Дмитрий Орехов Дмитрий Орехов Почему англосаксы создали культуру лжи

Выкрутив до предела ручки громкоговорителей своей информационной машины, англосаксы убедили самих себя, что это именно они до сих пор брали верх во всех мировых конфликтах. Правда, они не заметили другой процесс: в последние сто лет они стремительно теряли уважение мирового большинства.

16 комментариев
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Европа одержима страхом перед Россией

Европейские лидеры считают, что чем пассивнее они будут вести себя сейчас в украинском кризисе, тем больше шанс того, что русские с американцами договорятся за их спиной. Именно поэтому Европа, понимая высокую вероятность прихода Трампа и начала процесса дипломатического урегулирования украинского кризиса в 2025 году, сейчас повышает ставки. Считая, что тем самым она повышает собственную важность.

8 комментариев
Игорь Мальцев Игорь Мальцев Центр «Россия» как точка сборки нации

Людям захотелось понять – а что такое Россия сегодня? Как живут люди в Сибири, как на Дальнем Востоке. А как – в Марий Эл. И показывать ему «Свинарку и пастуха» совершенно ни к чему. А вот панораму жизни в стране и ее перспективы – очень даже нужно.

4 комментария
29 сентября 2023, 21:30 • Общество

«Остальное – починим». Как Донбасс встречает годовщину возвращения в Россию

«Остальное – починим». Как Донбасс встречает годовщину возвращения в Россию
@ Валерий Мельников/РИА Новости

Tекст: Юрий Васильев, Донецкая Народная Республика - Москва

Восстановленные школы и детские сады, дороги и фонтаны, водопроводы и больницы, и даже целые построенные с нуля микрорайоны. Все это и многое другое возведено всего за год после принятия четырех новых регионов в состав России. Размеры «большой стройки» в Донбассе оценил специальный корреспондент газеты ВЗГЛЯД, сравнив увиденное с впечатлениями более чем годичной давности.

В ДНР за час можно добраться от Москвы до юга Урала. Причем по земле. Выезжаешь из столицы – и сразу попадаешь то ли в Екатеринбург, то ли в Ханты-Мансийский автономный округ. А вот чуть дальше уже и Челябинская область. Которая, судя по плакату на администрации Ясиноватой, «ближе, чем кажется».

– Москва – регион-куратор для Донецка, – на всякий случай разъясняет географические чудеса новых регионов Дмитрий Шевченко, глава администрации города Ясиноватая. – И для Луганска, кстати, тоже, но мы про ДНР говорим. Рядом с Донецком – Макеевка, там два куратора: Екатеринбург и Югра. Потому что Макеевка большая очень. А у нас с прошлого года, прямо как учредили кураторство – Челябинская область. Ну что я рассказываю, ты же как раз тогда у нас был.

Из блокнота лета2022, Ясиноватая:

«В детскую поликлинику Ясиноватой прилетело несколько месяцев назад. В 7.30 утра. Запомнить легко, говорит кто-то из врачей: «В восемь утра начинается прием. Что не убило никого из детей и мамочек – чудо какое-то».

Второй этаж – решето вместо стен и крыши, прямое попадание. Ребята в спецовках ходят и примериваются к объему работ. Курируют Ясиноватую челябинские, стройбригады уже зашли, но пока ремонта нет ни здесь, ни где-то еще. Не могут голову поднять: наибольшая плотность прилетов на квадратный метр – это как раз в Ясиноватой. И Донецк по этому показателю перекрыт, и Горловка, где вообще 60 с лишним километров фронта по городу и окрестностям. И так – не с начала СВО, а с самого начала всего, с середины 2010-х.

Место располагает, к сожалению. Полтора километра дальше по дороге – город Авдеевка, крупнейший в Европе коксохимзавод; и вот там уже «укропы» во весь рост и до зубов. В Ясиноватой сейчас – по хлебу, говорит Дмитрий Шевченко, – максимум тысяч десять людей. До всего было больше 30 тысяч».

«По хлебу» – это значит по его продажам. Более-менее верный показатель количества жителей, если нет четких данных, да еще ежедневный. Сейчас в Ясиноватой, по хлебным подсчетам – тысяч 15.

