Корпорация добрых дел

Весной прошлого года Ольга Лукас выпустила небольшую книжку «Поребрик из бордюрного камня», выросшую из цикла записей в ЖЖ и потому имевшую определенное количество поклонников еще до появления на полках магазинов. В «Поребрике» разрабатывалась такая сакраментальная для России тема, как проявляющиеся на всех уровнях бытия различия между Москвой и Питером. Тема освещалась, выражаясь в терминах Набокова, с двух сторон – космической и комической, хотя предпочтение решительно отдавалось второй. Условно-собирательные москвич и питерец, совместными усилиями автора и иллюстратора превращенные в почти комиксовые пародийные фигурки, демонстрировали свои несхожие повадки в различных ситуациях – бытовых и исторических.

Слишком уж у этого текста умиротворенный, клубно-кафетерийный настрой

Это произведение, состоящее из микроскопических рассказиков-зарисовок и инфильтрованное веселыми картинками, продолжало более ранние опыты как самой Лукас, так и ее московско-питерских собратьев по малой форме (некоторые из которых успели побывать ее соавторами). Получилось вроде бы слишком легковесно, но нескучно и актуально – как ни странно, книги, всецело посвященной спору двух столиц, в обозримом прошлом не обреталось. Тот факт, что такой магистральный для русского сознания вопрос рассматривается в таком как бы несерьезном формате, выглядел по-своему закономерным – если романисты и философы спят, то ничего удивительного, что на их территории забавляются микропрозаики.

Между тем Лукас вдруг сама переквалифицировалась в романисты и сделала это без явных усилий – в «Тринадцатой редакции» совершенно отсутствуют крупный замах, видимая амбиция и прочие подобные вещи, для пафосного определения которых используются слова «величие замысла». Грибницей романа как будто бы служит все та же микропроза, лишь слегка модифицированная в направлении большей реалистичности и сюжетности. Однако результату могут позавидовать не только дебютанты, но и иные ударники романного производства.

Учреждение, называемое Тринадцатой редакцией, официально считается петербургским филиалом большого московского издательства «Мегабук» (о его прототипах каждый читатель волен догадываться сообразно своей осведомленности). На самом деле эта питерская контора – оперативный штаб рабочей группы, состоящей из представителей особой древней породы людей, функция которой – исполнять чужие желания. Исполнители желаний сохранили свое древнее название: они именуются мунгами (именительный падеж – мунги, родительный – мунгов и т.д.; о происхождении этого термина ничего не известно). Добрые засекреченные профессионалы работают совершенно бескорыстно, исполняя при этом не все людские желания, но только по-настоящему заветные, реалистичные и безопасные для окружающих.

У мунгов свои способы поиска клиентов, свои методы анализа (используются высокие технологии, датчики и прочая продвинутая машинерия), а также изощренная система конспирации и специфическое разделение ролей – есть разведчики, техники и бойцы-охранники. Без последних никак не обойтись, потому что существует конкурирующая раса – так называемые шемоборы, работающие не бескорыстно, а на основе сделки: с человека, чье желание исполняется, взимается плата в виде бессмертной души. Мунги и шемоборы – вечные враги, чья вражда становится особенно острой, когда они претендуют на одного и того же заветно желающего.

На эту тему
• Ольга Лукас объяснила, чем москвичи отличаются от питерцев
• Сказка ложь, да в ней намек: «Золушки на грани» Ольги Лукас
• Топ-10 литературных событий года
• «Непоседа» Лукьяненко: Главная новогодняя сказка

Завязка строится в полном соответствии с таким раскладом: объектом конкуренции двух кланов становится девушка, мечтающая издать свой роман о вампирах (ехидный привет дебютантки Лукас сами понимаете кому).

В принципе, на основе такого сюжета могла бы появиться бледная копия лукьяненковских «Дозоров» или любой другой известной книги о тайных сообществах существ с особыми функциями. Но Лукас не зря растождествляется с девушкой, пишущей про вампиров: «Тринадцатая редакция» – это другая история. И самое интересное, что дело здесь не столько в сюжетных ухищрениях и скрупулезном прописывании оригинальных фэнтезийных деталей, сколько в специфической расслабленной атмосфере, унаследованной от малой прозы про москвичей и питерцев. Длинная история, затрагивающая фундаментальные моральные вопросы, не лишенная настоящего сюжетного напряжения и вроде бы обремененная фэнтезийно-конспирологическими стереотипами, читается как шуточная новелла. В этом достоинстве «Тринадцатой редакции» можно усмотреть и недостаток: слишком уж у этого текста умиротворенный, клубно-кафетерийный настрой. Впрочем, о том, есть ли здесь реальная проблема, судить еще рано: на подходе продолжение, в котором, возможно, бесперебойное солнце сменится хотя бы какой-то облачностью.