24 марта, воскресенье  |  Последнее обновление — 14:24  |  vz.ru
Разделы

Секрет Гарри Гудини по-прежнему неизвестен

Екатерина Ракитина, к.ф.н., переводчик
Он освобождался от наручников, кандалов и смирительных рубашек, – вися для пущего эффекта вниз головой с небоскреба, – из стеклянных резервуаров с водой, помещенных в деревянный ящик, опутанный для надежности цепями. Подробности...

Чтобы все взлетело, нужен суверенитет духа

Глеб Кузнецов, политолог, глава экспертного совета ЭИСИ
Себя он называет самым влиятельным политическим философом современных Нидерландов. Он выступает в парламенте по-латыни, притащил в кабинет рояль и музицирует в свободное время, подчеркнуто не знает и не желает знать ничего о современной молодежной культуре, что не мешает ему быть кумиром этой самой молодежи. Подробности...
Обсуждение: 36 комментариев

Пенсионерки с «Эха Москвы» оказались агрессивнее хулиганов

Антон Крылов, журналист
Одним из главных производителей «атмосферы ненависти» в стране (подчеркнем, ненависти политической) оказался сайт СМИ, авторы которого регулярно обвиняют в продуцировании этой самой атмосферы государство или своих оппонентов. Подробности...
Обсуждение: 56 комментариев

    «Это был взрыв эмоций!» В Сочи чествовали победителей конкурса «Лидеры России»

    «Вы одержали главную победу: над своей слабостью, над своим страхом!» – напутствовал победителей состязания управленцев «Лидеры России» наставник конкурса, первый замглавы администрации президента Сергей Кириенко (на фото Кириенко поздравляет с победой москвичку Александру Добрынину)
    Подробности...

    В мечетях Новой Зеландии расстреляли десятки людей

    Новая Зеландия пережила один из самых страшных терактов в своей истории. В пятницу несколько человек совершили вооруженное нападение на мечети городка Кристчерч. Убиты полсотни верующих, десятки получили ранения. Главный подозреваемый Брентон Таррант транслировал бойню в Сети
    Подробности...

    Отчеканены пять рублей с Крымским мостом

    Банк России выпустил в обращение памятную монету номиналом 5 рублей, посвященную пятой годовщине референдума о государственном статусе Крыма и Севастополя и воссоединения Крыма с Россией
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:Помпео вдохновил Захарову на обновление информационной работы по Крыму
         |  vz.ru

        Читайте также

        Сергей Калугин: «Исконно русской культуры нет!»

        Лидер группы «Оргия праведников» рассуждает о героях нашего времени, аутентичности русской культуры и влиянии африканской музыки
        Лидер группы «Оргия праведников» Сергей Калугин    13 февраля 2008, 11:22
        Фото: orgia.ru
        Текст: Гуру Кен

        Сергей Калугин и группа «Оргия праведников» записали один из самых интересных рок-альбомов прошлого года. Они предложили теорию о том, что нынешнее время – эпоха исчезновения героев как таковых. Глобализация истребила этот класс индивидуальностей под корень. 17 февраля в клубе «Апельсин» состоится презентация нового DVD группы «Оргия праведников» – «Солнцестояние».

        В преддверии концерта обозреватель деловой газеты ВЗГЛЯД Гуру Кен побеседовал с Сергеем Калугиным.

        «Навсегда уходящему солнцу, солнцу героев – помаши на прощанье рукой» – Возникает так или иначе некое противоречие. В альбоме «Уходящее солнце» ты поешь про эпоху уходящих героев. И вот спустя какое-то время выходят эти же песни под названием «Солнцестояние». Толковать можно двояко. Либо упомянутые герои решили не уходить и постоять еще немножечко на солнышке, либо процесс затормозился настолько, что перспектив никаких.
        – Манифест «Уходящего солнца» действительно констатирует ситуацию, но назначение этой констатации не вогнать людей в депрессию, а, наоборот, вызвать ощущение «нет! Как же так? Нет! Я восстану!». Это высокая степень провокации. Она сработала.

        Действительно, альбом, в котором люди говорят, что конец всему, вызывает желание жить и этому противостоять. И выход «Солнцестояния» подтверждает правильность этой интуиции, правильность тех, кто именно так воспринял «Уходящее солнце». Слава богу, не было никого, кто воспринял его депрессивно.

        – Тема уходящих героев вызвала у меня во время прослушивания диска неоднозначные ощущения. Хотя бы потому, что хочется сразу попытаться перечислить имеющихся героев. Террористы, фанатики, которых сейчас в мире очень много. Получается, что это они – герои. Они, пассионарные мусульманские фанатики, – герои нашего времени. Так они не уходят, они, наоборот, поднимают голову!
        – Тут двоякая ситуация, потому что исламские террористы – притча во языцех. Кстати, большой вопрос, насколько они исламские, насколько террористы и насколько это спецоперация ЦРУ, положим.

