«Теракт с нашим самолетом и террористическая атака в Париже – огромная человеческая потеря... Война объявлена всему цивилизованному миру. Угроза глобальна и, увы, абсолютно реальна. Тем более странной сегодня выглядит позиция ряда западных стран по России», – отметил премьер-министр Дмитрий Медведев, который в среду прибыл в Манилу, где будет участвовать в саммите АТЭС.
ИГИЛ – зло, но не абсолютное. Не такое, чтобы для его уничтожения сотрудничать с русскими
Как подчеркнул глава российского правительства, коротко позиция ряда западных лидеров может быть сформулирована так: «Пусть мир летит в тартарары, но с Россией мы не хотим работать. Да, ИГИЛ* – зло, но не абсолютное. Не такое, чтобы для его уничтожения сотрудничать с русскими. Мы не любим Асада и сочувствуем Украине, а Россия типа наоборот. Поэтому никакой работы, не надо нормальных контактов, обсуждения сирийского вопроса. У вас свои цели в сирийской кампании, у нас свои. Мы объявили русским бойкот, не будем дружить с ними, будем их изолировать».
Об отсутствии координации России и Запада накануне говорил и министр иностранных дел России Сергей Лавров. Выступая в эфире телеканала «Россия-1», глава МИДа отметил: США и созданная ими коалиция хотя и не желают, чтобы экстремисты захватили власть, но при этом добиваются ослабления позиций Башара Асада в Сирии за счет «Исламского государства*». Нанесенные американцами и союзниками «удары по позициям террористов и анализ этих ударов на протяжении более чем одного года позволяют сделать вывод, что били они избирательно, я бы сказал, щадяще, и в большинстве случаев не трогали те подразделения ИГ, которые могли всерьез потеснить сирийскую армию», подчеркнул министр.
«Не сотрудничаем с Россией, как вы знаете»
Американцы – вопреки уверениям Барака Обамы в том, что тот всегда поддерживал борьбу России против ИГ – готовы к реальной координации усилий лишь со своими союзниками. В данном случае – с Францией, которая после парижских терактов и последовавших событий демонстрирует решимость бороться с ИГ до победного конца. Как сообщает портал Defense News, американский авианосец «Гарри Трумэн» может присоединиться к группе французских кораблей в Восточном Средиземноморье (в их числе – флагман ВМФ Франции авианосец «Шарль де Голль») для ударов по ИГИЛ.
Что же касается координации действий с Москвой, то, как подчеркнул пресс-секретарь Пентагона Питер Кук: «Мы не сотрудничаем с Россией, как вы знаете». При этом Кук вновь повторил тезис официального Вашингтона о том, что поддержка Башара Асада контрпродуктивна. Президент Обама, выступая на саммите АТЭС, вновь озвучил этот тезис. Он «выразил надежду» на то, что Россия переключится с поддержки Асада на борьбу с «Исламским государством» – так, словно не борьба с террористами ИГ является целью операции российских ВКС в Сирии.
«Объединив усилия, добиться результатов»
Американские союзники, напротив, демонстрируют готовность к реальной кооперации усилий.
Президент Франции Франсуа Олланд, которого нельзя назвать симпатизантом Москвы, после терактов призвал создать единую коалицию для борьбы с ИГ. «Именно в этом контексте в ближайшие дни я встречусь с президентом Обамой и президентом Путиным, чтобы объединить наши усилия и добиться результатов», – пообещал Олланд, выступая на экстренной сессии Национального собрания, созванной после парижских терактов.
Эта идея Олланда перекликается с предложением Владимира Путина о создании единого антитеррористического фронта против ИГ. Следует напомнить, что российский президент приказал военным обращаться с группой французских ВМС у берегов Сирии «как с союзниками». Олланд, в свою очередь, признал, что его политика по Сирии заметно изменилась – теперь своим главным врагом он считает именно ИГИЛ, а не режим Асада.
#{image=958069}Что касается главного европейского союзника США, Великобритании, то напомним – премьер-министр Дэвид Кэмерон на встрече с Владимиром Путиным в рамках недавнего саммита G20 говорил о необходимости сообща бороться с терроризмом. Правда, позже Кэмерон заявил о разногласиях с Путиным по Сирии и Украине. Как бы то ни было, Лондон проявил добрую волю, предоставив «своим партнерам», в том числе России, всю имеющуюся у него информацию о причинах крушения самолета А321.
