Евросоюз расширяет санкции в отношении нефтеперерабатывающего сектора России. Ограничения затронули 12 управляющих компаний, а также оператора строящегося СПГ-комплекса в Усть-Луге. В частности, под санкции попали структуры «Газпром нефти», управляющие Московским и Омским НПЗ, а также предприятие «Газпром нефтехим Салават».
В санкционный список также вошли «Киришинефтеоргсинтез», ТАИФ-НК, Хабаровский и Саратовский НПЗ, «Орскнефтеоргсинтез», Ильский НПЗ и Новошахтинский завод нефтепродуктов. Кроме того, ограничения коснулись ООО «Енисей» в Коми и компании «Балчуг-петролеум», управляющей заводом в Марий Эл.
Дополнительные ограничения введены против «Русхимальянса» – оператора комплекса по переработке и сжижению газа в Усть-Луге, – а также его акционера «Русгаздобычи». Комплекс реализуется на паритетных началах «Газпромом» и «Русгаздобычей». По состоянию на конец июня его готовность оценивалась в 80%.
В пояснительном документе принятые меры обосновываются ролью энергетического сектора в формировании доходов российского бюджета. Ограничения вступают в силу со дня публикации соответствующего постановления. Новые меры должны стать частью очередного пакета санкций, направленного на ограничение деятельности российского энергетического сектора.
Как сообщало Bloomberg, ЕС намеревается ввести более ста новых ограничений. Брюссель объясняет эту инициативу участившимися гибридными атаками на страны объединения, в которых продолжает безосновательно обвинять Москву. Параллельно ведется работа по согласованию 22-го пакета антироссийских санкций, принятие которого намечено на декабрь.
«Европе необходимо и дальше демонстрировать, что она якобы способна оказывать давление на Россию. Именно поэтому она вводит очередные санкции против российского нефтегазового сектора», – говорит Игорь Юшков, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности и Финансового университета при правительстве РФ.
Однако, по его мнению, новые ограничения вряд ли окажут существенное влияние на работу российских нефтеперерабатывающих заводов и рынок нефтепродуктов. «Наши НПЗ и так находились под санкционным давлением, просто в другой форме», – поясняет аналитик. В первую очередь речь идет о секторальных санкциях, введенных еще весной 2022 года. Они, в частности, предусматривали запрет на поставку в Россию оборудования и комплектующих, необходимых для обслуживания, строительства и модернизации НПЗ.
Кроме того, с 5 февраля 2023 года Евросоюз запретил импорт российских нефтепродуктов, напоминает Юшков. Другими словами, европейские компании уже давно не взаимодействуют с российскими НПЗ напрямую. «Однако можно предположить, что новые рестрикции скажутся на стоимости того оборудования, которое поступает через параллельный импорт», – предполагает эксперт.
Впрочем, и здесь серьезных последствий ожидать не стоит: большая часть необходимого оборудования уже производится в России, замечает спикер. «Также мы помним, что основные собственники НПЗ, то есть материнские компании «Роснефть» и «Лукойл», находятся в SDN-листе США. Получается, что то, что сейчас запрещают европейцы, уже подпадает под американские санкционные ограничения в отношении этих юридических лиц. Поэтому какого-то реального влияния на экономику России эта история не окажет», – уточняет Юшков.
Схожей точки зрения придерживается экономист Иван Лизан. «Наши НПЗ и без того уже пять лет работают в условиях санкционного давления. Поэтому распространение ограничений на их управляющие компании принципиально новых проблем не создает. Это, скорее, еще один штрих к уже сложившейся картине», – рассуждает он.
При этом эксперт связывает новые санкции не столько с экономическими причинами, сколько с недовольством Брюсселя развитием переговорного процесса по Украине. По его мнению, Евросоюз раздражен тем, что его влияние на ход международных контактов сокращается на фоне серии переговоров по урегулированию украинского кризиса и подготовки к грядущему саммиту России, КНР и США.
«ЕС действительно обозлен тем, что его роль в сложившихся форматах контактов сведена к минимуму. Отсюда и очередная «санкционная» истерика»,
– поясняет Лизан. Экономист считает, что у Евросоюза практически не осталось других инструментов давления на Россию, поэтому объединение продолжает вводить новые ограничения и финансировать поддержку ВСУ. «Значительная часть этих средств уходит на создание БПЛА, с помощью которых в том числе наносятся удары по НПЗ. Впрочем, не исключаю, что эти санкции начали готовить сразу после заключения дизельной сделки России и США», – рассуждает эксперт.
Дополнительное раздражение Брюсселя, по словам Лизана, вызывает и позиция Дональда Трампа, который не реагирует на европейские «скандалы». «И это злит Брюссель еще больше. Реальных средств повлиять на собственный статус в ходе переговоров у объединения нет. Поэтому Брюсселю остается лишь свыкнуться с позицией Вашингтона, попутно пытаясь вставить США и России палки в колеса», – заключил экономист.