– Приехали люди по месту регистрации проголосовать [на выборы в Народное собрание ДНР в первой декаде сентября] – многие дома остались, – перечисляет причины Шевченко. – Появился свой МФЦ, многофункциональный центр в начале сентября, – остались.

Дмитрий Шевченко, глава администрации города Ясиноватая. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Дмитрий Шевченко, глава администрации города Ясиноватая. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Ездить из Ясиноватой в Макеевку – это, конечно, не из Челябинска в Ханты-Мансийск. Но все равно в плане документов «лучше иметь свое под рукой», рассуждает Людмила Жук, администратор МФЦ в Ясиноватой. За рабочий день Жук и пятеро ее коллег выслушивают «когда 90, когда 120 – ну, в среднем по 100 жителей в день».

– На первом месте [среди запросов жителей] – полисы медицинские. До нового года полис человеку надо сделать. Раньше это делалось в Макеевке. Но, во-первых, люди пожилые. Во-вторых, в любом случае надо доехать. Легче прийти к нам, да и правильнее, – заключает администратор.

Неподалеку сухо и бегло, словно цепью петард, взрываются кассеты. Снаряд в нескольких кварталах – пострадали три частных дома, все живы, тьфу-тьфу-тьфу.

На втором месте по запросам – реестры и кадастр: квартиры, дома и участки следует подружить с российскими законами, и все это – тоже через МФЦ, как и в остальной России. А паспорта, СНИЛСы, ИНН, перерасчет пенсий – все это на третьем месте: личные российские документы в городе в основном выправили задолго до появления центра. За годы, если точнее. Но – где удавалось, то есть где попало. А не прямо рядом с домом, как в Ясиноватой сейчас.

– Вообще, где есть МФЦ – там Россия. Если у тебя дома, то есть в твоем городе появилась Россия, то пора возвращаться домой, – делает вывод мэр Шевченко. – Да, представьте, из-за многофункционального центра тоже. Ну и сделано-то в городе сколько – спасибо и горожанам, и челябинцам нашим кураторам. Поликлинику-то видел?

Ясиноватая, детская поликлиника. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Ясиноватая, детская поликлиника. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

* * *

– Игрушечка становится, – говорит коллега доктора, который показывал спецкору детскую поликлинику в июле прошлого года. – Все перестроили, все заделали. И вокруг еще благоустройство будет – уже плиткой выложено, а дальше детскую площадку Челябинск обустроит. Все, что врачи просили, – все оборудование уже прибыло.

В детской поликлинике Ясиноватой комплект не только с оборудованием, но и с врачами. Более того, чтобы дать специалистам – хирургам, травматологам – возможность работать не без выходных, сюда приехали три челябинских врача. Длительная командировка за счет бюджета региона. Обычная практика.

– Главное, чтобы опять не прилетело, – говорят везде, в поликлинике особенно. – В детский сад, пока там работали, прилетало два раза.

– Прямое попадание во входную группу и в кровлю, – показывает челябинский строитель Михаил на детсад, что на улице Некрасова. – Там как раз человек сидел, на крыше работал…

– И что, и всё?

– Да какое «всё». Он эту болванку, как можно стало, выпнул, выковырял, чтобы подпорки дальше не поехали. И чтобы обрушения кровли не было, – говорит Михаил. – Иначе совсем все сначала пришлось бы делать, всю реконструкцию сверху.

Детский сад теперь действующий. В нем 74 места, есть электронная интерактивная песочница, новые кровати, игрушки, уборные. И патриотические уголки – гербы, флаги, портреты, георгиевские ленты, надписи «Мы за мир». Но в связи с обстановкой, объясняют воспитатели, дети новенький детсад не посещают: «Позволит военная обстановка – хоть сейчас могут зайти. Очень хочется открыться. Но очень страшно. Но мы терпим и хотим открыться».

Школа № 2 – как и все другие школы Ясиноватой, что со свежим кураторским ремонтом, что пока без него – второй год сидит на дистанте.

Ясиноватая, школа №2. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Ясиноватая, школа №2. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

– Видели бы вы ребят, – говорит Валерия Вовк, директор девятилетки. – Учебники-то мы здесь раздавали на этот год. Они приходят – и с круглыми глазами спрашивают: «Когда же мы вернемся? Мы так в школу хотим». Как только можно будет – вмиг детей запустим, в красоту нашу.

