Марина Ахмедова
Жизни людей важнее мобильного интернета
Вы спросите у семей погибших в Сызрани, в Самаре, что бы они предпочли – мобильный интернет или чтобы к ним никогда не прилетело? Ответ очевиден.
0 комментариев
Марина Ахмедова
Жизни людей важнее мобильного интернета
Вы спросите у семей погибших в Сызрани, в Самаре, что бы они предпочли – мобильный интернет или чтобы к ним никогда не прилетело? Ответ очевиден.
0 комментариев
Сергей Миркин
Почему Зеленский боится Белоруссию
«Белорусская угроза» может стать важным элементом грядущей информационной кампании по объяснению населению Украины, что снижение мобилизационного возраста необходимо. «Раньше мы противостояли только России, но скоро на нас нападет и Белоруссия».
4 комментария
Антон Крылов
Зачем русской кухне стандарт
Разрабатывать стандарт национальной кухни лучше, чем надеяться, что рыночек порешает и настоящие исторические рецепты сами собой выплывут из глубины времен, из-под множества наслоений, упрощений и извращений по итогам разрушительного для русской традиции ХХ века.
9 комментариев
На днях мэр Вильнюса Валдас Бенкунскас резко выступил против строительства в городе мечети. Такое требование выставила местная мусульманская община. Однако, по словам Бенкунскаса, мечети в Литве и так уже есть, а «приоритетом миграционной политики должно быть решение реальных проблем и ужесточение контроля».
Бенкунскас еще раз призвал МВД установить более строгие требования к иностранцам, которые хотят длительное время проживать в Литве, и обязать их выучить литовский язык. «Ежегодные данные Департамента миграции показывают, что тысячи иностранцев, прибывших из исламских стран, живут по временным разрешениям, и лишь сотни подают заявления на получение постоянного вида на жительство. Может показаться нелогичным строить мечеть для временных жителей Вильнюса, не так ли?» – заявил мэр Вильнюса. Впрочем, мэр тут же добавил, что «свобода вероисповедания, безусловно, была в Литве и Вильнюсе и будет».
В свою очередь сами представители мусульманской общины охарактеризовали позицию мэра «странными стереотипами» и пожаловались на переполненность существующих импровизированных мечетей, вынужденных ютиться в снимаемых помещениях. Глава Совета мусульманских общин Литвы муфтий Александрас Беганскас (судя по имени и фамилии – местный житель из новообращенных) сообщил, что интерес к исламу в Литве постоянно растет. «У нас все помещения четырехэтажного здания заполнены, люди молятся на лестницах», – сообщал он.
По словам муфтия, большинство его вильнюсских единоверцев – это выходцы из мусульманских стран. «Ислам является неотъемлемой частью их и нашей жизни. Они хотят жить здесь в соответствии со своей религией», – поясняет Беганскас. У мечети хорошие отношения с Турцией, среди ее администраторов есть турки. Однако если раньше проповеди в основном велись на турецком, то в последние годы все чаще используется русский язык. Кроме того, вильнюсские мусульмане все более настойчиво требуют, чтобы им разрешили построить новый большой храм в этом городе, который станет путеводной звездой для всех их единоверцев в регионе.
Появление таких требований – яркая примета времени. Приток трудовых мигрантов в Литву из стран, не входящих в ЕС, за последние годы стал одним из самых заметных демографических сдвигов в истории этого прибалтийского государства. С 2020 года их количество там выросло более чем в двадцать раз.
Как известно, Литва сама сильно пострадала от трудовой миграции – с 1991 года население этой небольшой прибалтийской республики сократилось почти на миллион человек. Такой масштаб потерь объясняется тем, что с 2004 года, когда страна вошла в ЕС, огромное количество трудоспособных литовцев снялись с насиженных мест и осели в разных государствах Западной Европы. А возникший в связи с этим дефицит рабочих рук местный бизнес стал закрывать, ввозя гастарбайтеров из других стран.
Тревогу в литовских СМИ в связи с наплывом выходцев из Средней Азии начали бить в 2024 году. Это оказалось связано с нуждами литовского бизнеса, который раньше вербовал рабочих на Украине и в Белоруссии, а сейчас из-за смены геополитической обстановки вынужден искать их в среднеазиатском регионе. В итоге
в Литве начало быстро расти количество гостей из Средней Азии.
