Взгляд
7 апреля, вторник  |  Последнее обновление — 09:23  |  vz.ru
Разделы

Карантин посеял очередные споры о свободе

Алексей Алешковский, сценарист
Оказалось, что наши свободы весьма хрупки, и угроза им может исходить оттуда, откуда и не ждали. Вопрос не в том, что мы имеем, а как мы сумеем этим распорядиться. Подробности...

Интеграции России и Белоруссии не хватает идеологии

Валерий Коровин, директор Центра геополитических экспертиз
Можно сколько угодно уклоняться от главного, откладывать на неопределенный срок вопрос о власти и наднациональных государственных институтах, рассуждая об экономике и выгодах, но реальная интеграция при этом не продвинется ни на шаг, если не будет идеологии. Подробности...
Обсуждение: 27 комментариев

Санкции надо снимать, но их не снимут

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ
Коронавирус стал для стран Запада не только угрозой, но и возможностью. Возможностью снова проявить свое глобальное лидерство, а также исправить ряд политических ошибок. К сожалению для всех, этой возможностью США и Европа не воспользовались. Подробности...
Обсуждение: 13 комментариев

    Как полиция следит за соблюдением карантина по коронавирусу в разных странах

    Полиция по всему миру несет службу в особом режиме из-за коронавируса. В то время, как в странах Европы, Азии и Латинской Америки обычные люди обязаны сидеть на карантине, стражи порядка следят за его исполнением. В Италии полицейским помогают дроны
    Подробности...

    Коронавирус увеличил социальную дистанцию между людьми

    В числе основных мер борьбы с распространением нового коронавируса специалисты Всемирной организации здравоохранения назвали увеличение социальной дистанции. Риск заражения сильно снижается, если между людьми сохраняется расстояние более метра. Власти большинства стран прислушались – и призвали граждан сделать так же
    Подробности...

    Путин посетил больницу в Коммунарке

    Путин приехал в больницу в Коммунарке, где находятся зараженные коронавирусом. Президент оделся в защитный костюм и осмотрел здание в сопровождении главврача Дениса Проценко. Как считают эксперты, своим визитом в больницу Путин демонстрирует, что власть уверена в своих силах и спокойна
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:В МЧС рассказали, как уберечься от коронавируса после прогулки

        Главная тема


        «Немецкой волне» запретили вмешиваться во внутренние дела России

        критические случаи


        ФМБА разработало схему лечения тяжелой коронавирусной пневмонии

        полевой госпиталь


        Российские врачи начали лечить больных коронавирусом в Бергамо

        «спасти нельзя»


        Глава Минздрава опроверг совет Лукашенко пить водку для профилактики коронавируса

        Видео

        «единая Европа»


        Евросоюз дал еще одну трещину

        сокращение нефтедобычи


        Россия пригласила Америку в картель

        мобилизация артиллерии


        Мадуро начал подготовку к войне с США

        китай против сша


        Коронавирус спровоцирует начало геополитической войны

        Разговоры ни о чем


        Валерий Коровин: Интеграции России и Белоруссии не хватает идеологии

        Угроза и возможность


        Геворг Мирзаян: Санкции надо снимать, но их не снимут

        Вино и табак


        Максим Соколов: Алкогольные запреты – или глупость, или измена

        викторина


        В чем российские женщины опередили весь мир?

        на ваш взгляд


        Чего вам больше всего не хватает на самоизоляции?

        Почему мы запомним Константина Борового

        Как карикатура выпячивает наиболее яркие черты, так и Боровой вобрал в себя то, что вызывающе и мерзко в глазах сразу многих   24 июля 2019, 13:00
        Фото: Александр Саверкин/ТАСС
        Текст: Дмитрий Бавырин

        Версия для печати  •
        В закладки  •
        Постоянная ссылка  •
          •
        Сообщить об ошибке  •

        Некогда известный биржевик и непримиримый либеральный оппозиционер Константин Боровой «унес ноги» в США, попросив там политического убежища. Ранее Сеть удивило странное объявление, из которого следует, что фантастически богатый некогда человек столь же фантастически обеднел. Теперь мы прощаемся с политиком Боровым, и нам есть что сказать на прощание.

