23 ноября, четверг  |  Последнее обновление — 14:07  |  vz.ru
Разделы

Ирина Алкснис: Россиян действительно очень мало волнует политика

Когда говорят о специфике российского общества, частенько подмечают такие его особенности, как непредсказуемость и политическая спонтанность, отсутствие традиции системного взаимодействия с властью по актуальным и волнующим его проблемам. Подробности...
Обсуждение: 9 комментариев

Меркель неожиданно для всех оказалась в роли жертвы

Большинство немцев рады, что нашелся политик, который не побоялся выступить против Меркель. По прогнозам, теперь его партию на выборах ждет еще больший успех. А вот для Меркель это означает полное фиаско. Подробности...
Обсуждение: 41 комментарий

Андрей Бабицкий: Пару слов об общественной слепоте

Школьник из Уренгоя – это привет из 90-х прошлого века всем нам, смотревшим на Запад как на витрину достижений цивилизации. Да, в целом нам удалось преодолеть те иллюзии, но так ли велика в этом наша собственная заслуга? Подробности...
Обсуждение: 134 комментария

    Определены победительницы конкурса «Топ-модель России — 2017»

    В Москве прошел финал всероссийского конкурса «Топ-модель России — 2017» и «Топ-модель Plus — 2017». Задачей конкурса объявлено «установить российские стандарты красоты»
    Подробности...

    Умер певец Дмитрий Хворостовский

    Оперный певец Дмитрий Хворостовский умер на 56-м году жизни в Лондоне, в кругу семьи, после тяжелой болезни. Он завещал кремировать тело и захоронить прах в Москве и Красноярске. В этих городах уже думают об увековечении его памяти
    Подробности...

    Владимир Путин встретился с Башаром Асадом в Сочи

    Владимир Путин провел в Сочи встречу с сирийским лидером Башаром Асадом. Переговоры продолжались около четырех часов. В ходе встречи президенты согласились, что военная операция близка к завершению и теперь следует перейти к политическому урегулированию. Президент Сирии также передал Путину благодарность сирийского народа
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:Собянин сообщил об отсутствии премьерских амбиций

        Главная тема


        Теперь Беловежская пуща раскалывает Евросоюз

        де-факто глава МВД ЛНР


        Корнет: Спецслужбы ЛНР и ДНР обезвредили в Луганске украинских диверсантов

        особый случай


        Латвия, Литва и Эстония решили воевать с ИГ

        «возвращение дракона»


        Выходец из Средней Азии напал на приемную УФСБ в Петербурге (видео)

        «в пацифистском тоне»


        Немецкий эксперт: Германия не заметила выступление российского школьника

        успешные испытания


        Опубликовано видео первого запуска ракеты «Брамос» с Су-30

        «необычно озлобленные»


        Экс-волонтер: Европейские политики больше не делают ставку на Навального

        зашкаливающая реакция


        Неудачную фразу школьника использовали в информационной войне против России

        «Позор нашим лидерам»


        Британцы посмеялись над «лодочкой» королевского флота рядом с российским кораблем

        «самый дорогой в мире кофе»


        Антон Любич: За счет чего достигается трехкратный диспаритет в ценах между Россией и США?

        школьник из Уренгоя


        Андрей Бабицкий: Пару слов об общественной слепоте

        «те самые 86 процентов»


        Ирина Алкснис: Россиян действительно очень мало волнует политика

        на ваш взгляд


        В РПЦ уверяют, что Октябрьская революция не должна называться «русской», потому что коммунизм был привнесен в Россию извне. Вы согласны?

        «Шокировать, напугать, оскорбить, унизить – вот главная цель»

        Алексей Лебедев с супругой возле храма Бэла в Пальмире, 30 декабря 2006 года    28 октября 2015, 08:26
        Фото: из личного архива
        Текст: Роман Крецул

        Версия для печати  •
        В закладки  •
        Постоянная ссылка  •
          •
        Сообщить об ошибке  •

        «Была нормальная страна, где были музеи, где были специалисты по древностям. Возможно, у них не хватало денег на масштабные реставрационные (работы), но сохранение, учет – все было», – вспомнил в интервью газете ВЗГЛЯД довоенную Сирию искусствовед Алексей Лебедев, рассказывая о масштабах разрушения древних памятников в захваченных террористами регионах.

        Очередной акт вандализма совершили террористы из ИГИЛ. На этот раз они взорвали колонны в древнем городе Пальмира в Сирии. При этом к колоннам были привязаны схваченные в окрестностях люди, которых таким образом казнили.

