31 мая, воскресенье  |  Последнее обновление — 13:44  |  vz.ru
Разделы

Это война, где не надо убивать

Анна Долгарева, журналист, поэт, военный корреспондент
Мы с Оксаной везли в реанимацию старика, которому стало плохо. Я не понимала, что происходит, и спросила Оксану, что с ним. Оксана резко ответила: «Умирает он, Аня». Подробности...

Спасет ли Россия Европу в Ливии

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ
Россия не заинтересована в усилении своего военного присутствия на ливийской земле. Но в этом должна быть заинтересована Европа – ведь только российские военные смогут спасти Евросоюз от очередного поражения в конфликте с турками. Подробности...
Обсуждение: 14 комментариев

Американским соцсетям придется соблюдать российские законы

Александр Малькевич, президент Фонда защиты национальных ценностей
Весь мир беспокоит проблема распространения фейков и незаконного контента. Ни одно государство просто не в состоянии бороться с ним самостоятельно – без привлечения самих площадок, вроде Facebook и YouTube. Подробности...
Обсуждение: 10 комментариев

    Протестующие в США громят улицы и полицейские участки

    В Миннеаполисе четвертый день продолжаются массовые беспорядки после убийства полицейскими афроамериканца Джорджа Флойда. В городе введен режим чрезвычайного положения и направлено свыше 500 бойцов Национальной гвардии США. Массовые акции протеста проходят также в других городах Америки
    Подробности...

    В России отметили день пограничника

    28 мая исполнилось 102 года со дня основания в России пограничных войск. По этому случаю во многих городах страны бывшие военнослужащие устроили празднества. Не помешали даже введенные в стране санитарные меры
    Подробности...

    В Россию прибыла первая партия аппаратов ИВЛ из США

    Вечером 21 мая в московский аэропорт Внуково из США прибыла первая партия аппаратов искусственной вентиляции легких. Груз в аэропорту встречали посол США в России Джон Салливан и заместитель гендиректора Центра им. Пирогова Дмитрий Никитенко, сопровождал его помощник главы USAID Брок Бирман
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:Роскосмос анонсировал испытания двух новых ракет в 2020 году
         |  vz.ru

        Читайте также

        Борис Орлов: «Я – суверенная часть империи…»

        Художник Борис Орлов против «Воинства земного и воинства небесного» в ММСИ в Ермолаевском переулке
        Работа авангардиста Бориса Орлова - "Бюст в духе Растрелли" 1982 год    27 февраля 2008, 09:19
        Фото: Борис Орлов
        Текст: Константин Рылев

        Авангардист Борис Орлов оказался удивительно «музейным» художником, поскольку классик соц-арта всю жизнь создавал что-то вроде антиимперских реликвий. Четыре этажа его ретроспективной экспозиции (с конца шестидесятых по сегодняшний день) в ММСИ дают целостное и пространственно-насыщенное впечатление (куратор Селина, координатор Лопухова) о его творческом пути.

        В отличие от своего друга юности и соученика по Московскому высшему художественно-промышленному училищу, поэта и классика концептуализма Дмитрия Пригова (отделение скульптуры), Орлов остался верен пластическому искусству. Строгановку закончили и основатели соц-арта Комар и Меламид. Вероятно, в МВХПУ государство так рьяно компостировало мозги художникам, что у них выработался иммунитет к официальной, тотально правой идеологии. Результатом этого стало обретение ими своего творческого стиля в области андеграунда.

        Время и власть

        «Я, конечно, пародирую имперский героизм. Но с позиций собственного героизма. Я – суверенная часть империи» Орлов на борьбу с советской империей призвал Время. Судя по ранним орловским работам, время его всегда интересовало как категория «проверяющая на прочность». Из произведений изобразительного искусства Древнего Рима до нас дошла, в основном, скульптура. И то в несколько потрепанном виде: многие статуи и бюсты повреждены.

