Александр Чаусов Александр Чаусов Ждет ли нас космическая война

Мирный космос на международном уровне регулируется соглашением от 1967 года. Но это совершенно не значит, что наши «западные партнеры» не демонстрируют желание этот договор аннулировать или хотя бы обойти.

2 комментария
Игорь Мальцев Игорь Мальцев «ГДР» как зеркало развала СССР

Насколько Горбачев был наивен в реальности? Или настолько, как показано в сериале? Сериал «ГДР» – это многослойное произведение, манифест нового поколения: «как мы видим из 2024 года исторический распад социалистической послевоенной системы, грядущий распад СССР».

15 комментариев
Юрий Мавашев Юрий Мавашев Палестино-израильский конфликт может добить Египет

Катастрофа, которая придет с беженцами из Газы в Египет, мало кого волнует на Западе и в Израиле. Более того, Израиль официально заявляет о насильственном переселении 2,3 млн палестинцев в Синай. Для Египта это неприемлемо.

15 комментариев
25 сентября 2023, 20:15 • В мире

Африканцы добились финального поражения Франции

Французские эксперты признали бессилие Парижа в Нигере

Африканцы добились финального поражения Франции
@ ISSIFOU DJIBO/EPA/ТАСС

Tекст: Валерия Вербинина

«Происшедшее – признание бессилия Франции». Именно такими словами парижская пресса описывает признание Эммануэля Макрона в том, что Парижу все же придется вывести из Нигера и французские войска, и даже французского посла. Перед нами предвестие окончательного ухода Франции из Африки, а сами французы полагают, что на смену ей придут Китай и Россия.

По воскресеньям во Франции обычно немного политических новостей: граждане предпочитают отдыхать, и это правило распространяется и на политиков. Однако прошедшее воскресенье стало исключением: президент Макрон выступил с интервью, которое показали все основные каналы французского телевидения. Среди прочего он заявил, что Франция отзывает из Нигера своего посла Сильвена Итте и выведет из африканской страны свои войска.

Контингент в Нигере насчитывал около 1500 человек и, по официальной версии, помогал местным военным бороться с джихадистами. Впрочем, многие жители Нигера считают, что на самом деле военное присутствие было нужно бывшим колонизаторам, чтобы не выпускать из-под контроля регион, в котором, в частности, добывается значительная часть урана для французских АЭС.

Пока у власти в Нигере находился президент Базум, все было прекрасно: уран добывался, джихадисты терроризировали население, военные героически с ними боролись, но так и не одолели, потому что иначе потерялся бы сам смысл французского военного присутствия. Однако в июле случился военный переворот, и все пошло наперекосяк.

Перевороты в Африке – вещь, можно сказать, обычная, и французы уже давно должны были к ним привыкнуть, но данный переворот в Нигере вывел их из себя.  Они публично заняли позицию воинственного отрицания. Дескать, мы не признаем новое правительство, мы не собираемся с ним считаться, срочно проверните фарш назад и верните нам Базума, а не то хуже будет.

Одновременно региональный блок ЭКОВАС стал угрожать интервенцией и ввел санкции против Нигера, который и так еле сводит концы с концами. Риторика ЭКОВАС настолько совпадала с французской, что не возникает никаких сомнений в том, что действия регионального блока были как минимум согласованы с Францией.


И после всех воинственных заявлений, после отказа признать отзыв французского посла, которого решили выставить новые власти за несовместимое с дипломатическим статусом поведение, после словесной демонстрации решимости и несгибаемой воли – такой жалкий конец. Франция уходит, оставляя одну из последних своих бывших колоний. «Франсафрике конец», – как резюмировал Макрон в том же интервью. Также он дал понять, что любое сотрудничество с Нигером в военной области прекращается.

Если исключить вероятность того, что его признание является тактическим маневром, и на самом деле Франция выведет свои войска лишь для того, чтобы удобнее было, к примеру, бомбить Нигер, картина возникает незавидная. Le Monde в чрезвычайно сухой по тону статье замечает, что «у парижских властей, рассчитывавших на интервенцию ЭКОВАС, которая могла бы восстановить президента Базума и конституционный порядок, практически не осталось шансов удержать свои позиции в Нигере».

Любопытна сама постановка вопроса, что кто-то должен таскать за французов каштаны из огня, рисковать и нести потери во время интервенции, а сами они благосклонно воспользуются результатом.

«Невозможно было действовать иначе, с самого начала это (вывод войск) было единственным решением», – считает Тьерри Виркулон, эксперт по Африке из Французского института международных отношений.

«Война Франции с джихадизмом официально закончена, – продолжает Виркулон. – У Франции нет никакого будущего в регионе Сахель. Фактически происшедшее – признание бессилия страны. Путчисты выставили Францию за дверь, а президент не может ничего сделать – только вывести войска. Если бы он не согласился, их присутствие могли бы приравнять к военной оккупации».

Французское военное присутствие, впрочем, сохраняется в других странах Африки. В частности, в Сенегале (400 человек), Кот-д'Ивуаре (900 человек) и в Чаде (самая значительная группировка – 3 тыс. человек).

Необходимость покинуть Нигер Макрон обосновал тем, что французы не должны быть заложниками путчистов, как это фактически произошло, когда их страна попыталась продемонстрировать характер. Военная база в пригороде Ниамеи была перекрыта и окружена плотным кольцом враждебного народа. Посол Итте, лишенный дипломатической неприкосновенности, не мог покинуть территорию посольства, а когда туда перекрыли поставки еды, вынужден был питаться армейскими сухпайками, запас которых, надо полагать, оказался не бесконечным.

«Можно считать, что путчисты добились своего, – пишет Les Echos. – Посол Франции отозван, а французские военные до конца года покинут территорию».

В целом уход из Нигера вызвал меньше откликов, чем мог бы, потому что в своем интервью Макрон коснулся многих тем, более важных для обывателя. Последнего больше заинтересовали возможные субсидии на покупку сильно подорожавшего топлива, чем весть о сдаче позиций в еще одной стране Африки. Но некоторые отклики на известие об уходе из Нигера по-своему не менее интересны, чем вызвавшее их событие.

«Макрон забил последний гвоздь в гроб Французской Африки, – написал на сайте Фигаро читатель с ником gauloisrefractaires. – Остается лишь отказаться от центральноафриканского франка, и полная деколонизация станет реальностью. Де-факто Китай станет главным торговым партнером Нигера... Китай строит там крупнейший в Африке НПЗ. Россия на пару с Китаем завладеет ураном, и французской госкомпании «Орано» придется уйти, потеряв рынок в 4,3 млрд евро в год. И вишенка на торте – обе сверхдержавы планируют строить в Нигере АЭС, которые полностью обеспечат потребности региона в электричестве, в то время как Франция за 60 лет не сделала в этом плане вообще ничего».

«Это не президент, а одно название», – припечатала главу республики депутатка «Зеленых» Сирьель Шатлен.

Впрочем, есть сомнения, что будь она на его месте, она бы могла поступить иначе. Макрон действует в пределах своих возможностей, а они таковы, что Франция уже давно не сверхдержава, французский язык как международный проиграл английскому, а влияние французов в части Африки сохраняется по инерции и с колоссальными усилиями. Конечно, пока есть базы в Чаде, Сенегале и некоторых других местах – но никто не может гарантировать, что завтра там не произойдет очередной переворот, после которого французов попросят на выход.

..............