Ключевой союзник Соединенных Штатов в Азии, Япония выразила «крепкую солидарность» с Россией в связи с поступившей информацией о теракте на борту российского лайнера и намерена сотрудничать для предупреждения терактов – об этом в среду заявил генсек японского правительства Есихидэ Суга.
«Коалиция четырех великих держав будет создана»
Эксперт Фонда Анатолия Собчака, политолог Сергей Станкевич смотрит на возможность создания единой коалиции против ИГИЛ с оптимизмом. В беседе с газетой ВЗГЛЯД политолог оценил вероятность создания единой международной антитеррористической коалиции «примерно в 80 процентов».
«США своей политикой в Сирии загнали себя в определенную ловушку. Дело в том, что если будет создана единая коалиция с Россией, а эффективность боевых действий в результате усилится, то это будет означать, что Вашингтон последние два года, грубо говоря, имитировал борьбу с ИГИЛ и «валял дурака». Руководство США осознает, что с политической точки зрения это пойдет на пользу авторитету России. Поэтому Барак Обама находится в психологически сложной ситуации», – считает эксперт.
#{smallinfographicleft=751158}Политолог сравнил угрозу, исходящую от террористов ИГИЛ, с угрозой, которую в прошлом веке представлял для всего мира фашизм. «Сегодня мир снова оказался перед глобальной угрозой – на этот раз со стороны исламистского терроризма. Совсем не случайно Джон Керри, говоря об ИГИЛ, использовал формулировку «современный фашизм». Ситуация повторяется: перед нами снова очевидный всем общий враг, и способы борьбы с ним должны быть аналогичными, доказавшими свою эффективность. Сейчас сложились все условия, чтобы международная коалиция против террористов ИГИЛ была создана именно по модели антигитлеровской коалиции, причем почти в прежнем историческом составе», – полагает эксперт.
Собеседник отмечает, что главной проблемой и преградой для создания подобной коалиции является психологический барьер, возникший в Вашингтоне – трудно признать несостоятельность прежнего курса, изменить позицию и риторику: «Если удастся его преодолеть, то четыре державы – самые эффективные в мире военном плане – сумеют прийти к общему плану действий. Думаю, что Франция, которая подверглась страшной атаке, сможет убедить своего старшего партнера по НАТО пойти на создание коалиции. Великобритания тоже выступила за создание коалиционного ядра. Если четверка великих держав – Франция, Великобритания, Россия и США – сумеет договориться, то к ним подтянутся и все остальные коалицианты. Сейчас проблема только в США».
«В целом я смотрю на этот процесс с большой долей оптимизма. Коалиция четырех великих держав, победивших в прошлом веке фашизм, создавших ООН и сформировавших тогдашний мировой порядок, будет на наших глазах воссоздана с той же миссией – победить врага человечества и утвердить международный порядок для XXI века», – подытожил Сергей Станкевич.
«Единой коалиции не будет – она бесполезна»
#{smallinfographicleft=771531}Главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН, востоковед Георгий Мирский в интервью газете ВЗГЛЯД подчеркнул, что никакой действенной международной антитеррористической коалиции не будет создано. США не пойдут под командование России. Россия, в свою очередь, не пойдет под командование США.
«Дело в том, что антитеррористическая коалиция уже существует – даже две. Одну из них возглавляют США, и в нее входят более 60 государств. Он бомбят – пусть не очень эффективно – объекты террористов в основном в Ираке, но также и в Сирии. Сейчас эта коалиция активизируется. Франция после терактов в Париже наносит авиаудары очень активно. США разбомбили большую колону террористов, перевозящих нефть. Во вторую коалицию входит Россия, Иран и два «инвалида» – Сирия и Ирак. Эта коалиция бомбит в целом неплохо, однако наступление ВС Сирии не приносит успеха», – сказал эксперт.
Собеседник задается вопросом, что будет означать объединение двух коалиций, что это даст в борьбе с ИГИЛ. «Бомбить? Они и так бомбят. Координация на минимальном уровне уже есть: ведь самолеты США, России, Ирана, Франции и других стран в воздухе не сталкиваются. Сухопутные войска никто отправлять не собирается – это исключено. Население как России, так и США не поддержит этот шаг. Поэтому гипотетическая единая коалиция будет коалицией бомбардировщиков. Какой в этом смысл? Поэтому создание единой антитеррористической коалиции маловероятно, это бесполезно», – отмечает Георгий Мирский.