        «Заграница, заграница, там друзей любимых лица / Там моей любви и грусти города / Жизни добрые страницы, мы сегодня за границей / Мы сегодня далеки как никогда».

        Эту песню шансонье Михаил Гулько пел в фильме Анатолия Эйрамджана «Примадонна Мэри». Сидящие рядом с ним Валерия Новодворская и Константин Боровой подпевали.

        Во всем этом есть своего рода гармония – комедия худшего российского кинорежиссера (из числа тех, чьи фильмы вообще смотрели), три блатных аккорда и Новодворская с Боровым как крайний правый край российского либерализма, где – по слухам – людей едят.

        Валерии Новодворской не стало 12 июля 2014 года, а Константин Боровой и заграница теперь действительно единое целое: бывший депутат Государственной думы и создатель одной из первых советских бирж заявил, что попросил политического убежища в США.

        Как следует из интервью политика «Голосу Америки» (СМИ, обозначенное Минюстом как «выполняющее функции иностранного агента»), попросил уже давно, да и в США обосновался далеко не вчера. А что послужило поводом к запоздалому признанию, не уточняется. Но предположить можно.

        Два дня назад в 9,5-тысячной ФБ-группе «Русский Лос-Анжелес / Русские В LА» с объявлениями типа «продам диваны» и «срочно нужен судебный переводчик» Боровой разместил объявление о поиске комнаты внаем на несколько месяцев:

        «Бюджет 500 долларов. Можно больше, но в долг».

        За 500 долларов в ЛА можно снять лишь что-то очень скромное, причем на месяц, и то – если очень повезет. Понимая, что столь экономичные запросы от человека, некогда входившего в число наиболее обеспеченных россиян, не могут не вызвать удивления, Боровой уточнил: «Еле унес ноги из Москвы, не до денег было».

        Возможно, именно это подтолкнуло журналистов взять у него комментарий и узнать о прошении об убежище. Но в итоге это только затруднило прояснение обстоятельств с банкротством предпринимателя, поскольку из России он, судя по всему, уехал уже давно, а в одном из своих интервью признавался, что живет «на два дома», регулярно бывает в Лос-Анджелесе и в бизнесе еще вполне о-го-го – объект для калифорнийских инвестиций.

        Видимо, инвестиции попросили вернуть где взял.

        Впрочем, все это не имеет никакого значения, поскольку никакого значения не имеет сам Боровой и его политическая судьба. Про неприятных людей с радикальными взглядами часто (и не всегда справедливо) говорят, что они имели нулевое политическое влияние, но в случае Борового это чистая правда – у него было нулевое политическое влияние. Много меньшее, чем имеют даже умершие, включая Новодворскую.

        Писать сейчас об этом человеке и его житейских неприятностях имеет смысл только по двум причинам.

        Во-первых, стоит написать уже о чем угодно, кроме Украины (сам Боровой этого, впрочем, не понял бы, так как писал об Украине постоянно и очень переживал за Зеленского). Во-вторых, у Борового была редкая особенность – при его нулевом влиянии о нем знали и помнили многие. Проще говоря, он мог бы претендовать на статус самого известного в народе (именно в народе, а не в московской либеральной тусовке) оппозиционера из тех, кого называют «несистемными либералами», а некоторые добавляют – «врагами России».

        При этом его нельзя назвать шутом или фриком, у которых свой путь к народной известности. Напротив, он был зверино серьезен и весьма уважительно к себе относился.

        У его известности совсем другие корни. Помимо длительной – пусть вялой, но все-таки тридцатилетней политической карьеры, их три.

        Первый в том, что он олицетворял собой тот образ карикатурного либерала, который поносят патриоты, консерваторы и коммунисты в публицистических и сетевых дискуссиях. Как карикатура выпячивает наиболее броские черты, так и Боровой вобрал в себя то, что вызывающе и мерзко в глазах сразу многих.