        Ключевая работа раннего Орлова «Хронос» (1974) – монументальная инсталляция в духе Дюшана, где слеплены в единую композицию шестерни, шкалы, машинные цепи. Хронос – все перемалывающий Механизм. Даже «каменная плоть» статуй подвержена его разрушающему действию.

        Что касается власти, то терракотовые головы «Короля», «Королевы» (1969) и «Императора»(1971) – «разъедены» веками, вплоть до корон и лаврового венка. Их разваливающиеся физиономии автор «укрепил» металлическими кругами и заплатами. Метафизика Орлова не в преодолении времени, а во взгляде через призму земной бренности.

        Пропагандой доблести и непобедимости Империя пытается утверждать идею бессмертия: для вас, герои, нет смерти, идите и совершайте подвиги, а мы уж вас увековечим. По Орлову, это – сомнительная награда. Механизм Хроноса покруче любой Имперской машины. Но мастера все-таки поражает схожесть (и живучесть!) империй как таковых. Он выстраивает ряд: римская-византийская-российская-советская.

        Орлов начинает пародийно высмеивать советскую геральдику, скрещивая ее с римской и византийской. Империя – это всегдашняя битва с врагом, за урожай, за спортивный рекорд, за БАМ. Бюст Цезаря, как символа всех империй, Орлов облачает в фуфайку, тельняшку, гимнастерку («Аллея героев», 1975–1989).

        Комично наделяет женской грудью – Цезарь в образе героини-монтажницы («прицепная» женская грудь диктаторам и воинам – как противопоставление агрессивным патриархальным обществам мирного, матриархального).

        Нападкам подвергается советская идеологическая иерархия («Генералитет», «Национальный тотем», 1982): все «герои» – от академика Павлова до Пушкина – в медалях и орденах. Подобные пародийные иерархии создавал в 70-х Пригов с литераторами: Пушкин – генералиссимус, Горький – маршал и так далее.

        Имперская машина все больше дает сбоев: ломаются зубчики ее орденов-шестеренок. Название выставки «Воинство земное и воинство небесное» дала одноименная работа, представляющая собой иконостас перевернутых медалей, где вместо барельефов выдающихся деятелей – условный человеческий профиль(1991).

        В год крушения СССР Орлов делает и инсталляцию «Гибель богов»: самолет-тотем, корпусом которого служит медальная планка, трагически лежит, завернув назад сломанные крылья. Борис Орлов (вместе с Хроносом!) добрался до остова, до скелета, до хребта империи. И даже показал момент слома.

        Другой, менее талантливый художник, остановился бы в своем развитии, если бы ограничился идеологическим полем. Однако Орлов, проследив за корнями авангарда XX столетия, сделал любопытный вывод: «В 70-е мы остро ощутили уникальность своего опыта, но как римская империя имела восточную часть и западную, так и европейская культура XX века имеет свою западную и восточную линию: Дюшан и Малевич». (Интервью из каталога выставки).

        Точное замечание. Оба творца – левого направления. Однако Малевич, как «восточник», метафизически достиг своего «Черного квадрата» – символа Конца Света, Затмения, «Победы над Солнцем» (по названию спектакля Крученых, где «ЧК» был частью декорации). «Черному квадрату» подходит в качестве эпиграфа строчка из «Интернационала»: «Весь мир насилья мы разрушим до основания…» «Черный квадрат» – и есть «основание». Вскоре после его появления грянула Первая мировая…

        Прокрутив все это, Орлов в 2001 году создает одну из самых ярких и зрелищных инсталляций «Победа над солнцем» (фрагменты самолетных крыльев) в сочетании с серией картин «Прибавочный элемент», где реальные самолеты сражаются с супрематическми. У первых на крыльях звезды и свастика, у других – супрематические элементы. Фон – космически-черный.