        «Некоторые вещи, о которых сообщалось, что они уничтожены, появляются на рынке»

        Пальмира была одним из богатейших городов поздней античности, располагаясь в оазисе Сирийской пустыни между Дамаском и Евфратом, в 240 км к северо-востоку от первого и в 140 км от второго. Развалины Пальмиры признаны ЮНЕСКО памятником Всемирного наследия.

        Пальмира перешла под контроль боевиков в середине мая. Перед тем как оставить город, сирийская армия эвакуировала большую часть его жителей и наиболее ценные исторические реликвии центрального музея Пальмиры. После захвата города под угрозой уничтожения оказались древние развалины и храмы.

        В начале октября боевики ИГ взорвали античную Триумфальную арку в Пальмире. Ее возведение датируется концом второго века нашей эры, временем правления императора Септимия Севера. Она была построена, как и весь город, в римском стиле.

        В начале сентября террористы взорвали три погребальные башни в городе. Разрушению подверглась в том числе одна из самых известных башен – погребальная башня Элахбела (103 год нашей эры), под которой сохранился подземный склеп.

        В августе боевики ИГ взорвали античный храм Баал-Шамин в Пальмире, построенный в первом веке нашей эры и посвященный верховному богу Баалу, сравнимому с греческим Зевсом. Он является частью комплекса руин древнего города Тадмор. Храм был частично восстановлен.

        Газета ВЗГЛЯД обратилась к доктору искусствоведения, руководителю лаборатории музейного проектирования Школы дизайна НИУ ВШЭ, бывшему заместителю директора Института культурного природного наследия Алексею Лебедеву с просьбой рассказать о судьбе культурного наследия региона.

        ВЗГЛЯД: Алексей Валентинович, каков масштаб потерь памятников?

        По мнению Алексея Лебедева, часть объектов могут быть восстановлены (фото: facebook.com/alexey.v.lebedev)
        По мнению Алексея Лебедева, часть объектов могут быть восстановлены (фото: facebook.com/alexey.v.lebedev)

        Алексей Лебедев: Должен сразу сделать одну оговорку: все, что мы знаем о происходящем, известно со слов самих разрушителей. Мы знаем то, что они хотят нам показать и рассказать, и в этом смысле мы не можем объективно оценить масштаб разрушений, потому что тем самым невольно становимся людьми, которые принимают на веру то, что им пытаются «впарить». Имея в виду «добросовестность», «честность» и «порядочность» того, кто подает эту информацию, надо понимать, что она может быть, мягко говоря, не совсем точна.

        Вторая сторона: если верить тому, что говорится, то эти разрушения велики. Алеппо и Пальмира – два уникальных исторических объекта. И они находятся под серьезной угрозой, и там уже есть необратимые утраты.

        При этом надо понимать еще и следующее: некоторые вещи, о которых сообщалось, что они уничтожены, появляются на рынке.

        Ролики, которые выкладывают боевики ИГИЛ, где они что-то разрушают, разбивают кувалдами и т. д., на меня производят впечатление постановочных. Это не хроника, а некоторая демонстрация, рассчитанная на оскорбление, плевок в лицо мировому сообществу. Шокировать, напугать, оскорбить, унизить – вот главная цель. Поэтому меня все время не покидает странное чувство двойственности ощущений: с одной стороны, гибнут памятники мировой культуры, с другой стороны, происходящее одновременно напоминает какой-то фарс. То есть там фарс и трагедия в одной упаковке.

        ВЗГЛЯД: А если принять на веру предоставляемые фото- и видеоматериалы?

        Алексей Лебедев: Утрачено некоторое количество памятников, в основном Античности, а также Древнего Востока. Античный храм Бэла в Пальмире, который, судя по сообщениям, уничтожили боевики, был очень хорош. Я его видел, и это выдающийся памятник.

        Проблема в том, что там нет ни одного объективного наблюдателя. Боевики нам поведали, что взорвали храм, вроде как целиком. Но там нет ни одного нормального журналиста и ни одного нормального специалиста по Античности, который бы мог сказать, насколько это серьезно.

        Бывает так, что объект, выглядящий не очень поврежденным, на самом деле утрачен безвозвратно. А то, что выглядит разрушенным полностью, может быть отреставрировано и восстановлено. Не всегда внешний вид говорит о реальном масштабе утрат. Нужно серьезное обследование и изучение.

        Пальмира – это целый город. Пока речь идет о единичных объектах, наиболее видимых и известных. Опираясь на то, что они нам хотят сообщить, я пока не вижу, собственно говоря, последовательного тотального разрушения. Я вижу уничтожение отдельных объектов с шумной пиар-кампанией вокруг каждой этой акции.