        Он разбогател «на воздухе» в самое тяжелое для страны время. Финансово поддерживал «либеральных реформаторов» первого призыва и лично Бориса Ельцина. Во всех вооруженных конфликтах, куда оказывалась вовлечена Россия и ориентирующиеся на нее силы, занимал позицию противника, будь то чеченцы, грузины, украинцы или косовские албанцы. Он был из тех, кто с цветами встречал бы здесь танки НАТО, приехавшие «свергать кровавый чекистский режим».

        Точнее, даже не так. Он призывал в страну танки НАТО, прося президента Обаму о самом решительном, уже не дипломатическом противодействии президенту Путину, а руководство Украины – о полноценной войне с РФ.

        Любая форма ненависти к СССР или русскоязычным соотечественникам в Прибалтике, а равно – симпатии к американской военщине, украинским националистам и прибалтийским эсэсовцам (за этих Боровой готов драться физически, но дерется он, к счастью, плохо), в таком супе не больше чем приправа.

        Гораздо важнее, что Боровой был еще и «фрондой во фронде». Например, поносил Алексея Навального как «фашиста» и «кремлевскую марионетку» или организовывал альтернативные митинги в пику той оппозиции, которая ему не нравилась. А ему не нравилась примерно вся как недостаточно радикальная. Если средний «белоленточный» активист скорее обидится, если его обвинять в получении денег от посольства США или в замысле отдать Курилы Японии, то Боровой громко и радостно скажет, что отдать Курилы Японии наш священный долг, а получать деньги от посольства США правильно и весьма почетно.

        В конечном счете его чурались как прокаженного: лишний раз не вспоминали, никуда не приглашали, не ставили его подписи под массовыми обращениями и пытались никак с ним не соприкасаться. Проще говоря, в неприязненном отношении к нему сойдутся не только уже упомянутые консерваторы-патриоты, но и их непримиримые оппоненты и вроде бы «свои» для Борового прозападные либералы. Фанатиков никто не любит, даже если они кабинетные и дальше интернета не встречаются.

        Раздражители такого рода подходят только для «желтой прессы». И на ее страницах в свое время Боровой действительно был ходовым персонажем. А в остальном – дискредитировал все, к чему притронется, за что злые языки периодически называли его провокатором, прикупленным спецслужбами на закате СССР (но на то они и злые языки).

        С этими разговорами прямо связан второй корень его известности: личный телефонный звонок лидеру чеченских сепаратистов Джохару Дудаеву позволил российской ракете лечь на цель. За такое необходимо повышать в звании, но в случае Борового речь, вполне возможно, все-таки идет об автоголе.

        Но и этот корень – не главный. Главный в том, что Боровой стал аватаром Валерии Новодворской. Эта ассоциация сделала его много заметнее, ведь человек он совсем другого калибра – значительно более мелкого, чем она.

        В отличие от Борового, Новодворская никогда не была политиком и возражала, если ее так называли. Диссидент – да, антисоветчик – да, но не политик. Это была женщина очень тяжелой судьбы, большой смелости, абсолютной бескомпромиссности и яркого публицистического таланта. Она одинаково мастерски владела устным и письменным словом, и только постоянная привязанность к текущей картине дня в ущерб глобальным конструкциям не позволяет назвать ее политическим философом.

        Русофобия для политической философии, кстати говоря, не помеха. И даже для почтения таких философов в России не препятствие. Например, Карл Маркс и Фридрих Энгельс были последовательными русофобами и крайне неодобрительно относились ко всей славянской «грязи».

        Новодворская клеймила их в основном не за это, но за это – в том числе, не деля оппонентов на ушедших и ныне здравствующих. Будучи человеком несгибаемых и радикальных убеждений, она рубила сплеча и говорила в глаза самые неприятные вещи, будучи одинаково неудобной для власти или оппозиции, либералов и консерваторов, России или Америки, «красных» и «белых». В современных США, которые она так уважала, ее взгляды тоже сочли бы неприемлемыми или даже фашистскими.