        В «Прибавочном элементе» Орлов не только увидел следствие (похожесть имперских государств), но ощутил и причину: существует метафизическая матрица, вновь и вновь вызывающая империи из небытия. Всякий раз на новом техническом и историческом витке. Поэтому имперская машина (и разные ее воплощения) стала «супрематической», принадлежащей категории Вечности.

        Что касается «повторения пройденных уроков», Орлов заметил: «Я скорее опираюсь на восточно-европейско-византийскую традицию. Я всегда был византийцем. А сейчас у нас опять Византия начинается».

        Вероятно, поэтому бюст Цезаря «Голова императора» (серия «Ретроспекция») 2004 года – гораздо целее своего аналога 1971-го. Опять найдется работенка как империалистам, так и антиимпериалистам.

        Однако уточним личную позицию автора у него самого.

        – Вы империю изображаете как машину. Что-то близкое этому в романе «Мы» Замятина: только там идеализированная машинерия, у Вас – милитаризированная.
        – В Вашем высказывании – очередная интерпретация. Художественное произведение должно обладать мощной интерпретационной емкостью. Если она отсутствует, художник проиграл. Ваша интерпретация мне нравится. Но их должно быть много.

        Работа авангардиста Бориса Орлова -
        Работа авангардиста Бориса Орлова - "Прибавочный элемент" 2001 год

        – Есть плоские интерпретации, есть глубокие…
        – Да и у художника еще есть своя, но ему не стоит ее навязывать. Она зачастую не самая интересная. Он тоже сегодня интерпретирует так, завтра – по-другому. Часто бывает интерпретация случайной, навеянной очередным увлечением автора в оценке собственного произведения. Поэтому когда приходят разные люди и высказываются – это всегда страшно интересно.

        – Как Вы относитесь к феномену империи?
        – Я считаю, что существует матрица в подсознании, которая несет в себе архетипические образы. Империя через нее возобновляется: Рим, Византия, СССР. Сейчас Четвертый Рим воскрес в США.

        – Вы теперь будете бороться с американским империализмом?
        – У них найдутся свои американские художники-борцы. Кстати, мой друг художник Косолапов пытался проявиться на этом поле еще 10 лет назад, когда увидел невероятное сходство американского и русского империализма. Это его дело, поскольку он живет в США. У меня – свои проблемы. Я смотрю, как мы выкручиваемся в этой ситуации – крушения империи. Как тяжело из этого выходить.

        – Разве мы уже не занимаемся реставрацией имперских притязаний?
        – Мне кажется, что промежуток пока слишком маленький. Но потом все возникнет опять, если хватит сил. Бердяев говорил, что это место обречено на империю.

        – В Вашем понимании, имперский настоящий и псевдогероизм – зря потраченное время?
        – Говорят, что все на свете зря. В конце концов, все разрушается и обращается в прах.

        – Опять Экклезиаст! А как же небесная и адская иерархии? Каждый строит что-то свое.

        – Это Вы верно определили: все кончается, но есть метафизическая матрица. Она внутри нас.

        – Вам нравится имперская матрица или нет?
        – Мне интересно. Я сталкиваю метафизическую реальность с подлинной, как два самолета: супрематический и реальный. Я разыгрываю этот сюжет.

        – У супрематического самолета больше шансов выйти из боя невредимым… Но это ладно, есть романтический имперский период, к примеру, юлианский, есть загнивающий, вроде правления Нерона...
        – Романтических периодов у империй нет. Они появляются постфактум. Когда империя исчезает, возникает рефлексия на нее.

        – Но Вы же пародируете героизм?
        – Героизм – это всегда хорошо. Я, конечно, его немножко пародирую. Но с позиций собственного героизма. Если воспевать империю, ее героиизировать – значит, надо становится ее частичкой. Значит, нужно перестать быть самим собой, личностью.

        – Но Вы же все равно – часть империи?
        – Да, но – суверенная! С которой империя всю жизнь боролась, а я ей всячески противостоял.



        ← На главную страницу Письмо в редакцию Подписка на новости
         
         
         
        © 2005 - 2018 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............