Начнем, впрочем, не с инициативы, а с промежуточных итогов ее воплощения в жизнь.
Тот факт, что в вузы поступают сегодня вообще все (и доучиваются все), – не норма, а трагическое отклонение от нормы
Они таковы: некоторые российские вузы изменили набор вступительных испытаний (так, например, в Сибирском федеральном университете будущим журналистам и филологам вместо экзамена по иностранному языку нужно будет сдавать обществознание), некоторые решили ничего не менять.
А большинство учебных заведений решило вообще не публиковать финальные списки экзаменов, не обращая внимания на то, что по закону должны были сделать это не позднее 15 февраля. Все ждут более подробных вводных от Министерства образования.
Случилось все это потому, что рекомендации министерства не совпадают с его же приказом.
Рекомендации с приказом не совпали потому, что вполне разумный, скандальный и возмутительный приказ, выпущенный ведомством, гласит, что вузы за четыре месяца до вступительных экзаменов должны поменять те экзамены, которые не являются обязательными, а рекомендации, наоборот, говорят о том, что ничего менять ни в коем случае нельзя. Вузы, разумеется, впали в ступор, потому что противоречивые указания выполнять очень трудно.
Приказ, в свою очередь, должен был бы касаться лишь нескольких вузов, которые его и лоббировали (потому что, как справедливо отмечает Вадим Бирюков, причиной перемены экзамена может являться «самое большое количество отличников по английскому среди всех предметов на ЕГЭ-2013»), но если бы ведомство сделало именно так, уши бы торчали совсем явно, поэтому пришлось сыграть по-крупному. Речь шла о том, что в МГИМО хорошо бы сдавать не английский, а географию.
Не получилось.
Рекомендации потому и появились, что возмущенная родительская общественность, не понимая, почему это вдруг тренировались ученики по английскому, а сдавать придется географию (действительно, целую географию сдать – это вообще как? Совесть-то есть у вас, ироды?), возмутилась несправедливостью (напомним, что весь скандал начался с комментария «матери одной из московских абитуриенток»).
К родителям присоединились и вузы, которые поняли, что могут недобрать студентов. Например, ректор Курского института менеджмента, экономики и бизнеса Галина Отрокова в интервью газете ВЗГЛЯД честно и прямо описала все, как оно есть: «Конечно, Министерство образования несколько запоздало с определением дисциплин, по которым следует сдавать ЕГЭ. В качестве оправдания там приводят аргумент, что, дескать, все дисциплины, изучаемые в школе, должны изучаться с одинаковым упорством и желанием. Но по факту, конечно, это не так. И мы знаем, что в начале последнего учебного года учащиеся и их родители, как правило, выбирают конкретное учебное заведение, конкретные предметы и целенаправленно готовятся по ним с репетиторами и на курсах».
По факту, конечно, не нужно изучать все дисциплины с упорством и желанием. Отлично придумано. Посоветуем уважаемой Галине Отроковой, члену Общественной палаты, прочесть сначала соответствующий федеральный закон, а затем какое-нибудь выступление Владимира Путина о верховенстве на территории РФ закона (а вовсе не того, как там у вас по факту или не по факту).
Потому что заявление звучит, конечно, настолько странно, насколько вообще возможно. Так, наверное, в 90-х какой-нибудь хозяин провинциального города мог бы официально заявить: ой, закон, конечно, но вообще у нас две бандитских группировки, надо с ними согласовать смену начальника милиции.
И МВД в ответ на это стыдливо бы ответило: да-да, простите, как-то мы погорячились, у вас ведь целых две ОПГ, а не одна, это сложнее, а вот одна ОПГ получше, другая похуже, тут есть нюансы, как не войти в положение.
Диковато, конечно, но ничем от ситуации с возмущением от перемены экзамена не отличается.
Жить по понятиям куда более комфортно, хотя и бессмысленно и небезопасно, но закон нужен ведь не для того, чтобы у всех было меньше стресса, а для того, чтобы выстроить непротиворечивую и работающую систему общественных взаимоотношений.
Так, например, уголовное преследование педофилии делает жизнь педофила очень стрессовой, но педофилы не выступают с гневными отповедями на этот счет и не рассказывают о том, что, в общем, в свое время и в 12–13 рожали, никто ж не умер. Рожали и в 13, конечно, но нельзя – значит нельзя. Точка.
А в образовании – все можно. Закон говорит о том, что образование – это «совокупность приобретаемых знаний, умений, навыков, ценностных установок, опыта деятельности и компетенции определенных объема и сложности в целях интеллектуального, духовно-нравственного, творческого, физического и (или) профессионального развития человека», а родители, учителя и вузы свидетельствуют, что главное – это чтобы дитя в вуз поступило, а там хоть трава не расти.
Закон говорит о всеобщем обязательном среднем образовании, а родители говорят о всеобщем обязательном высшем образовании, хотя в логике закона высшее образование – не для всех.
Тот факт, что в вузы поступают сегодня вообще все (и доучиваются все), – не норма, а трагическое отклонение от нормы.
Министерство сделало робкие полшага навстречу приведению ситуации в соответствие с законом и тут же получило по рукам, все отыграло назад и бросилось – кривовато, правда, но эффективные менеджеры, что с них возьмешь – исправлять оплошность.
Из этой истории, скорее нелепой, чем страшной, мы можем сделать следующие выводы:
1. Главными в образовании являются родители, чей институциональный статус вообще не определен: но их возмущения вполне хватило, чтобы министерство начало само себе противоречить. Представьте, что будет, если этот статус все-таки появится. Можно будет солнце потушить.
2. Школа нужна не для образования, не для воспитания, не для гармоничного развития и даже не для социализации. Школа нужна для того, чтобы: а) родителям было куда сдать детей; б) чтобы дети могли поступить в вуз.
3. Для чего нужен вуз, понятно пока не вполне. Скорее всего, это просто некая форма 12–17-го классов. Во всяком случае, то, что важным представляются не знания, а сам факт поступления, говорит о том, что строго спрашивать с вузов не стоит. Любая борьба за их эффективность в этом контексте – полная профанация, ведь вузы, согласно логике «поступить, лишь бы поступить», нужны потому, что «все же идут, а мой ребенок чем хуже».
4. Часть вузов, которые хотят быть все-таки вузами, обладают довольно сильным лоббистским потенциалом, но, как и само министерство, стесняются объяснять свою логику, предпочитая действовать кулуарно, и потому, конечно, проигрывают.
5. Министерством образования при должных навыках можно вертеть как хочешь: последствия своих действий оно не просчитывает, два с двумя сложить не в состоянии.
Впереди нас ждет ЕГЭ-2014. Никаких выводов из скандалов прошлых лет сделано не было, новые скандалы начинаются уже сейчас, и мы снова станем свидетелем очень познавательного зрелища, особенно если учесть, что в школы спешно и в самом дурном виде возвращается сочинение. Старшие классы не успевают вымуштровать, слить темы тоже вряд ли удастся, поэтому будет действительно весело.
По уму, разумеется, экзамены в вуз должны быть вызовом, настоящим боем за место в интеллектуальной и профессиональной элите страны. И смена экзаменов могла бы послужить хотя бы элементарному отсеиванию совсем уж никуда не годных абитуриентов. Географию не сдал после 11 лет обучения в школе и четырех месяцев подготовки? Извини, до свидания.
Но у детей стресс, и поэтому, извините, придется пока без элиты. Как-нибудь потом, может быть. Лишь бы дети не переволновались, лишь бы родители удовлетворили свои амбиции.