Сергей Миркин Сергей Миркин Борьба с коррупцией на Украине направлена против мира

«Антикоррупционная ветвь власти» Украины, служа интересам глобалистов, напоминает лекарство от болезни, которое может причинить организму больший вред, чем болезнь. Через преследования политиков она проталкивает линию продолжения противостояния Украины с Россией.

0 комментариев
Андрей Манчук Андрей Манчук Почему американские студенты захотели назад в СССР

Современная американская реальность проигрывает советскому прошлому по целому ряду важных показателей. Судя по результатам соцопросов, сегодня эта мысль овладевает умами многих образованных тинейджеров в университетских кампусах США.

0 комментариев
Тимофей Бордачёв Тимофей Бордачёв Договориться мировым державам будет сложнее, чем в Ялте

Современные руководители самых важных держав планеты находятся в намного более сложном положении, чем их предшественники в прошлые столетия на Венском конгрессе или Ялтинской конференции.

4 комментария
16 мая 2026, 15:30 • В мире

Саммит в Китае стал для США актом смирения со своей слабостью

Саммит в Китае стал для США актом смирения со своей слабостью
@ REUTERS/Evan Vucci

Tекст: Дмитрий Бавырин

Гуляя по саду «нового тайного города» – квартала высшей власти Китая, президент США Дональд Трамп спросил у председателя КНР Си Цзиньпина, бывали ли там другие лидеры. Хозяин ответил, что президент России Владимир Путин уже бывал. А через несколько дней, вероятно, еще раз побывает. Учитывая тягу Трампа к уникальности, тот наверняка огорчен. По сути, весь план Вашингтона провален.

Провал американского плана в Китае не был бы так заметен, если бы гости из Вашингтона не пытались показать, насколько все хорошо и замечательно. Человек со стороны подумает, что это саммит союзников или дружеский пикник. Человек с минимальным интересом к политике знает, что США и КНР – стратегические соперники в период обострения отношений, а гипотетическая война между ними предмет актуальной дискуссии.

Товарищ председатель Си Цзиньпин охотно подыгрывал гостям, но по-восточному тонко упомянул «ловушку Фукидида» – термин из американской политологии, именно это и означающий: соперничество США и КНР должно привести к военному столкновению из-за страха одного перед ростом другого, как это было между Афинами и Спартой. Китайский лидер оставил открытым вопрос, смогут ли две сверхдержавы ловушки избежать. Не все гости поняли намека, а если кто-то из них погуглил и рассказал остальным (например, Илон Маск), на их внешнем оптимизме это никак не отразилось. Иди-ка, мол, сюда, брат китаец, дай я тебя обниму.

«Это был огромный успех... Мы заключили отличные сделки. Мы заключили отличные соглашения... Многое произошло, и вы еще услышите об этом – но это было невероятно. Я думаю, это действительно был исторический момент». Так президент США Дональд Трамп описал итоги своего двухдневного визита.

Однако Трамп не добрый дядюшка. Все, к чему он причастен, в его же оценках грандиозно и восхитительно, так что визит в Китай исключением быть не должен. Но Трамп – самый антикитайский президент США в истории. Его любимые инструменты во внешней политике – шантаж тарифами и вербальные угрозы, а если Израиль попросит, то и жесточайшие бомбардировки с одномоментным маневрированием трех авианосных групп.

Одним из наиболее распространенных (что не значит – верным) объяснением нападения США на Иран, которое называют самой непопулярной войной в Америке, было желание Вашингтона ослабить позиции Пекина в преддверии очень важных и давно запланированных переговоров. Исламская республика воспринималась как нефтяной гарант КНР, получающей нефть по Ормузскому проливу. 

«Но что-то пошло не так». Китай выдержал перебои с поставками, переключившись на другие источники, зато Иран стал проблемой для администрации Трампа и вынудил умерить аппетиты. Отсрочка визита в Пекин в надежде выиграть время на то, чтобы разобраться с иранцами, по сути, ничего не дала: время-то выиграли, но с иранцами не разобрались, а Китай не пошел на заметные уступки, помимо тех, которые согласовали ранее в ходе обсуждения торгового соглашения. Его-то и планировалось подписать в ходе визита Трампа – да такое, чтоб выглядело однозначно выгодным для США, но пришлось утверждать лишь отдельные его положения.