        ВЗГЛЯД: Чем может быть объяснено то, что разрушение памятника использовали одновременно для казни?

        А. Л.: А когда показывали казни людей? Это же явно срежиссированные изуверские спектакли, постановки. Что тут можно сказать? Варварство такое. Я не специалист по радикальному исламу, но они все время декларируют идею о том, что человек должен общаться с Аллахом напрямую, и для этого ему не нужны никакие материальные посредники. И они с той же легкостью уничтожают и мусульманские памятники. Это не борьба с иной верой, а борьба с любыми материальными проявлениями культуры.

        ВЗГЛЯД: У вас не возникает ассоциаций с историческими событиями предшествующих веков?

        А. Л.: Я не вижу прямых параллелей, и вот почему. В древние времена подобного рода вандализм имел, как ни странно это звучит, более прагматические цели. Иконоборчество в Византии было формой реализации религиозной доктрины. Были случаи, когда города сравнивались с землей, но смысл был в том, чтобы они никогда не возродились, как разрушенный римлянами Карфаген.

        Здесь целью, по моим впечатлениям, является оскорбление, демонстрация безнаказанности, если угодно. Но это надо спрашивать у специалистов по исламу. Для меня это, честно говоря, настолько отвратительно, что я не могу даже здраво рассуждать на эту тему.

        Так выглядел храм Бэла в древней Пальмире в Сирии, построенный во времена Римской империи. Теперь на этом месте лишь груды обломков – фанатики из террористической группировки «Исламское государство» 30 августа разрушили памятник

        ВЗГЛЯД: Есть ли вероятность, что какие-то из разрушенных памятников будут восстановлены усилиями реставраторов?

        А. Л.: Если разрушена какая-то постройка, но все ее составные части целы и есть чертежи, можно ее восстановить из тех же деталей.

        ВЗГЛЯД: Характеристики материалов позволяют это?

        А. Л.: Известняк, который применялся при постройке этих памятников, – один из самых мягких материалов. Он широко использовался, потому что легок в обработке. Но тем не менее он достаточно долговечен.

        В истории нередки случаи, когда без всяких взрывов разбирали постройку, брали камень и использовали для другой постройки. Вот эта ситуация уже необратима. А если обломки валяются, надо смотреть, что сохранилось более или менее целым, и может оказаться, что здание подлежит восстановлению.

        ВЗГЛЯД: Что делает в этой ситуации ЮНЕСКО?

        А. Л.: Время ЮНЕСКО наступит, когда в Пальмиру и Алеппо придут вменяемые люди, которые захотят восстановить утраченное. Я бы сказал, когда эта территория окажется под контролем договоропригодного субъекта. Тогда наступит время специалистов, время реставрации. А сейчас там террористы.

        ВЗГЛЯД: Как обстояли дела с сохранением культурного наследия в стране до начала войны?

        А. Л.: Сирия – страна не очень богатая, но тем не менее это страна, где был туризм. Некоторая индустрия там работала, и лично я в 2007 году по всем этим памятникам проехался. Что такое Пальмира? Пустыня, в центре оазис, рядом небольшой современный городок. Ездят туда люди по дороге и смотрят.

        Была нормальная страна, где были музеи, где были специалисты по древностям. Возможно, у них не хватало денег на масштабные реставрационные, но сохранение, учет – все было.

        Естественное разрушение подобных памятников быстро протекает в условиях холодного климата, когда вода затекает в щели, в холодное время года замерзает и разывает камень. А там сухо, снега нет, льда нет. Ну и стоят эти памятники там веками. И еще бы века простояли. Основная угроза таким памятникам, если это не войны и сознательные разрушения, – землетрясения. Вторая угроза состоит в том, что местное население может растаскивать это для бытовых нужд. Но в Сирии они как-то охранялись.

        ВЗГЛЯД: Какая работа должна быть проделана после того, как боевиков выбьют из региона?

        А. Л.: Предстоит та же работа, которая всегда делается после боевых действий. Первое – инвентаризация, перечень того, что уничтожено, и оценка возможности восстановления. А дальше – работы по восстановлению или по консервации. Но тут есть вторая сторона дела – по правилам ЮНЕСКО.

        Нужно сохранять древность, а не делать новодел, похожий на древность. Соответственно, если надо восстанавливать, придется решать вопрос о мере новодельности и искать средства.

        ВЗГЛЯД: Где могут быть найдены эти средства?

        А. Л.: Имея в виду ситуацию, которая там сложилась, – международные организации. Сейчас ЮНЕСКО протестует, а на следующем шаге может и сбор средств открыть.


        Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

         
         
        © 2005 - 2017 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost Apple iTunes Google Play
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............