Тимофей Бордачёв Тимофей Бордачёв Верования в США тонут в Ормузском проливе

Призывы США к другим странам поучаствовать в разблокировке Ормузского пролива разрушают пузырь ожиданий от американцев, созданный по всему миру за прошедшие десятилетия с подачи Вашингтона. Хотя для способности достигать целей силой США не нуждаются ни в каких союзниках по НАТО.

0 комментариев
Сергей Лебедев Сергей Лебедев Россия возвращает влияние в Сирии

Налаживая диалог с новыми сирийскими властями, Россия стремится как сохранить свое геостратегическое влияние на Ближнем Востоке, так и пытается не допустить инволюции сирийской государственности. На фоне ближневосточной войны это более чем важно.

0 комментариев
Глеб Кузнецов Глеб Кузнецов Что современному человеку стоит знать про Хабермаса

У Ницше есть фразы, которые можно вытатуировать искреннему человеку на груди. У Хабермаса есть предложения на сорок восемь слов про логику научного познания. Пубертатного читателя, ищущего что-то против системы, он к себе не притянет никогда.

12 комментариев
12 октября 2005, 18:01 • Культура

Чемоданное настроение

Tекст: Алиса Никольская

Отношение к комедийному жанру сегодня в театре пренебрежительное. Ставить комедии многие труженики репертуарного звена считают ниже своего достоинства. Или, что еще хуже, ставят нехотя, через губу, выбирая материал по принципу «что попалось». Жанр, соответственно, мстит: если бросить взгляд на столичную афишу, обнаружится, что комедий, сделанных без пошлости или ненужного философского подтекста, практически нет.

Однако комедия остается самым, наверное, востребованным жанром у публики. Быть может, поэтому нынешний сезон ряд крупных театров начинает именно комедиями.

В «Сатириконе» за последние годы обозначился явный крен в сторону серьезного репертуара. Сам худрук ставит «Доходное место» А. Островского – со звездами и «Страну любви» (то есть «Снегурочку» того же А. Островского) – с учениками, играет шекспировского Ричарда Третьего и воплощение «внутреннего врага» в линчевско-метафизической истории «Косметика врага».

Но вдруг увлекается сам и увлекает лучших своих актеров историей под названием «Смешные деньги» популярного комедиографа Рэя Куни (до сей поры его сочинения освоили в МХТ и в «Сатире»), делая, таким образом, беспроигрышный репертуарный ход.

Побег из гостиной

Сцена из спектакля "Смешные деньги"
Пресловутые деньги из заглавия поначалу кажутся вовсе не смешными. Главный герой истории бухгалтер-неудачник Генри Перкинс (Денис Суханов), в собственный день рождения случайно прихватив в метро чужой чемоданчик, обнаруживает в нем колоссальную сумму. Справедливо рассудив, что это подарок за долгие годы более чем скромного существования, Генри готов сражаться за находку как коршун. Понимая при этом, что деньги наверняка краденые, он собирается быстренько сбежать в Барселону, пока его не стал искать невольно ограбленный «мистер Ловчила».

Однако просто вскочить в самолет и улететь у Генри не получится. Во-первых, надо убедить в целесообразности побега жену Джейн (Агриппина Стеклова) – милую доверчивую хлопотунью, не желающую жертвовать семейным уютом ради чего бы то ни было. Во-вторых, что-то объяснить приглашенным в этот день на ужин друзьям – обаятельному простофиле Виктору (Максим Аверин) и нарядной красотке Бетти (Елена Бутенко-Райкина).

В-третьих, избавиться от непонятно откуда взявшихся полицейских – жуликоватого авантюриста (Алексей Якубов) и честного служаки (Владимир Большов), приносящих новости одна другой невероятнее. И это только завязка лихо закрученной, необычайно динамичной истории. Будут здесь и выстрелы, и легкая игра в свинг, и даже намек на «голубую» любовь (необоснованный, правда, но добавляющий пикантности). А главное – будет столь желанный хэппи-энд, случившийся благодаря расторопному веселому водителю такси Биллу (Тимофей Трибунцев). Измученные суматохой, герои все-таки увидят вожделенную Барселону.

За два часа элегантная гостиная в доме Перкинсов превратится в настоящий содом; герои забудут, кто они такие, или и впрямь окажутся несколько «не теми»… Ситуации накручиваются одна на другую с такой скоростью, что от персонажей требуется молниеносная реакция на обстоятельства – как при переходе уровней в компьютерной игре. Однако, что приятно, в этой суматошной катавасии герои выглядят смешно, но ни в коем случае не глупо. А потому заставляют себе симпатизировать.

Убежавшие от себя

Сцена из спектакля "Смешные деньги"
Есть старый театральный анекдот. Педагог по актерскому мастерству объясняет студенту задачу: «Представьте себе, что вы едете на электричке в гости к любовнице. Выходя на станции, видите ее мужа, появившегося из соседнего вагона. Тогда вы ловите такси, быстро приезжаете к любовнице, успеваете сделать все свои дела и умчаться обратно на поезд, не столкнувшись с мужем. Теперь вы понимаете, в каком темпо-ритме нужно играть водевиль?»

Подобный метод вполне применим и к специфике исполнения пьес Куни и драматургов подобного плана. Ибо один из самых важных моментов здесь – скорость. Артист должен обладать выносливым организмом, чтобы адекватно отыграть бесконечно меняющиеся ситуации: успеть десять раз за пять минут сменить реакцию, пару раз встать на уши, прыгнуть с лестницы, да еще озвучить собственный текст.

Чаще всего этого хватает. Но честь и хвала тем актерам, которые в подобных рамках еще ухитряются создать если не полноценные характеры (чаще всего их нет и у автора), то внятные зарисовки.

Некоторым господам из «Сатирикона» это удается. Интереснее всех выглядит Денис Суханов, артист нервно-трагического дарования, чей удел – возвышенные романтические герои, сломленные судьбой: Жадов, Арбенин, Шантеклер. Оказалось, что и прямо противоположная стилистика Суханову не чужда. Остальная компания работает ровно, аккуратно и – что ценно – не перетягивая одеяло на себя.

Выбивается из общей картины только Агриппина Стеклова, отчаянно пережимающая и уходящая в вульгарность. Ее порой оказывается так много, что хочется глаза от сцены отвести. Но вот что интересно: выходя из зала после «Смешных денег» – спектакля внятного и не лишенного как чистоты жанра, так и вкуса, – ловишь себя на мысли, что вернуться на него не хотелось бы. Избаловал нас Константин Аркадьевич серьезными историями. И ожидания от его театра поневоле теперь будут завышенными.