#{interviewpolit}Говорить можно все что угодно, заметил собеседник. «Провозглашать международные коалиции, подключать к бомбежкам стратегические бомбардировщики, крейсеры, подводные лодки. Хотя сложно уже представить себе, какие еще объекты там можно еще бомбить. Боевики рассеяны по пустыне. Политиками будет сказано много слов: забудем конфронтацию, холодную войну, украинский кризис, Крым и т. д. А на деле я не вижу, что можно предпринять в данном случае», – подытожил Мирский.
«Атаки стимулировали сотрудничество»
Отметим, что мнения западных СМИ относительно возможности сотрудничества перед лицом общего врага разделились. Так, комментарий The Wall Street Journal выдержан в оптимистичных тонах. «Начинает появляться всемирный альянс по борьбе с ИГИЛ», – констатирует издание, которое полагает, что «парижские атаки стимулировали сотрудничество между Россией и руководимой США коалицией в борьбе против «Исламского государства». Россия, Франция и США вышли за рамки обычных разговоров о сотрудничестве в борьбе с ИГ и начинают действовать в качестве «большой и единой коалиции», отмечает WSJ.
Deutsche Welle**, сравнивая нынешний политический расклад с временами «войны с террором», объявленной после 11 сентября 2001 года, отмечает, что сейчас такой «медовый месяц» вряд ли возможен. «Заставить ЕС и США вновь прислушиваться» к мнению Москвы «для Владимира Путина значит, во-первых, уйти от спора по поводу судьбы режима Башара Асада (это программа-минимум), и, возможно, даже заставить Запад согласиться, что, по крайней мере пока, сирийского президента лучше не трогать», – полагает DW.
The New York Times предоставила слово российскому эксперту Кириллу Кабанову, бывшему сотруднику спецслужб, а ныне – члену Совета при президенте России по правам человека. По его мнению, главный недостаток западного подхода состоит в попытке одновременно нанести удар по Асаду и ИГ, в то время как в сирийской гражданской войне Асад явно является «меньшим злом».
«Определить Асада как часть проблемы»
Мнению российского эксперта The New York Times противопоставляет точку зрения Джея М. Бергера, эксперта Брукингского института (вашингтонский «мозговой центр», который возглавляет бывший замгоссекретаря, личный друг Билла Клинтона Строуб Тэлбот). «Вероятно, нет решения проблемы ИГИЛ до тех пор, пока нет решения проблемы Асада», – полагает Бергер. Сирийского лидера и его правительство он считает «фактором, который все парализует».
Эмиль Хокайем, эксперт по ближневосточной безопасности в Международном институте стратегических исследований со штаб-квартирой в Лондоне, заявил The New York Times: в то время как большинство мировых игроков преследуют собственные цели в сирийском конфликте, «защищая и усиливая свои позиции», лишь США ведут последовательную борьбу с ИГИЛ.
Более того, подчеркнул Хокайем, западным державам нужно начать с того, чтобы «определить правительство Башара Асада как часть проблемы», поскольку «жестокость и сектантство» сирийских властей стали-де питательной средой для роста ИГ. «Асад – не второстепенный элемент, он в центре этой серьезной проблемы», – уверяет эксперт The New York Times. Хокайем утверждает, что отстранение Асада от власти «позволит сфокусировать внимание на борьбе с ИГ». Так, словно именно легитимный глава сирийского государства (заметим, едва ли не последнего умеренного светского режима на Ближнем Востоке) был главной помехой в борьбе Запада с исламистским экстремизмом.
Неудивительно, что схожую точку зрения высказал катарскому телеканалу Al Jazeera американский эксперт по трансатлантическим и евразийским отношениям, сотрудник финансируемого Пентагоном и Госдепом аналитического центра Heritage Foundation Люк Коффи. «Россия может провести пару рейдов спецназа по объектам ИГИЛ. Тем не менее не следует ошибаться: главным приоритетом России было и остается выживание дружественного режима в Дамаске, который будет союзником России», – уверяет Коффи. Сохранение Асада у власти важнее для России, чем борьба с ИГИЛ, подчеркивает он.
Сам президент Сирии Башар Асад в интервью арабскому телеканалу «Аль-Маядин» заявил: Франция не может одновременно вести борьбу с терроризмом и быть союзником Катара и Саудовской Аравии.