Стены красивы, окна светлы. В классах – уроки: учитель, ноутбук. Везде – пустота, кроме экрана. На всех экранах вместе, стало быть, 274 ученика второй школы. Парты голые, досок – половина.

– Монтаж компьютерной техники и интерактивных досок задерживается, – сообщает Валерия Юрьевна. – По понятным причинам.

Куда уж понятнее. В школе № 6 прилетом вынесло интерактивную доску, выставленную было к новому учебному году. Доска и раньше стоила под миллион, теперь – 1 млн 300 тыс. рублей.

– Поэтому подходим по-хозяйски, – говорит директор Вовк. – Большое спасибо России, что нас приняла и помогает всеми возможными способами. Посмотрите: и капремонт – не было десятилетиями, и техника новая, и зарплату пересчитываем на российские стандарты.

Мы не просто год живем с Россией. Мы почти десять лет живем без Украины. И мы пришли в Россию чистыми – без наследия тех, кто долгие годы пытается нас убить. Мне кажется, это очень ценно – прежде всего для нас, как теперь уже для россиян.

Из блокнота лета2022, Ясиноватая:

– Нет, общественного транспорта пока не будет, – говорит мэр Шевченко городским коммунальщикам. С Южного Урала пришла гуманитарка. Для начала – по ящику круп, тушенки, подсолнечного масла, макарон и прочего на каждого бюджетника, и будет еще. Магазины – редко, кто работает: под обстрелы коммерса не затянешь, и его можно понять. Из больших – разве тот, что у вокзала Ясиноватой, в конце улицы Орджоникидзе – ведущей напрямую к Авдеевке. А есть нужно каждый день. Не только бюджетникам – но в администрации решили, что прежде всего надо помочь тем, кто выезжает на объекты после каждого ракетного обстрела. И чинит. Ежедневно.

– Да, понимаю, что уже сколько сидим без городского транспорта, – продолжает Шевченко автобусную тему. – Но надо [посидеть] еще, простите.

– И как со Спартака [в город] добираться? – спрашивает кто-то из служб ЖКХ. – Вообще не только из нашего села, а в целом с окраин. Бензина нет, автобуса нет. Велосипедом, что ли?

– Со Спартака лучше бы вообще переехать по возможности, – отвечает Шевченко. – Я помню же, мы с вами говорили, потом еще поговорим, что можно сделать... Но если, не дай бог, в [рейсовый] автобус прилетит – мы все будем плакать. А я и мои коллеги – еще и отвечать. Я не возьму ответственность за жизни людей, прошу понять. Пока так стреляют – не могу.

В стене слева от ворот управления ЖКХ – свежая дырка. Утренний обстрел, «плюс», прилет – называть как угодно можно, а суть одна: очередное прямое попадание реактивного снаряда.

Осенью 2023 года удары РСЗО по Ясиноватой относительно редки. То ли Украина забрала реактивные установки из-под городов близ Донецка и кинула в контрнаступ. То ли, наоборот, они ушли куда-нибудь в сторону Купянска – сдерживать российские войска. То ли наши, тьфу-тьфу-тьфу, в целом выбили имевшиеся «Грады» и «Ураганы».

Спартака, правда, по факту больше нет – как и других сел ДНР между Ясиноватой и Авдеевкой. «Если долго выносить, то, конечно, вынесешь», – говорит мэр Шевченко. То ли о долготерпении жителей, то ли о выбивании всего и вся украинскими ракетами. Или пришедшими им на смену 155-мм артиллерийскими снарядами. Как правило, кассетными.

– В целом меньше [обстрелов] не стало, – говорит глава города. – По центру, разве что, меньше. И по поселкам, где уже все разнесли, вообще не палят. В остальном живем исходя из принципа: где вчера не прилетело – значит, сегодня прилетит. И службы все городские к такому готовим…

А транспорт Шевченко все же запустил: № 25 – по Ясиноватой, № 106 – на Донецк. В начале нынешнего лета. Боялись, конечно, не меньше, чем в прошлом году. Но полноценную российскую транспортную лицензию в Ясиноватой получили одними из первых по республике.

