Очередная порция записей разговоров между Петром Порошенко и Джо Байденом и аналитические выкладки, предоставленные украинским депутатом Андреем Деркачем, в которых описывается схема контроля американцами узловых точек управленческой машины Украины, дала обильную пищу для размышлений.

Главный вывод – Украина не просто находится под внешним влиянием или опекой со стороны Запада, но управляется вручную и непосредственно. Представители американского истеблишмента глубокого интегрированы в украинский госаппарат – в правительство, парламент, ключевые госкомпании. На различных уровнях там сидят «смотрящие», имеющие имена и фамилии. Именно через них проходят все ключевые управленческие решения.

В ряде случаев, как например в «Нафтогазе Украины», США подконтрольно само руководство компании. Так, в записях Байден прямо просит Порошенко не допустить увольнения главы компании Андрея Коболева. Посвященность Байдена в разборки украинского политического класса – на самом высоком уровне. В том же Нафтогазе всю информацию бывший вице-президент получал от члена наблюдательного совета Амоса Хохштайна – гражданина США, некогда работавшего в Госдепе.

Украинская газовая индустрия – вообще самый яркий пример переплетения интересов местной коррупционной верхушки и внешних управителей. Сохранение команды Коболева у руля Нафтогаза – не прихоть, а важное условие США, вступивших в жесткое противостояние с Россией за европейский газовый рынок. Тот факт, что задачи руководству украинской госкомпании «нарезала» команда демократа Байдена, не должен удивлять. Выстроенная схема работает при любой власти, будь то демократы или республиканцы. Частичная смена кураторов на системные процессы, коим, без сомнения, является американская газовая экспансия, не влияет. Тот же Хохштайн работает в Нафтогазе и по сей день.

Возможность в нужный момент перекрыть транзитные поставки газа через Украину в Европу остается актуальной. Сейчас сложно предсказать, когда наступит этот час Х, но можно говорить о базовых условиях, которые предопределят это решение. Во-первых, это готовность американской и европейской СПГ-инфраструктуры к приемке больших объемов газа из США. Во-вторых, это более высокая цена газа, которая позволит реанимировать закрытые «сланцевые» скважины. И, в-третьих, это блокировка «Северного потока – 2» и работа Вашингтона на раздрай отношений Анкары и Москвы, подвязанных на проекте «Турецкого потока».

При выполнении этих трех условий остановка транзита газа по территории Украины создает в ЕС искусственный дефицит газа, который легко компенсируют американские сланцевики, пусть даже и по более высоким ценам. В свою очередь, базовое условие для прекращения транзита – отсутствие прямых поставок газа на Украину из России. Именно по этой причине руководство «Нафтогаза Украины» оставалось неизменным при трех украинских премьерах и двух президентах – речь идет о большом газовом проекте заокеанской метрополии, и коней на переправе не меняют.

В начале года Андрей Коболев заявил о двух базовых условиях для прямых поставок российского газа. Первое – выгодность самих поставок. Якобы до сих пор Газпром так и не сделал предложения, от которого нельзя было бы отказаться. Что, конечно, ложь. В реверсных поставках российского газа сидит маржа многочисленных трейдеров и виртуальные затраты на транспортировку – прямые поставки, без сомнений, выгодны Украине. Вместе с тем с коммерческой точки зрения прямые поставки газа на Украину для Газпрома не имеют большого значения – важен объем поставляемого на экспорт газа, а не то, какими окольными путями он доходит до потребителя. Однако прямые поставки газа привязывают к себе и транзитные объемы. Отсутствие транзита означает, что без газа сидит и страна-транзитер. А эта привязка недопустима для США.

Второе условие, по словам Коболева, политическое. Якобы глава Нафтогаза не получал директив на ведение переговоров о прямых поставках от правительства. Что уже не ложь, но глупость. Ведь Украина без проблем покупает у России электроэнергию, уголь, дизельное топливо и топливо для атомных электростанций. Чем же газ принципиально отличается? Ничем.

На реверсных схемах зарабатывает немалое количество людей. От украинских бизнесменов – Ахметова, Фирташа, Тигипко, структур самого Нафтогаза и приближенных к его руководству людей до крупных международных трейдеров с пропиской в ЕС и США. Прямые поставки газа из России для всех этих ребят смерти подобны: трейдеры не нужны, если в схеме будет только два участника – Нафтогаз и Газпром.

Дополнительные расходы целиком и полностью ложатся на плечи украинских потребителей. Прикрытием для повышения цен на газ для конечных потребителей служил МВФ, добровольные обязательства перед которым несет украинское правительство. Помните, как Порошенко хвастался Байдену о перевыполнении планов по повышению цен на газ? Это не просто способ снискать расположение заокеанского куратора, но конкретно – обеспечение высокой прибыльности газовых трейдеров.

Либерализация газового законодательства дала возможность трейдерам зарабатывать и на внутреннем рынке Украины, продавая газ коммерческим структурам. По большому счету на Украине вернулась эпоха газовых трейдеров 90-х годов. На торговле газом рождалась украинская олигархия: фамилии Ахметов, Пинчук, Тимошенко, Тарута и многие другие стали известны стране изначально именно в связи с газом.

Эпоха газовых трейдеров 2.0. способствует рождению новой, наряду со старой, прослойки украинских олигархов, цикл повторяется. Интересно, что сама компания «Нафтогаз Украины» создавалась в 1998 году под предлогом ликвидации трейдерской вакханалии и необходимости дотировать цены на газ для населения. А поскольку население в нынешних украинских реалиях в расчет не берется, то и Нафтогаз по большому счету не нужен. Подготовка к его ликвидации идет полным ходом.

Построят или нет «Северный поток – 2», украинская газотранспортная система в любом случае будет порезана на металлолом. Как ранее ушли в ломозаготовку украинские оросительные системы, аммиакопроводы и нефтепродуктопроводы. Газовые активы сведутся к газовым хранилищам на западе страны, активно используемым европейскими трейдерами, а также к небольшим мощностям по добыче газа на северо-востоке страны. С этим добром Нафтогаз через три года планирует выйти на IPO, распродав активы уже официально.

На примере Нафтогаза можно на пальцах объяснить, во что именно выливается внешнее управление. Это не просто контроль над «своим сукиным сыном» для реализации геополитических задач метрополии – это реальная, ничем не прикрытая, распродажа страны и ее активов, превращение в периферию, дикое поле с населением, которое привлекается для решения насущных задач соседей: от уборки клубники для необразованных до ИТ-проектов и работников местных отделений транснациональных компаний – для людей с навыками и дипломами.

Все нормально. Обычный колониальный режим.