Павел Святенков: Об охране святынь

Дескать, довольно «актуальным художникам» глумиться над чувствами верующих. Надо «поправить» Уголовный кодекс и дополнить его статьей о защите веры.

Однако святыни разных религий часто исключают друг друга. Например, для мусульман может быть неприятно христианство. Коран говорит об Исе (Иисусе) как о пророке, а не о Сыне Божьем, утверждает жесткое единство божества. В то время как в христианстве Бог един в трех лицах. До той поры, пока эти вопросы остаются частным делом верующих под охраной светского (но не безбожного) государства, проблемы легко разрешимы. Каждый пребывает в своей нише, не атакуя другого. Если же ввести в светское законодательство закон об охране святынь, то мы можем получить легальных механизм преследования за религиозные взгляды.

Когда говорится о возможности таких преследований, знающие люди усмехаются в усы: дескать, в России все религии столетиями живут в мире и как-нибудь меж собой договорятся.

Если же ввести в светское законодательство закон об охране святынь, то мы можем получить легальных механизм преследования за религиозные взгляды

А закон будет использован против всяких гадов – «рубителей икон».

Однако «мирные отношения» – всего лишь человеческое достижение. Оно преходяще. Религии же существуют тысячелетиями, поскольку решают базовые вопросы человеческого существования – вопросы смысла жизни и бытия после смерти. Конфликт, сегодня кажущийся невозможным, может произойти завтра, и лучше не создавать для него почвы.

Давайте посмотрим на наш национальный мемориал – Поклонную гору. Этот памятник воздвигнут в честь героев Великой Отечественной войны, их подвига по спасению России. Там же построены церковь, мечеть и синагога. Замысел создателей мемориала благороден. Люди разных религий могут посетить соответствующий храм и помянуть души тех, кто погиб на той великой войне. Однако годы идут. Уходят из жизни ветераны. Постепенно ослабевает накал, спадает сила воспоминаний. Со временем Великая Отечественная война станет для нас тем же, чем является война 1812 года – поводом для национальной гордости, но не праздником со слезами на глазах. Кто знает, не превратится ли тогда крошечный участок земли, на котором размещены храмы трех религий, в место религиозных столкновений?

Что будет, если создать механизмы для уголовного преследования тех, кто расходится с нами по тем или иным параметрам вероучения? Очевидно, возникнет свалка. Что для одного – Истина, для другого часто – ересь. Забавный пример. Британские мусульмане потребовали запретить поросенка Пятачка из «Винни Пуха», поскольку он, дескать, оскорблял взоры мусульман (свинина Кораном запрещена). Разумеется, действуя так, они действовали в рамках своей религии. Если так станут действовать все, то государство превратится в бардак, либо место тотальной цензуры, ибо нельзя будет чихнуть, чтобы не оскорбить чьи-либо религиозные чувства.

Однако как же быть, спросят меня. Ведь «рубка икон» является проблемой. Нельзя сказать, что чувства верующих недостойны защиты. Я полагаю, что гражданское законодательство вполне достаточно для того, чтобы защитить религию. Существуют общепринятые механизмы оказания давления на власть – митинги, пикеты, петиции властям и письма президенту, наконец, голосование на выборах. Это для того, чтобы запретить государственным организациям финансировать и поддерживать «рубщиков икон».

Что касается частных организаций, то они подвластны действующему законодательству. В Америке широко применяются методы общественного воздействия на тех, кто не чтит традиции страны или оскорбляет религиозные организации. Беда наших религиозных кругов в том, что для них непривычны методы гражданского протеста. Конечно, гораздо проще позвонить прокурору и запретить не нравящееся мероприятие, чем организовать его пикетирование.

Стоит заметить, что государственная «защита» религии ни к чему хорошему в нашей истории не привела. Церковь, став министерством, потеряла возможность избирать патриарха и до самого падения династии Романовых возглавлялась светским чиновником – обер-прокурором Синода. Государство же назначало и мусульманских священнослужителей. Именно поэтому в 1917 году церковь полностью утратила авторитет. Все привыкли, что священнослужители – лишь чиновники. В результате произошел моментальный крах христианства (да и ислама), отход от религии целого народа. Церкви следует учиться говорить с народом и обращать святотатцев без помощи полиции. Иначе история грозит повториться вновь.