Денис Миролюбов Денис Миролюбов Россия – родина медиафутбола, и за ней повторяют все

Медиафутбол постепенно выделяется в особую систему внутри профессионального футбола – здесь создаются свои сообщества и интриги. Зарождается и свой трансферный рынок, а некоторые профи не прочь перебраться в медиафутбол.

2 комментария
Андрей Медведев Андрей Медведев С подбитым «Абрамсом» закончилась эпоха американского мифа

В масштабах мировой истории практически одномоментно – талибы в тапках погнали американцев, хуситы, пожевав ката, начали создавать проблемы американскому флоту. И, наконец, два русских солдата с позывными Рассвет и Бык без малейшей жалости добили старый миф.

6 комментариев
Сергей Худиев Сергей Худиев Гендерный новояз как орудие нового тоталитаризма

Как писал Оруэлл, «политический язык… создан, чтобы заставить ложь выглядеть правдоподобно, и вынуждает нас, позабыв обо всех приличиях, признать непоколебимой истиной то, что является чистейшим вздором».

17 комментариев
16 января 2015, 09:30 • Авторские колонки

Ольга Туханина: Вам объяснят, что такое свобода слова

Ольга Туханина: Вам объяснят, что такое свобода слова

В новехонькой либеральной империи нестерпимо разит СССР времен его дряхлости. Уже как в «Кин-дза-дзе»: «Вот потому, что вы говорите то, что не думаете, и думаете то, что не думаете, вот в клетках и сидите».

Если бы Кафка был жив, то в эти дни он бы обязательно снова умер. Не знаю уж, от чего – от смеха или от зависти. Или от того и другого вместе.

В цитадели свободного мира ни одно солидное издание карикатуры «Шарли» перепечатывать не стало

«Ассошиэйтед Пресс» сообщает из Парижа, что после самых массовых в истории человечества демонстраций в защиту свободы слова 54 человека были арестованы за неправильные слова, разжигающие ненависть и поддерживающие терроризм. Потом задержания продолжились, и теперь число арестованных превысило шестьдесят человек.

Среди них – известный комик Дьедонне Мбала Мбала. Самое забавное, что этот комик был идейно близким соратником карикатуристов из «Шарли».

Как мы теперь знаем, карикатуристы там были коммунистами, причем такими левыми, что на их фоне Геннадий Андреевич Зюганов выглядит упертым ультраправым консерватором.

Абсурд происходящего, когда в поддержку свободы слова могут сразу арестовать человека, всего лишь крикнувшего в подпитии «вива, калаш!», и посадить его на шесть месяцев, стал заметен даже отдельным нашим либералам. На что они, правда, сказали, что это, мол, происходит в дикой Франции, поэтому-то Обама на общую сходку бойцов за свободу и не поехал.

Идеологические полюса сорокалетней давности поменялись местами (фото: Reuters)

Идеологические полюса сорокалетней давности поменялись местами (фото: Reuters)

Правда, в цитадели свободного мира, где свобода слова защищена отдельной поправкой к конституции, почему-то ни одно солидное издание карикатуры «Шарли» перепечатывать не стало.

А на англоязычной версии сайта Apple, допустим, не появилось никаких слов в поддержку погибших, зато на франкоязычной странице висело сакраментальное Je suis Charlie. Какой-то, знаете ли, экспортный вариант поддержки.

При этом внутри ситуации происходящее практически никого не удивляет. Вам объяснят, что свобода слова – это свобода критиковать и высмеивать все религии, к примеру. Тут верующие должны склонить головы и терпеть. А вот hate speech – это совсем другое дело, это разжигание ненависти и межнациональной вражды. За это можно и уголовку схлопотать.

На российских же примерах это выглядит так: когда сатирик Шендерович риторически осведомляется у священников, почему их события двадцатых годов прошлого века ничему не научили – это свобода слова. А вот когда у самого Шендеровича спрашивают, неужели евреев ничему не научили другие события – это hate speech и антисемитизм. Тут и по 282-й можно пройтись.

Нормальному человеку объяснить тонкости между словом свободным и словом запретным необыкновенно трудно. Человек же либеральный всасывает их буквально с генно-модифицированным молоком. Лексически это выражается во фразе «свобода только для свободных людей, а всяким варварам пасть бы надо прикрыть».

Так и получается, что сейчас мы наблюдаем с вами в высшей степени удивительное явление: как будто идеологические полюса сорокалетней давности поменялись местами. Теперь мы можем себе представить, с каким изумлением наблюдали американцы и европейцы за извивами советской пропаганды и за многомиллионными первомайскими демонстрациями под чутким руководством партии и правительства.

Там тоже много говорили о свободе, не уставая сажать за антисоветскую агитацию и пропаганду. При этом я сделаю специальную оговорку: Советский Союз я люблю, это моя Родина. В позднем СССР было очень много хорошего. То, чего сегодня нет практически нигде – отсутствовала безработица, не было бомжей, ребенку в Союзе вообще было здорово.

Но со стороны, повторю, публичные коммунистические ритуалы выглядели дико и нелепо. Другое дело, что ровно так они выглядели изнутри тоже. В 70-х советский идеологический конструкт уже прогнил. Либеральная империя в Европе пока новехонька, с иголочки.

Тем удивительнее, что в этой новехонькой империи уже так нестерпимо разит СССР времен его дряхлости. А так-то все в порядке. Улицы там чистые, люди вон как зажиточно живут. Но уже как в «Кин-дза-дзе»: «Вот потому, что вы говорите то, что не думаете, и думаете то, что не думаете, вот в клетках и сидите. И вообще, весь этот горький катаклизм, который я тут наблюдаю...».

Но, конечно, это мы живем при авторитаризме, о чем вам расскажут на «Эхе Москвы», после чего пойдут пить свой американо, а вовсе не сидеть в тюрьме за разжигание ненависти и вражды. Не мбалы мбалы, в общем. Все не «Шарли».

..............