Сергей Худиев Сергей Худиев Погоня за успехом делает людей несчастными

Когда человек осознает, зачем ему дана жизнь, когда он обретает смысл жизни в служении чему-то большему, чем он сам, он больше не определяет свое достоинство через банковский счет или марку машины.

0 комментариев
Андрей Манчук Андрей Манчук Россия повернулась к культуре Глобального Юга

В Москве проходит сразу три выставки, свидетельствующие о том, что Россия старается укрепить связь с Глобальным Югом не только через экономику и политику, но и через культуру. Это помогает нам, в том числе, преодолеть зависимость от Голливуда и «Нетфликса».

0 комментариев
Борис Джерелиевский Борис Джерелиевский Западные кураторы придумали для Украины террористическое ноу-хау

Исторический опыт показывает, что террористические атаки против нашей страны никогда не позволяли нашим врагам добиться желаемых результатов, хотя и вели к невинным жертвам. Однако сейчас неприятель полагает, что у него просто не остается иного выбора, кроме как сконцентрироваться на террористической войне.

7 комментариев
28 июля 2026, 08:38 • Экономика

Китай разозлился на Европу

Китай разозлился на Европу
@ Cfoto/Keystone Press Agency/Global Look Press

Tекст: Ольга Самофалова

Пекину очень не понравилось решение Евросоюза включить китайские компании в 21-й санкционный пакет против России. На следующий день Китай ответил зеркально и ввел экспортный контроль для такого же числа европейских компаний. Под удар попали не только оборонные предприятия, но и производители электроники и оптики. Чем грозит Европе санкционное противостояние с Китаем?

Китай решил наказать Европу за включение своих компаний в 21-й санкционный пакет против России. ЕС заподозрил 14 компаний из Китая и Гонконга в том, что они помогают обходить антироссийские санкции и поставляют нам электронику, станки с ЧПУ, оборудование для производства микросхем и прочее.

В Пекине этот шаг расценили как атаку на свои компании, назвали несправедливым и ответили зеркально: ввели экспортный контроль против 14 европейских компаний из разных секторов – от оборонной промышленности до высоких технологий. Столько же по числу китайских компаний попало под в санкции ЕС.

Теперь китайским экспортерам нельзя продавать этим европейским компаниям товары двойного назначения, и зарубежным компаниям и частным лицам это тоже нельзя делать. Исключения может выдавать только Минкоммерции КНР.

В список попали итальянский производитель электродвигателей Lafert, немецкий производитель бронетехники, артиллерии и боеприпасов Rheinmetall, чешский производитель тяжелых грузовиков TATRA TRUCKS, французский производитель полупроводников III-V LAB, судостроительная компания из Нидерландов IHC Merwede, литовский производитель лазерного оборудования и другие компании.

Последствия для разных компаний будут разными.

«Для китайских компаний новые санкции усложняют расчеты, логистику и доступ к европейским технологиям. Наиболее уязвимы компании, ориентированные на экспорт в ЕС или использующие европейское оборудование и программное обеспечение в своих производственных цепочках»,

– говорит Александр Бахтин, инвестиционный стратег «Гарда Капитал».

Что касается ответа Пекина, то для одного из крупнейших оборонных концертов Европы, немецкого Rheinmetall, Китай – не единственный источник критичных военных технологий, но важный поставщик отдельных материалов и компонентов, поэтому ограничения создадут сложности. Для части фигурантов списка ограничения будут носить скорее символический характер. А вот для производителей специализированной электроники и оптики (вроде Vigo Photonics или Ekspla) ограничения поставок станут серьезной проблемой, хотя замену китайским компонентам в ряде случаев найти возможно.

Особую сложность представляет ситуация с критичными материалами. Китай доминирует в мировом производстве таких металлов, как галлий и германий, а также ряда редкоземельных элементов – без них не обходятся оптоэлектроника и полупроводники. По некоторым позициям доля Китая превышает половину мирового объема, и быстрых альтернатив у европейских компаний мало.

«Среди европейских компаний от ограничений могут пострадать производители высокотехнологичной промышленной продукции, где Китай остается одним из крупнейших рынков сбыта. В первую очередь это бизнесы в сферах микроэлектроники, фотоники, лазерных технологий и высокоточного машиностроения.

Для них Китай является не только рынком продаж, но и важным звеном производственных цепочек. Ограничения могут привести к потере контрактов, задержкам поставок и поиску более дорогих альтернатив», – говорит Бахтин.

«Наиболее вероятным последствием станет не остановка производства, а увеличение себестоимости отдельных проектов, необходимость перестраивать цепочки поставок, искать альтернативных поставщиков или работать через посредников. Это может привести к росту затрат и увеличению сроков реализации некоторых технологических программ, но вряд ли создаст критические риски для деятельности крупных европейских компаний», – отмечает Виталий Лавринович, бизнес-аналитик PRoud.365.

Впрочем, эта ситуация – лишь новый эпизод в истории долгого торгового конфликта между ЕС и Китаем. «За последние годы стороны неоднократно вводили взаимные ограничения: ЕС усиливает контроль над китайскими инвестициями, ограничивает экспорт высоких технологий, расследует государственные субсидии китайским производителям электромобилей, а Китай отвечает экспортными ограничениями на критически важные материалы, проверками европейского бизнеса и санкциями против отдельных компаний», – говорит Бахтин.

«Европейцы считают, что многие китайские компании получают масштабные государственные субсидии, что позволяет им демпинговать и вытеснять европейских производителей. Именно поэтому ЕС усиливает антидемпинговые расследования, вводит дополнительные пошлины и ограничения, стремясь защитить собственную промышленность. А Китай, как правило, отвечает зеркально», – добавляет собеседник.

«Несмотря на существующие противоречия, экономики Китая и Евросоюза остаются тесно взаимосвязанными. Поэтому ни одна из сторон сегодня не заинтересована в полном разрыве торговых отношений, а нынешние ограничения скорее повышают стоимость отдельных проектов и усложняют логистику, чем меняют ситуацию на рынке в целом», – заключает Лавринович.