В Московском областном суде вынесен приговор членам банды ГТА, совершившей в 2012–2014 годах 14 разбойных нападений на автомобилистов, в ходе которых погибло 17 российских граждан, а затем предпринявших вооруженную попытку побега прямо из здания суда.

Четыре участника банды – Хазратхон Додохонов, Шерджон Кодиров, Анвар Улугмурадов и Умар Хасанов – приговорены к пожизненному лишению свободы. Еще один разбойник – Зафарджон Гулямов – проведет в местах лишения свободы 20 лет. Четверо бандитов были застрелены при попытке к бегству. В то же время Следственный комитет сообщил о завершении следствия по делу о побеге членов банды, предпринятой прямо в здании Московского областного суда. К ответственности привлекли четверых полицейских, отвечавших за охрану подсудимых. 

В этом деле в глаза особенно бросается следующий факт: некоторые участники банды в родном Узбекистане входили в салафитское подполье, ездили в Пакистан для обучения в лагерях террористов и даже были осуждены за это в самом Узбекистане.

Но безвизовый режим творит чудеса! И все перечисленное не стало помехой, чтобы приехать в Россию и заняться здесь разбоями.

Этого, как и поступка няни Гульчехры Бобокуловой, как и теракта в метро Санкт-Петербурга, как и многих других преступлений террористической направленности, о которых нам сообщают в пресс-релизах ФСБ (а также и не сообщают), можно было бы избежать. Если бы для въезда в Россию граждане проблемных стран получали визы.

Тогда их личности проверялись бы еще на этапе обращения за визой. Проверялось бы соблюдение визового режима. Имелись бы финансовые гарантии на случай принудительной депортации за его нарушение.

То же самое можно сказать и о наркоторговле. Не так давно в России впервые за наркоторговлю был вынесен приговоров в виде осуждения к пожизненному лишению свободы – в отношении гражданина Таджикистана Шероли Табарова. Вместе с ним осудили на длительные сроки еще 14 лиц.

Дело Табарова также было примечательным: в 2003 году он был приговорен в России за наркоторговлю к 10 годам лишения свободы. Отправлен отбывать наказание в Таджикистан. Там отпущен. И беспрепятственно снова приехал в Россию, где принялся за старое в еще больших масштабах...

Сейчас никто в России (ни миграционное управление МВД – бывшая ФМС, ни многочисленные эксперты, ни представители диаспор) не знает, сколько точно мигрантов находится в стране, где они живут и чем занимаются. Все оценки приблизительны и отличаются порой в разы.

При этом из почти 30 тысяч иностранных преступников (почти 5% осужденных при доле иностранцев в постоянном населении России 0,8%), отбывавших наказания в российских колониях по состоянию на середину прошлого года, половина – это граждане Таджикистана и Узбекистана. Только 12 граждан США и 97 граждан государств Евросоюза.

Более 90% преступлений, совершаемых иностранными гражданами, тяжкие и особо тяжкие – связанные с насилием, оборотом наркотиков и т. п. Так, доля иностранных граждан среди убийц в пять раз выше, чем их доля в населении страны. Поэтому процент отбывающих наказание в виде лишения свободы также выше, чем доля в общем количестве преступлений (на протяжении многих лет колеблется около 3,5%).

Для борьбы с этим злом существует универсальное средство. Это визовый режим.

Введение Россией визового режима с Узбекистаном и Таджикистаном упорядочило бы миграционные потоки с этими странами. ФСБ получила бы возможность проверки желающих въехать в страну еще до приезда.

Законопослушные граждане этих стран, имеющие законные источники доходов, не нарушавшие прежде миграционное законодательство России, имеющие в нашей стране официальную работу либо часто приезжающие в гости к родственникам, могли бы получать долгосрочные визы. Но при этом были бы созданы дополнительные значимые сложности для проникновения в Россию террористов, проповедников разнообразных экстремистских идей, наркоторговцев, иных преступников.

Не будем лукавить, заслон для террористов и наркоторговцев – главная, но не единственная причина, по которой России необходимо всерьез задуматься о введении визового режима в отношениях с Узбекистаном и Таджикистаном.

Другая важная причина – рынок труда.

Если президент и Федеральное собрание утвердят в предложенном правительством виде пенсионную реформу (с повышением возраста выхода на пенсию для мужчин до 65 лет, а для женщин – до 63 лет), это потребует в ближайшие годы создать несколько миллионов дополнительных рабочих мест в стране.

При этом даже по оценке МВД в России незаконно находится 2,3 миллиона трудовых мигрантов. Очевидно, что они попали в страну в безвизовом режиме. Еще свыше 1,5 миллиона трудовых мигрантов, не считая граждан государств – участников ЕАЭС, находится в России на законных основаниях: из них 1,35 миллиона человек – граждане Узбекистана и Таджикистана.

Соотнеся эти цифры, можно предположить, что нелегальные мигранты – граждане этих стран незаконно занимают в России около двух миллионов рабочих мест.

Введение визового режима позволит мягко регулировать рынок труда, оперативно реагировать на возможный рост молодежной безработицы на фоне того, что граждане пожилого возраста позже будут выходить на пенсию, не допускать социального напряжения внутри страны.

И соображения безопасности, и экономические мотивы указывают на то, что условия для визового режима с неприсоединившимися к ЕАЭС государствами Средней Азии созрели.