдоню это, как дятел, уж которую колонку подряд. Если вас зовут повозмущаться какой-нибудь мерзостью («вот молодежь тупая, вот страна в пропасть летит»), задумайтесь, прежде чем принять приглашение. Подробности...
Обсуждение: 161 комментарий

Вадим Самодуров: Киев сам руками и ногами отталкивает от себя Донбасс

Рассматривать идею о «принятом решении» интегрировать Донбасс в Россию стоит как пробный шар – попытку узнать мнение народное на сей счет. Реакции в социальных сетях по этому поводу разные. Подробности...
Обсуждение: 7 комментариев

Татьяна Шабаева: Прославление белорусской уникальности

За без малого три десятилетия жизни врозь выросло поколение, для которого русские – пусть родственный, но отдельный народ. Особого рассказа заслуживает, как представляет молодежь свою белорусскую уникальность. Подробности...
Обсуждение: 344 комментария
 
 
© 2005 - 2016 ООО Деловая газета «Взгляд»
E-mail: information@vz.ru
.masterhost Apple iTunes Google Play
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •
..............