Тимофей Бордачёв
У дальней Азии проснулся безусловный интерес к России
«Третья» Азия, самая удаленная от России, может оказаться для нас не только выгодным, но и наиболее комфортным внешнеэкономическим партнером.
9 комментариев
Тимофей Бордачёв
У дальней Азии проснулся безусловный интерес к России
«Третья» Азия, самая удаленная от России, может оказаться для нас не только выгодным, но и наиболее комфортным внешнеэкономическим партнером.
9 комментариев
Василий Авченко
Как поживает внутренний русский Израиль
Всякий попавший в Биробиджан обратит внимание на броские двуязычные – на русском и на идише – аншлаги с названиями улиц и остановок. И задастся непременным вопросом: почему эта автономная область по-прежнему называется Еврейской, если евреев, по официальным данным, здесь осталось меньше процента?
11 комментариев
Ольга Андреева
Как на неправильных выборах Ельцина Россия сделала правильный выбор
Ельцин был готов на крайние меры: запретить КПРФ, распустить Думу, ввести чрезвычайное положение, наконец, перенести выборы на 1998 год. И все же штаб Ельцина вызов принял. Ровно 30 лет назад, 16 июня 1996 года, состоялся первый тур выборов президента России.
98 комментариевВ текущем обострении между Польшей и Европой Варшава сделала следующий шаг.
Выступая в эфире польского телевидения, министр национальной обороны республики Антоний Мачеревич заявил, что Германия должна выплатить Польше военные репарации за нанесенный ущерб и совершенные в годы Второй мировой войны преступления.
Министр сослался на то, что, хотя отказ от репараций имел место, но «он никогда не был закреплен с формально-правовой точки зрения, а носил лишь характер политического публицистического акта».
Еще одним аргументом Мачеревича стало то, что имевший место отказ не имеет юридической силы, потому что от репараций отказалась не Польша, а «советская колония под названием ПНР (Польская Народная Республика)», причем исключительно от репараций, которые «были связаны с территорией марионеточного советского государства ГДР (Германская Демократическая Республика)».
Заявление польского министра обороны органично продолжает длящееся уже больше года и неуклонно нарастающее противостояние Варшавы и Брюсселя, а также Берлина как доминирующей европейской силы.
Конфликт происходит на множестве уровней и по разнообразным темам, включая ведущуюся Польшей вырубку Беловежской пущи.
Несколько дней назад Европейская комиссия запустила санкционную процедуру за принятие Польшей судебной реформы, нарушающей законодательство Евросоюза. Этот шаг стал логичным продолжением действий Европы, недовольной политикой правящих польских властей и партии «Право и справедливость». Их обвиняют в авторитарных тенденциях, урезании прав и свобод прессы и сосредоточении власти.
В свою очередь, Варшава не остается в долгу и позволяет себе крайне резкие выпады против ЕС в целом и Германии как «хозяйки» Европы в частности.
Представляется, что главная причина текущих событий коренится в сочетании новой геополитической реальности и текущих тенденциях в ЕС, круто замешанных на явном стремлении Польши к геополитическому (и даже, можно сказать, историческому) реваншу.
Во-первых, Польша весьма болезненно и негативно воспринимает текущие события в ЕС, в частности переход к концепции «Европы разных скоростей». Причина очевидна: из «новых» членов Евросоюза именно Польша получила (и продолжает получать) самые серьезные преференции и крупные субсидии от ЕС. «Европа разных скоростей» подразумевает отрезание Варшавы от существенной части ныне получаемых благ и в целом снижение ее статуса в ЕС и сдвигание на геополитическую периферию. Это означает серьезную утрату как символических, так и вполне материальных благ, которыми она располагает последнее десятилетие с лишним.
Во-вторых, именно Польша стала опорной геополитической базой в Европе для США, которые последние годы столкнулись с серьезным противодействием Старой Европы.
При этом неверно было бы говорить, что Варшава является безвольным сателлитом Вашингтона, беспрекословно выполняющим его волю. Скорее, Штаты являются для польских властей – националистов с жаждой имперского реванша – удобным «зонтиком» для достижения собственных целей, в том числе в противостоянии с Берлином и Москвой.
Ну а в-третьих, вся пришедшая в подвижность и трансформирующаяся мировая геополитическая система предоставляет шанс для достижения поставленных целей и повышения статуса державы, так что вполне можно понять польские власти, пытающиеся этим шансом воспользоваться.
Как следствие, политика Варшавы последнего времени отличается резкими, на грани скандальности, заявлениями и шагами: от попыток торпедировать «Северный поток – 2» до свежего заявления о репарациях от Германии. Про множество антироссийских шагов в этой ситуации можно даже не упоминать.
Пожалуй, главная проблема Варшавы в данной ситуации коренится в том, что часто принято называть польским гонором, который заставляет неадекватно оценивать ситуацию и переступать «красные линии». Из-за этой особенности польские элиты уже неоднократно навлекали на страну тяжелые, а иногда и катастрофические последствия.
Скорее всего, польские власти резко – и оскорбительно (ведь при официальном требовании репараций Берлин может напомнить о территориальных приобретениях Польши по итогам Второй мировой и изгнанных с этих земель этнических немцах) – ведут себя с Германией и ЕС, надеясь на поддержку и прикрытие Штатов. Однако США известны умением грамотно защищать собственные интересы и бросать на произвол судьбы союзников, зато Германия никуда не денется и вряд ли забудет все текущие выпады Варшавы против себя.