Ольга Андреева Ольга Андреева Референдум о сохранении СССР привел страну к распаду

Историю последних лет существования СССР будет трудно рассказывать детям. Она полна таких удивительных несуразностей, что ребенок, слушая путаные объяснения старших, неизбежно будет чувствовать себя болваном.

16 комментариев
Борис Джерелиевский Борис Джерелиевский Захватят ли США стратегический иранский остров

Судя по сообщению Пентагона об уничтожении 90 военных целей на Харке, уже начата подготовка к высадке. Скорее всего, морпехи будут забрасываться на остров вертолетами с территории Кувейта после того, как удастся нейтрализовать системы ПВО.

6 комментариев
Сергей Худиев Сергей Худиев Если вас запугивают по телефону

В России произошло убийство под влиянием телефонных мошенников. Это новая, ранее неизвестная, форма терроризма. И это еще раз ставит перед нами проблему телефонного мошенничества – и, что особенно важно, нашей собственной ответственности за то, как мы реагируем на голоса в трубке.

24 комментария
27 марта 2015, 08:02 • Клуб читателей

Сто лет жили без событий

Борис Пономарев: Cто лет жили без событий

Представления иностранцев о нашей стране застряли на уровне крестьянина-общинника времен столыпинских реформ: казак в их трактовке – это «почтальон, который ходит на войну», а изба – «микрокосм печальной русской души».

В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Бориса Пономарева о том, каким должен быть имидж России в глазах иностранцев.

На одной из конференций близко сошлись с аргентинцами и уже к завершению решили выяснить, что думаем друг о друге. Не прибегая к помощи всезнайки айфона, каждая из делегаций должна была описать на листке по три образа, лучше всего передающих уникальность наших стран.

Мы, аргентинцы, как и русские, любим грустить, мы с вами очень похожи

Мы об Аргентине: «аргентинское танго», «футбол», «карнавал» (совсем легко), и о себе: «Красная площадь», «балет», «Гагарин» (это сложнее).

Сверили. Танго, кто бы сомневался, – в десятку, однако с уточнением: «Никакой страсти! Танго танцуют печально и нежно». С футболом тоже без проблем, а вот карнавал – мимо.

Вместо него «пампа и гаучо»: «Пампа – это так важно для нас, в ней вся Аргентина, это как в России степь и одинокий ямщик, а у нас – пампа и гаучо, он такой одинокий, мы, аргентинцы, как и русские, любим грустить, мы с вами очень похожи».

Почему русские должны грустить, стало понятно, когда зачитали представления наших визави о России: все они из классической русской литературы и не выходят за границы Серебряного века. Российская история для них закончилась в семнадцатом году.

Ни Красная площадь с Василием Блаженным, ни знаменитый российский балет, ни первый в мире космонавт аргентинцев не вдохновили.

Равно как и «поворот рек вспять», индустриализация, ледоколы и Ленин с коммунизмом и третьим интернационалом в придачу. Не тронули и российские самые мощные в мире стратегические ракетоносцы, способные отправить мир в тартарары, и даже эпическое противостояние России с Америкой.

Представления поклонников аргентинской пампы о нашей стране застряли на уровне крестьянина-общинника времен столыпинских реформ: «изба», «казак», «самовар», причем казак в их трактовке – это «почтальон, который ходит на войну», а изба – «микрокосм печальной русской души».

Как такое возможно: одна шестая часть суши – белое пятно, ноль, «территория ничего»? Сто лет без событий – все так же сидит казак в избе, пьет чай из самовара, смотрит в окоем и грустит: до горизонта заснеженная унылая степь да редкие сани с ямщиком на облучке.

И ты не можешь не задать себе вопрос. У нас в самом деле нет ничего достойного? Или есть, но плохо продвигаем? А может быть, это козни «мировой закулисы»?

Неужели первый в мире спутник значит меньше, чем аргентинское, но всего лишь танго? Почему наш спутник до сих пор не мировой бренд? (Аргентина в то время готовила заявку в ЮНЕСКО о признании аргентинского танго памятником нематериальной культуры мирового значения).

Чем мы хуже? Где тот ассоциативный ряд, который будет «вспыхивать» в голове каждого жителя планеты Земля при упоминании России?

Египет – «пирамиды», Китай – «стена», Куба – «сигары», Франция – «Лувр», Америка – «Голливуд». Украина и та обзавелась брендом, хотя сомнительным: «Майдан».

Россия – «...»? Наш российско-аргентинский мини-опрос на репрезентативность не претендует – всего-то по десятку человек с каждой стороны. Да и случилось это все довольно давно, в нулевые. Но результат показателен.

Скорее всего, ответы после мощного историко-культурного ликбеза для гостей, телезрителей и хозяев сочинской Олимпиады были бы другими. Хочется на это надеяться. Надо думать, и Russia Today хлеб свой недаром ест.

И все же, как «там» должна Россия выглядеть сегодня? Мир стремительно меняется. Может быть, мы исходно не те символы и образы закладываем?