По данным на начало этого года, в Литве работало уже 158,1 тыс. граждан третьих стран, не входящих в ЕС – что на 12,4%, или на 17,5 тыс. человек больше, чем годом ранее. Общее количество всех иностранных работников в стране достигло 174,5 тыс. человек, но доля граждан ЕС осталась практически неизменной – 16,4 тыс. человек. Суммарно в Литве сейчас живут 2,8 млн человек.
За годы резкого роста состав крупнейших диаспор в Литве существенно изменился. В 2024 году лидировали граждане Белоруссии (46 544), за ними следовали Украина (39 791), Узбекистан (7199) и Россия (6094). К началу 2026 года первенство перешло к Украине (51,8 тыс.). Белорусы утвердились на втором месте (47,2 тыс.), а Узбекистан укрепился на третьем (11,2 тыс.). Также выросло число работников из Таджикистана (7,1 тыс.) и Индии (6,1 тыс.)
По словам директора литовского Департамента миграции Эвелины Гудзинскайте, большая часть прибывающих из Средней Азии – это низкоквалифицированные рабочие. Они неприхотливы, имеют небольшие запросы и готовы идти на что угодно, чтобы остаться жить в Европе. «Иностранцы обычно заполняют пробелы в профессиях, где не требуется квалификация, помогают решить проблемы дисбаланса на рынке труда», – говорит сотрудница литовской службы занятости Юргита Земблите.
Проникая в Литву, гастарбайтеры постепенно меняют местный культурно-религиозный ландшафт.
Уже в 2024-м сообщалось, что за год число мусульман, посещающих пятничный намаз в Вильнюсе, выросло вдвое. Ведь мусульманская община в Литве прирастает за счет мигрантов, которые и на новом месте хотят продолжать жить в соответствии со своим вероисповеданием. И они уже выдвигают свои требования: пришельцы хотят, чтобы у них под рукой всегда были точки продажи халяльных продуктов. Кроме того, они выражают недовольство из-за «откровенной» одежды местных женщин.
Похожие процессы протекают и в Латвии. Официально в стране сейчас живет 1,8 млн человек, но многие считают, что на самом деле гораздо меньше. И здесь тоже происходит замещение населения. «Если вечерком ты выйдешь в район "Ориго" (ТЦ в центре Риги – авт.), вокзала, начало улиц Чака, Меркеля, то увидишь, как сильно произошло замещение людей в сторону смуглокожих «гостей столицы» из Индии, Пакистана и т. д. Вот их много», – отмечает житель Риги Виктор Пузан.
В Латвии пока гораздо более жесткое миграционное законодательство, чем в Литве – поэтому и гастарбайтеров куда меньше. В течение 2025 года в стране зарегистрировано чуть менее 23 тыс. работников из стран за пределами ЕС, которых пригласили на работу свыше двух тысяч компаний. На протяжении многих лет наибольшее количество работников прибывает из Узбекистана. Далее следуют граждане Индии, Белоруссии, Таджикистана и Украины. Приглашают их компании, работающие в строительном секторе, а также в сфере автомобильных грузоперевозок, также есть агентства по трудоустройству.
Впрочем, как бьют тревогу латышские националисты, зачастую трудовые мигранты прибывают в Латвию нелегально, под видом студентов. В настоящее время в латвийских вузах официально числятся 9073 учащихся, являющихся гражданами третьих стран. При этом рижане единодушно отмечают, что в городе резко выросло количество жителей со смуглой кожей. Всеобщее внимание привлек случай в феврале этого года, когда толпа мусульман проводила намаз прямо на одном из рижских тротуаров – прежде такого никогда не бывало.
Латышские националисты во весь голос бьют тревогу – по их мнению, начался процесс «замещения коренного населения». О чем они умалчивают, так это о том, что сами же националисты поспособствовали этому процессу, вытесняя местных русских.
Впрочем, в последнее время даже латвийские СМИ признают тот факт, который раньше старались не афишировать – ощутимо выросло количество местных русских, перебирающихся в Россию. Уезжают в том числе и молодые: для того, чтобы учиться в РФ – это стало закономерным после того, как в Латвии полностью запретили обучение на русском языке. Но уезжают и латыши – рейтинги демонстрируют крайнюю степень разочарования местного населения в своем государстве и возглавляющих его политиках. А природа, как известно, пустоты не терпит.