        В российском либеральном лагере к ней относились отстраненно-снисходительно. Но если отстраненность в данном случае понятна – с политической точки зрения Новодворская, как и Боровой, могла дискредитировать что угодно, то снисходительность неуместна. В плане «внутреннего стержня» и личной принципиальности она на несколько голов была выше тех, кто саркастически называл ее блаженной.

        Впрочем, в плане бессребренического подвижничества она и впрямь была почти что святой. Свои взгляды ни на что не меняла, ничего лично для себя не добивалась, не умела просить и прожила жизнь в скромной хрущевке с мамой и котом, скончавшись от самолечения. Ее репутация монолитна, ее попросту не в чем обвинить, кроме истовой, остро и образно выраженной веры в собственную картину мира, за что Новодворскую уважали даже те, кого она сама не уважала никогда – и всячески это подчеркивала.

        Количеству соболезнований ее близким от высокопоставленных российских политиков в день кончины мог бы позавидовать Герцен. Но сама Новодворская не увидела бы в этом поводов для зависти.

        Не то – Боровой, лично и крупно выигравший на падении режима. Близкий к «сильным мира» и завсегдатай банкетов, он был примитивен, скучен и глубоко вторичен и в рефлексиях, и во взглядах, и в их подаче. Он не какой-то особо выдающийся антисоветский либерал, а самый что ни на есть заурядный во всем, включая родословную. Старые большевики и партийные работники средь родственников людей одного с Боровым типа почему-то встречаются чрезвычайно часто.

        При Новодворской этот паж был искренним другом (по крайней мере, она так считала) и в то же время – бледной тенью, теперь уже уплывшей в никуда. Но что характерно – все-таки в Америку.

        Кстати, в программе партии «Демократический союз», которую возглавляла Новодворская, был прописан категорический отказ от эмиграции. Ей, революционеру, не нужен был домик у океана, изыскиваемый ныне Боровым за 500 долларов, она жила лишь в борьбе, которую в отрыве от своей родины – эпицентра этой самой борьбы – считала нечестной и бессмысленной.

        Бонвиван Боровой, хочется надеяться, скрасил ее последние годы, но личную биографию усилить не мог и скорее скрадывал целостность ее натуры. Валерию Ильиничну можно было на худой конец ненавидеть (хотя, положа руку на сердце, не за что), а к Константину Натановичу тяжело испытывать любые сильные чувства.

        Но в одном ему нужно отдать должное. Напоследок этот бессильный и до смешного не влиятельный человек – живой пример антиавторитета – все-таки умудрился нанести легкий ущерб своей стране, которую искренне презирал и которой желал в основном поражений и неудач. Он отнял у нее себя, а без него в ней будет немного пусто. Наличие таких персонажей – живых, здоровых и что-то без конца говорящих – отличает именно великие державы в пику закомплексованным нациям-неудачникам типа столь любимой Боровым Украины, собственные боровые которой или в бегах, или сидят, или уже убиты.

        Формально Боровой тоже в бегах. По его словам, от слежки («Появлялись какие-то люди, уговаривали бизнес начать, предлагали взять миллионы долларов, красивые девушки звонили, просто приставали»). Это может быть как очередной вариацией на тему «неуловимого Джо», которого никто не ловит, так и реальной слежкой, поскольку на невоздержанных на язык радикалов всегда могут найтись другие радикалы, невоздержанные еще и на дело.

        В любом случае в роли фейсбук-оппозиционера «за границей» (то есть «не покинув страны», как пел тот же Кулько в том же фильме), говорящего и мыслящего антироссийскими штампами, он не интересен ни нам, ни американцам. И если свое «унес ноги и попросил убежища» Боровой видел интригой, призванной напомнить миру о себе, она будет последней перед полным забвением.

        Теперь только продавать диваны. Или судебные переводы практиковать.


        Подпишитесь на ВЗГЛЯД в Яндекс-Новостях

        Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

         
         
        © 2005 - 2018 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............