Деловая газета «Взгляд»
http://www.vz.ru/opinions/2017/4/7/865404.html

Донбасс как искупительная жертва

   7 апреля 2017, 17::40
Фото: из личного архива

Три года – немалый срок для осмысления произошедшего в Донбассе. Уже и книги написаны о том, как все было. События донецкого восстания породили даже свою мифологию. Однако невозможно понять смысл народного возмущения без представления о его истоках.

7 апреля 2014 года в столице Донбасса была провозглашена Донецкая народная республика.

Три года назад в Донбасс прилетели ветры Русской весны. Примчались они из Крыма, понятное дело, внушив множество надежд, осуществления которых многие тысячи из донецких людей уже и не увидят. Они погибли.

И все-таки каждую весну, задавая себе вопрос, что было бы тогда, в апреле 2014-го, если бы мы могли провидеть свое будущее, могу сказать определенно – все было бы точно так же.

И пророссийские митинги, невиданные даже для Донецка, видавшего и зрелище грозных шахтерских забастовок, и разнокалиберные российские флаги над административными зданиями, и штурмы милиции, прокуратуры, СБУ.

Да и все то, что пришло в апреле после Славянска, когда, как пожар в лесу, пошел пожирать все украинское в регионе парад независимости городов, городков, сел. И на референдум 11 мая 2014 года точно так же валом валили бы толпы – семьями, домами, целыми улицами.

Для утверждения уверенности в этом не нужны усилия социологов – все это донецкие за три года обсудили между собой до мелочей, до пунктиков.

Три года – немалый срок и для осмысления произошедшего. Уже и книги написаны о том, что и как все было.

Нестандартные события донецкого восстания породили и свою мифологию, и свой стиль отношения к ним. Но вот объяснению – то есть ответу на вопрос «почему?» – внимания уделяли мало и участники донбасской революции, и их противники. А если объясняли, то, как правило, все сводилось к самым простым объяснениям.

Между тем невозможно понять смысл донецкого восстания без представления о его истоках. Можно, конечно, продолжать пользоваться пропагандистскими клише, но это чревато повторением многих ошибок, без которых можно было бы обойтись, не оплачивая их людскими жизнями.

Так что без исторического экскурса, хотя бы самого скромного, не обойтись.

Двадцать с лишним лет назад один из харизматичнейших донецких культуртрегеров, поэт и философ Игорь Галкин отрезал: «Привыкайте, мы живем на оккупированной Украиной территории».

Мысль прижилась, она стала одним из основных тезисов внутреннего сопротивления насильственной украинизации и европоцентризму, которые безуспешно, но весьма рьяно Киев пытался насадить в сугубо русском Донбассе.

Что касается Донбасса, то, понимая прагматический интерес Донецка/Луганска (возвращение в состав России в среднесрочной перспективе, улучшение уровня жизни, отказ от подчинения народной жизни интересам олигархов), есть и чисто идеологические мотивы.

Их в дни, когда разгоралось сражение за Славянск, очень точно сформулировал луганский писатель Бобров: это война за человеческое достоинство.

С этим сложно не согласиться. Особенно если учесть, что здесь, в Донбассе, в наиболее яркой форме всегда выражалась мысль Н. Бердяева о сути русского понимания свободы как никем и ничем не ограниченной воли.

Это понимание, пересекаясь с жизненно необходимой трудовой дисциплиной на объектах индустрии, дает суть донецкого характера.

Таким образом, истоками донецкого восстания четырнадцатого года стали этническое происхождение, глубоко русское понимание жизни и труда, обостренное чувство справедливости и свободы. А также, безусловно, историческая память населения края.

Что же до смысла осуществления почти столетнего ожидания возврата в Россию, то тут кажется логичным оформление его в республиканскую модель.

Модель буферного государства между «Большой Россией» и ее врагами не нова. Она воплощалась и в автономии гетманской области Малороссии в эпоху между Хмельницким и Мазепой, в судьбу Молдавии и прочих волошских княжеств, Болгарии, Черногории.

А во время Гражданской войны в России таких государственных образований было несколько, самыми известными из которых стали ДКР тов. Артема и ДВР тов. Блюхера.

В известном смысле Донбасс всегда был буфером между громадой русского материка и его будущностью. И тогда, когда разделил крестьянский мир Российской империи на сельскохозяйственное вчера и индустриальное завтра, и тогда, когда саму промышленность во время СССР делил на старые и новые методы производства.

И во всех этих смыслах отчетливо видна роль Донбасса как искупительной жертвы, приносимой Россией молоху прогресса и идеалу справедливой жизни будущего.

Несомненно, не все в регионе осознают эту роль, но все на нее работают.