– Люди ведь все равно ездили. По семь человек в машину на Донецк садились, – говорит Шевченко. – Или велосипеды, мопеды – по два человека ездят, как в Китае. Попадет в машину – никому не выжить, это же консервная банка. А в автобусе шансов больше. И скорость у него больше, чем у перегруженной легковушки.

По междугородным автобусам Ясиноватая – Донецк прилетело под конец сентября: артналет прямиком на коммунальный автопарк, где стояли «сто шестые». «Двадцать пятые» по городу ездят по-прежнему.

* * *

Наблюдение жителей новых регионов, претендующее если не на научность, то на практичность: лучшая скорость при обстрелах – 80 км/ч и выше. Дороги между городами ДНР, если что, позволяют проехать почти везде. Состояние трасс тоже приличное, несмотря на обстрелы. Причина пробки в любом здешнем городе, будь то спутник Донецка Макеевка или Торез, которому помогает Приморский край, – это, скорее всего, перекрытая дорожниками улица.

Как итог: некоторые правила и обычаи донбасской езды уходят в историю – не везде, разумеется, но во многих и многих ранее опасных местах. От еще прошлогоднего «не пристегиваемся, музыку выключить, окна открыть» – чтобы слушать прилеты, – на практике по трассе Донецк – Мариуполь осталось только первое. Ну и третье, если очень жарко – в прямом смысле.

А так – свежая, ровная, временами четырехполосная дорога. Где теперь можно ехать, не опасаясь, что за поворотом на всю ширь будет стоять самоходка, гвоздящая далекую вражескую реактивную установку. Донецк теперь бомбят совсем издалека, в основном «хаймарсами», и с ними идет совсем другая борьба.

А в Мариуполе появился, собственно говоря, Мариуполь. Город, который выстраивают заново. Или совсем с нуля – если иметь в виду стройки там, где в городе их отродясь не было.

Мариуполь, осень 2023 года. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Мариуполь, осень 2023 года. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Из блокнота лета2022, Мариуполь:

– Практически за еду, – говорит Владимир Н., оценивая совсем недавние условия работы.

Владимир живет в Мариуполе, во время боев отъезжал. Как только получилось вернуться – вернулся. Куда ездил, не говорит, но все этапы фильтрации прошел.

Фильтрация в Мариуполе равна возможности работать. Когда в Мариуполе начали строить, Владимир включился в процесс, по местным и крайне низким расценкам. Уехал в Россию под Москву в надежде поработать за нормальные деньги. И, что характерно, нашел работу – по кураторской строительной программе. 70 тысяч в месяц. В Мариуполе.

– В пять раз больше прежнего, – говорит Владимир. – За что спасибо. Но хотелось бы, чтобы для этого никуда ездить не пришлось. Руки-то те же, что и до поездки в столицу были.

Этой осенью Владимира найти не удалось, потому что на прежней стройке, где он работал штукатуром, его нет. Собственно, нет и прежней стройки – микрорайон «Невский» (сотни квартир, детсад, школа по последнему слову техники, стадионы, площадки, магазины и т. д.) уже отстроен с нуля на обширном пустыре и сдан в эксплуатацию. Люди получают здесь компенсационное жилье – взамен утраченного.

Мариуполь, микрорайон

Мариуполь, микрорайон "Невский. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Кто-то недоволен тем, что это не центр, где жили раньше:

– И как теперь детей возить в старую школу, например? – спрашивает Дарья Черниченко, некогда жительница улицы Металлургов, что ближе к драмтеатру; а Мариупольский драматический – это центр и есть.

– Потому что в новую школу мы не хотим, – добавляет она. – Да, новая, да, прекрасная. А учителя, а другие ребята-друзья? Психологический климат сейчас особенно важен, любой специалист скажет. Да, нашу школу тоже отстроили, спасибо огромное – никто не думал, если честно. Но как теперь ездить?

– Все лучшее [в жилом фонде] идет не под компенсацию тем, кто потерял квартиры, а сразу под ипотеку для тех, кто побогаче. То есть для приезжих, – уверяет пенсионер Николай Тарасович. – Нет, фамилию не скажу, но пусть все знают!

* * *

Злой умысел следует искать едва ли – хотя бы потому, что как раз в центре Мариуполя сейчас не столько строят, сколько чинят что можно (и тогда хозяева возвращаются) и разбирают что необходимо (а здесь надо подождать стройку – или же переехать туда, где она завершена). Да и довольных «Невским» – все же больше. Люди хвалят качество новостроек, иногда вспоминая прошлую весну: подвалы, голод, обстрелы, поиски топлива для буржуйки и воды.

