Даже упоминать о нарастании в мире самых разных противоречий банально, однако человечество сейчас и в самом деле находится в такой ситуации. И проблема даже не в том, что этих противоречий все больше и многие из них не понятно как решать – беда в том, что они точно неразрешимы в рамках существующего миропорядка.

Более того, сам этот миропорядок и является едва ли не главным препятствием к их разрешению: глобалистский проект, олицетворяемый Западом и США, зашел в тупик, завел туда весь мир и категорически не хочет этого признавать и отказываться от претензий на «руководящую и направляющую роль».

В этих условиях все остальные страны и цивилизации ищут максимально безопасный путь выхода из кризиса, геополитического и мировоззренческого – и Россия играет в этом процессе одну из ведущих и точно самую заметную роль. Заметную настолько, что по нам демонстративно бьют хозяева уже на самом деле обанкротившегося, но пока еще не признавшего этого западного мира.

Да, речь об одном из главных символических событий 2018 года – зимней Олимпиаде в Пхенчхане, которая пройдет без российского флага и гимна. Это демонстративное унижение России – лишь слабая компенсация атлантистов за то, что они ничего не сумели сделать с нами после Крыма, когда на успех политики наказания России было поставлено очень много.

Этого наказания – блокады, изоляции, унижения – не получилось, и санкции ударили по их инициаторам. Не в том смысле, что они понесли финансовые потери – убытки несут не они, а совершенно не хотевшие никаких санкций европейские производители – а в том, что весь незападный мир окончательно убедился в том, насколько на самом деле ограничена власть «властелина мира», то есть глобалистской элиты, прикрывающейся именем США.

Россия выстояла и тем самым ускорила развитие событий, каждое из которых само по себе знаменует конец атлантического миропорядка. И каждое из этих событий получит свое продолжение в 2018 году.

Ускорилось наше сближение с Китаем, и в наступающем году сотрудничество во всех сферах – от построения евразийской системы безопасности через ШОС до экономического сотрудничества, от военных дел до инфраструктурных проектов – станет еще более тесным. В 2018-м Москва и Пекин должны будут лишить Вашингтон возможности разыгрывать северокорейскую карту – и можно уверенно прогнозировать начало шестисторонних переговоров по ракетно-ядерной программе КНДР.

Россия укрепилась на Ближнем Востоке, а через это и во всем исламском мире – и в 2018 году будет играть все более заметную роль на пространстве от Марокко до Индонезии. Сирийская операция закончена, но в следующем году нужно будет провести межсирийский диалог, конференцию по мирному урегулированию и послевоенному будущему Сирии.

Россия, опираясь на оформившуюся в уходящем году тройку с Турцией и Ираном, сделает все для скорейшего оформления соглашения об устройстве послевоенной Сирии.

Но не только сирийская тема будет в центре внимания мировой дипломатии – есть все шансы на возобновление палестино-израильского урегулирования. Дональд Трамп взорвал ситуацию со статусом Иерусалима не просто так, а для того, чтобы на следующем шаге сдвинуть с мертвой точки переговоры между арабами и евреями.

Но сделать это без России США не смогут – более того, только совместными усилиями двух сверхдержав и можно приступать к решению такой взрывоопасной проблемы, как палестино-израильское размежевание.

И тут Россия получает к своему и так восстановившемуся влиянию в исламском мире еще и дополнительный бонус. Нам не нужно сейчас спорить с США за право быть главным посредником с арабской стороны: получается, что США подталкивают к переговорам Израиль, а мы – Палестину и арабский мир.

Сам факт возобновления прерванных еще в прошлом десятилетии переговоров станет дополнительным подтверждением возросшего статуса России, нашего полноценного возвращения в ранг сверхдержавы. Не экономической – но геополитической.

Все последние годы нарастала напряженность внутри самого Запада, между англосаксами и континентальной Европой, в том числе и вследствие того давления и принуждения к антироссийским санкциям, которое оказывали на европейцев атлантисты. Обострялись отношения и в самом Европейском союзе – стремление Германии перейти к следующей, политической стадии интеграции вызывает все большее сопротивление национальных государств.

Неожиданный для европейской – да и для английской – элиты выход Великобритании из ЕС, рост сепаратистских тенденций в целом ряде стран Европы, особенно в Испании, углубление противоречий, в том числе религиозных, между Западом и Востоком Европы – из этого клубка Евросоюз может вывести только очень сильный лидер.

Но такого нет – Ангела Меркель еле держится в седле, и даже если сохранит пост канцлера, потеряет заметную часть своего влияния на Германию, не говоря уже о ЕС. Эммануэль Макрон амбициозен, но легок, да и сама Франция далеко не в лучшей форме.

О том, насколько неустойчива ситуация в ключевых странах Европы, свидетельствует следующий факт. Хотя в 2018 году парламентские выборы намечены лишь в Италии, они вполне могут случиться и в Германии с Великобританией, в которых в ушедшем году они уже состоялись.

Для России штормящая Европа лучше, чем спокойная, но жестко подчиненная атлантическому диктату

– в расхристанном Евросоюзе более активными становятся национальные правительства, которые практически везде настроены на восстановление и укрепление отношений с нами.

Точно так же, как и совершенно национальный Дональд Трамп, представляющий собою своеобразный вариант Виктора Орбана, то  есть сторонника сильного государства и противника глобалистов, только оказавшегося во главе не маленькой европейской страны Венгрии, а сильнейшей в мире державы, контролируемой наднациональной по своему мышлению элитой.

Для Трампа 2018 год станет первым годом его полноценного президентства – «русская сага» будет закончена, постоянный обстрел его через СМИ сократится, свобода его действий существенно вырастет.

А осенью 2018-го Трамп выиграет выборы в Конгресс, который и сейчас контролируют республиканцы, формально его партия, но после довыборов станет контролировать уже сам Трамп.

Случится и то, что так ждали весь 2017 год – первый полноценный саммит Путина и Трампа.

Сложно сказать, в какой форме он пройдет – в виде визита одного из двух президентов к другому (тогда ехать придется Трампу, потому что последним был визит президента России в США, пускай этим президентом и был Медведев) или же как саммит в одной из третьих стран.

Как раз в ноябре 2018-го исполнится 75 лет первой российско-американской встрече на высшем уровне. Она прошла в Тегеране – нынешняя может состояться, например, в Иерусалиме. Или в Аргентине – где как раз в конце ноября 2018 года соберется «Большая двадцатка».

В любом случае, к концу наступившего года влияние России в мире укрепится еще больше – для этого есть все основания.