Чья фамилия Небензя
13 марта 2026, 12:08 Мнение

Чья фамилия Небензя

Гоголь заметил, что нет такого прозвища, которое бы не стало русской фамилией. А он в этом толк знал. Причем ни о каких украинских делах классик словом не обмолвился, ибо знал, что всё вокруг русское, включая малороссийское.

Дмитрий Губин Дмитрий Губин

политолог

Во время заседания Совета Безопасности ООН произошел спор между постпредом России Василием Небензей и заместителькой министра иностранных дел Украины Марьяной Беца. Предметом его стало происхождение главы российской делегации.

«Если формально – я украинец. И у меня такая странная фамилия. Славяне знают: ее трудно найти даже на Украине. Она из запорожских казаков. Мой отец – щирый украинец, да и мать тоже из казаков. Пощирее, чем вы, пани Беца, и вы, пан Мельник (постпред Украины в ООН – ред.)», – сказал Василий Небензя на заседании СБ ООН, передает ТАСС.

В ответ на это мадам Марьяна со всей экспрессией торговки киевского Владимирского рынка, что неподалеку от описанной Куприным Ямы, выдала следующее: «Во-первых, господин Небензя, вы не украинец и не притворяйтесь им. Во-вторых, мы никогда не были одной нацией с Россией и никогда не будем одной нацией с Россией». И дальше ее продолжало нести по кочкам: «Украина – это демократическая, свободная европейская страна. Россия – это агрессивное государство, которое позволяет себе агрессию». Честно говоря, эту часть и разбирать не стоит. Достаточно посмотреть видео насильственной мобилизации и почитать формулировки приговоров украинских судов, чтобы всё стало понятно.

Постпред России парировал: «Для нас нет разницы, мы все одни. Миллионы украинцев – в России, миллионы русских – на Украине, и в Белоруссии тоже. Вы сами это прекрасно знаете. Дело не в этом. Национальность у нас общая, а вот веры – разные. Из Киевской Руси, которую вы продали за тридцать сребреников».

Так все-таки, чья фамилия Небензя? Могла ли она появиться у запорожских казаков? На сайтах, посвященных ономастике, обычно представлены две версии, и обе – совсем не казацкого происхождения. Одна из них – от немецкой фамилии Небензее (возле водоема). Известно, что отец постпреда России Алексей Андреевич родом из села Новокрасино Камышинского уезда Саратовской губернии (ныне – Руднянский район Волгоградской области). В тех краях еще с екатерининских времен было много немецких поселенцев. Так что он мог оказаться и потомком одного из них, изрядно смешавшихся за почти полтора века с выходцами из малороссийских губерний. А когда отцу дипломата было два-три года, в тех краях многих записали в украинцы.

Другую версию можно отмести с порога. Этимология слова та же, но принадлежала фамилия ашкеназским евреям. Действительно, такое встречается, и даже известен факт перехода обосновавшегося в Киеве еврея Небензи в купеческое сословие в первой половине позапрошлого века. Но село Новокрасино в черту оседлости не входило, а родитель российского дипломата на момент рождения ныне всемирно известного сына находился на посту заведующего отделом пропаганды и агитации Волгоградского обкома КПСС. На такую работу в 1961 году евреям путь был заказан, а кадровики к подбору кандидатур на руководящую партийную работу подходили со всей ответственностью.

Возможен и третий вариант, также присутствующий в описании истории этой фамилии – от прозвища, видоизмененного слова «небесный». Но казачьего происхождения он не гарантирует, тут и мужицкое возможно, как малороссийское, так и польское. В принципе, могли Небензей назвать и казака, который часто задирал нос и смотрел на небо, но это еще нужно доказать, покопавшись в реестрах и ревизских сказках. Но запорожский казак – это не про национальность, а про готовность защищать православную веру с оружием в руках. И в Сечи были не только малороссы, но и греки, волохи и даже крещенные татары, как предки казненного Мазепой судьи и первого главы российского МВД из рода Кочубеев.

Малороссийские, в том числе и казацкие, фамилии происходят от прозвищ, данных сослуживцами и соседями. Гарантированно казацкими являются те фамилии, которые перечислены в списках дворянских собраний Харьковской, Полтавской и Черниговской губерний. То есть Лесевицкий, Гоголь-Яновский или Бублик-Погорельский точно служили в полках в нерядовых чинах. Об остальных можно узнать в сохранившихся полковых реестрах, если не полениться. Возможно, там найдется какой-либо Небензя и предки его матери Антонины Тимофеевны.

Не зря же потомок казацкого старшины Гоголь заметил, что нет такого прозвища, которое бы не стало русской фамилией. А он в этом толк знал, ведь в его родных местах до сих пор можно встретить носителей фамилий Роздерымотня, Пидгивнюк, Белоцыця и даже Пипко-Бисноватая. Причем ни о каких украинских делах классик словом не обмолвился, ибо знал, что всё вокруг русское, включая малороссийское.

Таким образом, фамилию Небензя с небольшими вариациями мы можем встретить хоть и нечасто, но везде от Рейна до Амура. И значительную часть ее носителей почти сто лет назад записали в украинцы вне зависимости от того, кем они сами себя считали. И если Небензя живет не в Польше или Германии, то он с высочайшей вероятностью – русский, возможно имея при этом и малороссийские корни, в том числе и казачьи.

Что же касается фамилии Беца, то славянских корней она не имеет. Есть романские (клюв в итальянском и стипендия в испанском) и ивритские (бейцим – яйца, причем во всех известных нам смыслах), но мало ли как помещик или волостной столоначальник решил обозвать мужика на вверенной ему территории. По части ономастической креативности малороссийским писарчукам не было равных в мире.

А то, что мадам Беца утверждает, что «мы никогда не были одной нацией с Россией и никогда не будем одной нацией с Россией», то ей по штату положено. Но она не может не знать, что великороссы и малороссы так смешаны между собой, что грани между ними не существует. Доходило до того, что на первых переговорах о разделе Советской армии российскую делегацию возглавляли Сергей Шахрай и Константин Кобец, а украинскую – Владимир Гринёв и Константин Морозов.

Как же одних отделить от других? Паспортами разве что. Так и сделали в СССР после переписи населения 1926 года, введя графу «национальность» и особыми директивами наказав, кого записать в украинцы. Это метод административно-бюрократический, ничего общего с наукой не имеющий.

Есть один народ, который существует с точки зрения любой науки, и только украинская пропаганда этого не признаёт. А еще есть советская привычка учить этнологию по карте, где Белгород и Харьков были окрашены в разные цвета. Как говорил знаток всех наук Виталий Кличко, «они окрасили себя в те цвета, в которые они себя окрасили». И это, пожалуй, на сегодняшний день наиболее точная формулировка оснований отдельного существования двух народов.