«Извиняемся за доставленные неудобства»: обычная надпись на заборах, ограждающих как строительство, так и разбор завалов – здесь, в Мариуполе, напоминает о проблемах совсем иного уровня.

– До СВО, – секретарь жилотдела городской администрации выуживает документ, – у нас было 3140 многоквартирных домов. По итогам боестолкновений с вооруженными формированиями Украины повреждено 2699. Из них полностью разрушенных – 441. К концу сентября полностью восстановлено 558. Нет, «Невский», «Новые Черемушки» и другие совсем новые микрорайоны – не считаем.

А новых строек в Мариуполе – сотни. И рабочих на них – под 20 тысяч только по централизованному генподряду. Приезжие и местные могут рассчитывать от 100 и до 200 тыс. рублей в месяц. Вне зависимости от прописки, зато в прямой зависимости от специальности и квалификации – как хотел год назад Владимир.

Управляет восстановлением Мариуполя его город-побратим – Санкт-Петербург. Среди других регионов – Тульская, Липецкая, Московская и другие области. 2700 поврежденных / разрушенных минус 550 восстановленных многоэтажек – это общероссийский фронт работ. Не считая школ, больниц, поликлиник и всего-всего-всего. Включая, разумеется, улицы, которые во многих случаях уже не отличаются от общероссийских, причем самой свежей укладки.

За Мариупольским драматическим театром, обставленным лесами, обшитым строительной сеткой с цитатами из классиков (например, «Оно, конечно, Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?») – восстановленный фонтан, до краев наполненный водой. В списке уже отстроенного одним только Санкт-Петербургом для города-побратима три школы, четыре детсада, спорткомплекс, шесть общежитий, десять многоэтажек… – фонтанов указано пять.

Мариуполь, драматический театр. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Мариуполь, драматический театр. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Следует ли сейчас заниматься фонтанами в городе, где всего полтора года назад было очень трудно отыскать просто воду? Или реконструировать парк 50-летия Победы – с просторными аллеями, красивейшей смотровой, чисто туристической инсталляцией с сердечком и словом «Мариуполь», где кириллическое «и» выделено красным цветом? Не разобраться бы сначала с жильем, не построить ли еще больше школ и поликлиник? И больницы бы побыстрее все в строй вернуть – вдобавок к реконструированным и одной построенной с нуля за год?

Вопросы, вполне резонные для города, где всем было доставлено очень много неудобств. И с понятными при взгляде на улицы Мариуполя ответами. Уже сейчас людей здесь, в еще недавно практически мертвом городе – очень много. Едва ли не больше, чем в Донецке – городе фонтанов, парков и прочего благоустройства. Несмотря на то что Донецк обстреливают уже девять лет.

* * *

– Довели! – с радостью сообщает кассир в донецком супермаркете, подавая считыватель для карт – теперь и российских. – Каждый день теперь вода идет, с четырех дня до десяти вечера. Довели к нам воду, как «укропы» ни старались.

«Вода каждый день» – ключевое для жителей Донецка и других городов ДНР, с прошлого февраля выживавших по графику из серии «раз в трое суток, если не обстреляют цистерну и / или не сломается насос». С весны нынешнего года вода в Донбасс идет с Дона, то есть из Ростовской области.

– Здесь спасибо президенту, что решение было принято. Очень сложное решение, очень дорогое – мне кажется, таких строек с советских времен не было, – говорит губернатор Омской области Виталий Хоценко, в 2022-2023 годах возглавлявший правительство ДНР. – Водовод – 194 километра в две нитки, девять насосных станций, параллельно высоковольтная линия с подстанциями… Все вместе – сумасшедшее, великолепное дело. Военно-строительная компания сработала качественно и хорошо. Для всего Донбасса в целом – и для Донецка, и для других городов.

* * *

– Конфеты наши, Харцызские, – протягивает вазу Виктория Жукова, глава администрации Харцызска. – Наконец-то.