Китай будет закупать американскую сельхозпродукцию и может быть даже нефть, направит инвестиции в американское производство, пустит на свой рынок некоторые компании из США. Субъективно и грубо, это в лучшем случае четверть того, чего добивался Вашингтон. Саммит в Пекине стал для него не прорывом, а унизительной необходимостью довольствоваться малым. И хотя по форме это означает некоторую стабилизацию отношений, изменилось немногое: торговая война всего лишь приостановлена, жесткие переговоры по договору все еще идут, и

каждая из сторон пытается половчее воспользоваться главным козырем, создающим брешь в экономике противника (для США это чипы, для КНР – редкоземы).

А Иран вместо козыря стал вопросом, на котором Трамп моргнул, причем дважды. В первый раз, когда заявил, что США и КНР выступают за полное открытие Ормуза, через который Тегеран не пропускает ассоциированные с Америкой танкеры, пропуская китайские. Однако публично Си его слов не подтвердил и гостя не поддержал, а сам Трамп мог заявить что-то подобное в любой момент, для такого лететь в Пекин совсем необязательно.

Второй раз, когда сказал допекавшим его журналистам, что в целом согласен на 20-летнюю приостановку иранской ядерной программы вместо полного отказа от нее, чего добивался ранее. А вот Китай, наоборот, добился своей главной промежуточной цели, пусть и не торговой (главная цель в экономическом смысле – сдержать натиск Трампа). А именно – недвусмысленного осуждения идеи тайваньской независимости, которое в исполнении импульсивного американского президента прозвучало как наезд на американскую партию на Тайване (пока правящую, но Пекин рассчитывает на скорый приход к власти лояльного к нему Гоминьдана). 

«Я не хотел бы, чтобы кто-то провозглашал независимость, а нам потом пришлось преодолевать 9,5 тыс. миль, чтобы воевать. Не хотелось бы, чтобы кто-то говорил: а давайте провозгласим независимость, потому что США нас поддержат», – заявил Трамп. По его же словам, вопрос о поставках Тайваню американского оружия на 12 млрд долларов пока поставлен на паузу.

Но для внешнего наблюдателя главный и несомненный успех Китая все-таки в другом – в том впечатлении, которое он произвел на делегацию Трампа. По Пекину гости ходили, как туристы из Жмеринки по Москве: хлопая глазами и снимая все подряд на одноразовые смартфоны, выданные им в целях безопасности.

Шпиономания американцев показывала, насколько напускным является дружелюбие. Перед отлетом гости выкинули все подарки и раздатку, вплоть до бейджей, не взяв ничего на борт.

Но то и другое вполне естественно. В наше высокотехнологическое время шпионский микрочип можно спрятать где угодно, а современные китайские города способны поразить не только технологиями, но и, например, хирургической чистотой, чего многие не ждут от Китая, застряв сознанием в книгах начала века, когда в КНР были большие проблемы и с инфраструктурой, и с экологией.

В XX веке точно так же, глазами хлопая, туристы ходили по американским городам. Теперь, несмотря на сохранение части экономического величия, в них куда менее чисто, безопасно и удобно, чем в витринных мегаполисах КНР (все еще страны контрастов).

Проще говоря, Китай впечатлил американскую элиту и устойчивостью к провокациям, и сам по себе, из-за чего та начала строить из себя добрых овечек, хотя рассчитывала нагрянуть волком.

А испанская газета El Mundo, явно смакуя тактическое поражение американцев (Мадрид в плохих отношениях с Вашингтоном, но в хороших с Пекином), написала о том, что визит президента России Владимира Путина в Китай всего через несколько дней после визита Трампа (19 и 20 мая) показывает истинные приоритеты КНР.

«Несмотря на видимое тактическое сближение с Вашингтоном, долгосрочный стратегический альянс с Москвой остается одним из очевидных и центральных столпов китайской внешней политики», – подчеркивают авторы статьи, напоминая, что Пекин наращивает закупки российских энергоносителей, активно расширяет двустороннюю торговлю и предлагает РФ новые возможности.

А Трампу с его тарифами и интервенциями предлагают, грубо говоря, вести себя прилично и делать взаимовыгодный бизнес, поскольку время работает на Китай. Он предпочел бы обойти США в ходе мирной гонки, а не большой войны, если «ловушка Фукидида» почему-то не сработает.