Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Почему в планах Москвы пока нет Харькова

Казалось бы, точно нужно брать Харьков – однако гибкость и уникальность российской позиции в том, что для взятия максимального количества территорий ей не обязательно брать их сейчас.

17 комментариев
Игорь Караулов Игорь Караулов Украина, вызывай «Волгу»

Украинцам стоило бы перестать мечтать о «победе» и уяснить, что поток западных денег кончится ровно тогда, когда их иудина работа по договору с Западом будет завершена. В этот момент начнет действовать совсем другая логика.

30 комментариев
Сергей Миркин Сергей Миркин Зеленский превратился в узурпатора

Народ Украины имеет право восстать против незаконного президента, не выполнять его указы, нормы подписанных им после 20 мая законов. Восстанут ли украинцы? Сами по себе – нет. Большие майданы они могут организовывать, если есть «печеньки» от США. Но возможны майданы маленькие.

15 комментариев
27 июня 2016, 19:05 • Политика

Премьер Латвии заинтересовался русскими душами

Премьер Латвии заинтересовался русскими душами
@ imago stock&people/Imago/ТАСС

Tекст: Антон Крылов

Премьер Латвии Марис Кучинскис призвал сделать все, чтобы русскоязычные жители страны не чувствовали себя отчужденными. «Это борьба за их «души», которая сейчас на самом деле идет», – добавил он. Но чем вызвана такая перемена в стане политиков, ранее пытавшихся выкорчевать из республики все русское? Ответ на этот вопрос печален и прост.

Души русскоязычных (то есть в большинстве своем русских) жителей взволновали Кучинскиса после того, как ему были представлены данные социологического исследования. В нем, в частности, отмечается, что с утверждением о возрождении нацизма в Латвии согласны или частично согласны 30,9% населения. Впрочем, главу правительства, скорее всего, больше взволновала не эта цифра, а тот факт, что 12,7% опрошенных «чувствуют свою принадлежность к России», 21,4% позитивно оценивают использование российской символики на 9 мая, а 21,7% респондентов согласились, что права и интересы русских в Латвии нарушаются настолько, что это требует вмешательства Москвы.

Переход от «обещаний, гарантий и уступок» к желанию немедленно «вешать» может произойти в любой момент

Официальная Рига сейчас пожинает плоды своей национальной политики, в рамках которой интересы русскоязычного меньшинства (которое не такое уж меньшинство – 44% в Латвии) последовательно игнорировались и признавались несущественными. В результате в стране выросло и вошло во взрослую жизнь поколение, которое родилось после распада СССР, но не чувствует себя укорененным в стране проживания. Не следует забывать и о том, что более 250 тысяч человек (то есть около 13% от официальной численности населения) до сих пор не являются гражданами Латвии, где живут на протяжении многих десятилетий. Институт «неграждан» – действительно позорная, напоминающая тезис о «недочеловеках» система, с которой прибалтийские страны, тем не менее, были приняты в Евросоюз.

Безусловно, эту политику сложно назвать иначе, нежели «страусиной»: сделать вид, что русскоязычных в стране нет и никаких интересов у них быть не может, а через 25 лет удивиться тому, что русскоязычные никуда не делись и по-прежнему недовольны своим униженным положением.

Напомним, что столицу Латвии Ригу уже много лет возглавляет этнически русский Нил Ушаков, в меру сил противодействующий попыткам националистических партий запретить в республике все русское. Однако его сложно назвать борцом за права русскоязычных, скорее Ушаков призывает все политические силы страны к здравомыслию и гражданскому миру.

Поэтому основной вопрос сейчас – что именно имеет в виду Кучинкис под «борьбой за души»? Если речь идет об очередных попытках полностью запретить вещание российских СМИ, блокировать «нежелательные» российские сайты и активизировать работу спецслужб в области выявления «сепаратистских заговоров», ситуация будет только ухудшаться.

Следует понимать, что для Латвии, Литвы и – в меньшей степени – для Эстонии выход Британии из Евросоюза не абстрактная проблема, которая может опосредованно повлиять на финансовое состояние международных рынков (как, например, для России), а вполне насущная. Десятки, если не сотни тысяч граждан прибалтийских стран после открытия Британией своего рынка труда перебрались в Лондон и другие крупные города, где работают на низкооплачиваемых для британцев, но весьма прибыльных для прибалтов должностях. Теперь они, скорее всего, будут вынуждены вернуться, пускай и не сразу. Эту проблему сейчас активно обсуждают в местных СМИ. Тот же Кучинкис уже выступил с заявлением о том, что выход Британии из ЕС не приведет к депортациям латвийцев. При этом он отметил, что «пока еще не наступил момент, когда Латвия может звать своих эмигрировавших сынов и дочерей назад, так как не может обеспечить им такие же условия жизни, как в Англии».

Правда, первые комментарии к словам премьера о необходимости бороться за души говорят о том, что речь все-таки идет не только о запретах. Сам Кучинкис заявил, что мероприятия к столетию со дня государственной независимости Латвии надо использовать для того, чтобы говорить с жителями преимущественно русскоязычной Латгалии. Он сам в начале июля планирует посетить Даугавпилс, где пройдет Фестиваль национальных меньшинств. «Готов говорить с людьми, так как они все наши», – пообещал латвийский премьер.

В свою очередь министр обороны Раймондс Бергманис сказал, что для того, чтобы жители Латвии, среди которых много патриотов, не ощущали себя отчужденными, «нужны общие шаги всего государства». А руководитель парламентского комитета по национальной безопасности, бывший спикер сейма Солвита Аболтиня заявила, что руководству Латвии надо думать об общей государственной политике. «Пропаганду нельзя перешибить другой пропагандой», – полагает она.

Таким образом, неожиданное внимание латвийских властей к русскоязычным согражданам (и негражданам) нельзя объяснить внезапным «просветлением» на тему того, что безнаказанно игнорировать интересы сотен тысяч жителей страны, население которой не превышает двух миллионов, нельзя. Речь идет о вынужденных шагах, вызванных, с одной стороны, страхом перед вмешательством России, с другой – пониманием, что экономическая ситуация в ЕС после «Брекзита» ухудшится.

Вспоминаются слова, сказанные замглавы Днепропетровской областной администрации Борисом Филатовым, позднее избранным мэром Днепропетровска: «Нужно давать любые обещания, гарантии и идти на любые уступки. А вешать... вешать их надо потом».

Даже если латвийские власти действительно пойдут на реальные шаги навстречу русскоязычным жителям страны, следует помнить, что делают они на это вопреки собственному желанию и декларируемым на протяжении многих лет принципам. Переход от «обещаний, гарантий и уступок» к желанию немедленно «вешать» может произойти в любой момент, который им покажется удобным. Поколения политиков, искренне настроенных на взаимодействие со своими русскоязычными соседями, ни в Латвии, ни в других прибалтийских странах, к сожалению, пока не появилось.

..............