Из блокнота лета2022, Харцызск:

– Ну что у нас с работой? Кондитерская фабрика, к примеру, есть, а конфет нету, – говорит Виктория Жукова, глава администрации Харцызска. – Во-первых, вода. Беда бедовская с водой, тянут из России ветки, говорят, в следующем году будет – очень на то надеемся. Во-вторых, таможня с Россией. Выпускала фабрика до всего тысячи тонн. Сейчас – 20 тонн в рефрижератор, на одной таможне постоять, на другой постоять… Не работа и не жизнь.

– Новую продукцию освоили, – указывает на вазу Жукова. – Несколько наименований. Воды вдоволь и таможню из России в Россию сняли. И дороги кураторы сделали – за-ши-бись. Есть возможность ездить как человек, не думая про судьбу кардана и вообще о каких-то пропавших запчастях. Впервые за… а не знаю, сколько. С прошлого века, что ли.

Харцызск – это, стало быть, Нижний Новгород. Прошлым летом кураторы размечали городской сквер – к грядущему благоустройству. И с теми же целями примеривались к фасаду Дворца культуры, всерьез пострадавшему за десятилетия без ремонта и за последние годы – понятно, от чего. К нынешнему сентябрю сданы и фасад, и сквер. Плюс старые дома (ремонт) и новые дороги (по факту – чаще всего с нуля).

Программа помощи от кураторов – до 2026 года. Узнать почерк нижегородцев легко. Везде – что у Дворца, что в сквере, что на аллее у школы в Зугрэсе или на главной площади Иловайска (ими тоже занимается Нижний) – скамейки в виде качелей. Или качели в формате скамеек. Фирменный кураторский знак, почему бы нет.

Харцызск, площадь Ленина. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Харцызск, площадь Ленина. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

* * *

– Кино помните? «Он ломает, я чиню», – говорит Максим, представитель Ямала.

Вот еще одна загадка кураторской географии: где находится ЯНАО? Между Москвой (Донецком) и Питером (Мариуполем). Ямал и Челябинск, уже знакомый по Ясиноватой, делят между собой Волноваху. По населению – в 20 с лишним раз меньше Мариуполя. По разрушениям на квадратный метр Волноваха вполне может с ним поспорить.

За год ямальцы вытянули из руин городскую больницу («В этом корпусе не было угла, сюда было семь прилетов по три плиты перекрытия каждый», – ведет экскурсию и. о. директора Ирина Панасенко) и станцию переливания крови. Возродили к жизни целое крыло местного ПТУ – будущего технологического техникума (было списано при Украине за аварийность, сейчас там актовый зал, спортзал, администрация и куча учебных классов) – заодно отстроив само училище. Тут городская стоматология, здесь – бывший дворец пионеров, от которого оставались лишь стены. Тут дом творчества, там – совсем недавно открытый музей, а между ними дворец культуры. Не сталинский, как в Харцызске, а в корне поновее. А если глядеть с фасада – так и совсем новый.

– Еще бы не новый, – говорит Максим. – Считайте, только что отремонтировали и в строй пустили. А потом…

С тыла дворца – две огромные воронки. Одна у самой его стены, другая чуть дальше. Стена словно вывернута наизнанку: лохмотья обшивки и утеплителя, обломки конструкций.

– Дом творчества и музей мы опять подлатали, – показывает Максим на здания, пострадавшие от второго прилета. – Музей вообще за несколько дней открыли, и тут опять. Говорю же: «Он ломает – я чиню». То есть мы.

Дворец культуры имени Героя России В.А. Жоги попал под ракетный обстрел 6 сентября, когда в ДНР шли досрочные выборы в Народный совет – законодательное собрание региона. Здесь был один из избирательных участков. «Выборы под обстрелом» – едва ли не основная характеристика первой парламентской кампании для ДНР в составе России, звучавшая на первом заседании.

Волноваха, Дворец культуры. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Волноваха, Дворец культуры. Фото: Юрий Васильев/ВЗГЛЯД

Владимир Жога, командир разведбатальона «Спарта», погиб в Волновахе в марте прошлого года. Нынешний командир «Спарты», полковник Артем Жога – отец Владимира – был избран председателем Народного совета.

– Знали, куда бить, – говорит Максим. – Знали, зачем. В целом неудача у них вышла: никто, к счастью, не погиб, и выборы состоялись. А остальное – мы починим, конечно.

..............