        Глупо отрицать, что какие-то такие террористы-смертники действительно существуют и действуют. С одной стороны, можно сказать, что сам факт того, что в мире присутствуют люди, которые своим поведением демонстрируют, что существуют некие ценности выше человеческой жизни, – это, в общем, хорошо.

        Когда верность религиозным или этическим воззрениям, честь и верность ставятся выше жизни – это неплохое напоминание пожирателям гамбургеров о том, что они на этой земле не навсегда. Плохо то, что этих смертников не назвать героями в европейском понимании – это не рыцарство.

        Акт, направленный на уничтожение невинных людей, а именно таковым является террористический акт, – это не вызов на честный бой и не гибель в честном бою. Нельзя отрицать мужество этих людей, но чтобы назвать их героями...

        Может быть, с точки зрения идеологии джихада они молодцы, но с европейской точки зрения такое поведение героизмом назвать нельзя. Я предпочитаю называть героями людей, сложивших свою голову в борьбе с превосходящими силами противника. Не против женщин, не против детей, которые невинно погибают в террористических актах.

        Не существует некой идеальной войны. Фигура героя – это и есть фигура человека, который в условиях войны, в условиях совершенно нечеловеческого озверения ведет себя высшим нравственным образом.

        И отсюда старый европейский идеал справедливой войны, христолюбивого воинства. Пусть он редко где осуществлялся, тем не менее память человеческая фиксировала момент, где именно высокая мораль в таких обстоятельствах каким-то неожиданным образом себя вдруг проявляла. Ричард Львиное Сердце был очень жестоким человеком, и Саладин был тоже очень жестоким человеком, но в памяти людей остались те моменты, когда эти два великих жестоких человека проявили какие-то удивительные высокие качества.

        То есть не преступления против человечества остались в памяти, а именно те моменты, когда, несмотря на озверение, люди смогли возвыситься над обстоятельствами.

        – То есть ты не согласен с тем, что террористы – герои нашего времени?
        – Нет, и, по-моему, я достаточно внятно объяснил...

        – Объяснил, исходя из христианской парадигмы.
        – А я в ней нахожусь. Я не могу находиться в исламской.

        – Но, согласись, очень трудно требовать от араба, который вырос в тотально исламской стране, где казнят за малейшие сомнения в вере, существования в христианской парадигме.
        – А я не требую. Понятие героя – понятие европейское. В исламской традиции есть понятие «воин джихада». Есть понятие шахида – человека, который презрел собственную жизнь, уничтожил неверных и за это удостоился рая. Говорить о мусульманине как о герое столь же правомерно, как говорить о христианском рыцаре как воине джихада. Это разные вещи.

        Хотя известны случаи в истории, когда мусульманские воины или правители проявляли черты, которые воспринимались европейцами как героические, но это были как раз случаи, когда они действовали в русле понятной европейцам моральной парадигмы. Тот же Саладин, ему были свойственны такого рода поступки.

        – То есть мысль альбома надо сформулировать так: уходят герои в христианской парадигме?
        – Совершенно верно. Альбом о европейской цивилизации, об ее закате, об ее угасании. Я думаю, в горах Тибета до сих пор как сидели великие люди на заднице, так и сидят. Там ничего принципиально ужасного не случилось с их цивилизацией.

        «Моя хижина тронулась в путь по Великой реке»

        – Всегда интересно спросить у музыканта о том, что он думает о закате цивилизации в отношении музыки. Вот я разговаривал с Дмитрием Ревякиным, и он считает пагубным африканские ритмические влияния. Ты как считаешь, в чем выражается кризис европейской культуры?
        – Само по себе заимствование, открытость для контакта, культурное взаимодействие никогда еще не было губительно ни для кого. Кроме как для людей, которые отказались от своего собственного «я». В этом смысле европейская культура отказалась сама от себя.

        То есть это тот процесс, о котором говорили Данилевский и Шпенглер, Эвола и Ортега-и-Гассет. Европейцы вообще перестали понимать, кто они, что они, что они делают на этой Земле, куда им идти.

        Поэтому любое внешнее влияние их просто срывает с катушек, у них нет собственного внутреннего стержня, который позволил бы не распасться и не размыться в рамках этого влияния, а, напротив, принять его и адаптировать в русле собственной культуры.

        – Уточню. Российскую культуру ты относишь к европейской?
        – Конечно. Особенно это ярко проявилось в последние 300 лет после Петра. Но и до этого русская цивилизация была вариацией цивилизации византийской. Что тоже Европа. Хоть и пропитанная азиатчиной, но Европа. А уж после реформ Петра – конечно, это европейская цивилизация. С рядом своих очень характерных черт, но глубоко европейская. И поэтому для России сегодня внешние влияния так же болезненны, как и для всей остальной Европы.

        – И в музыке?
        – Я не вижу какой-то глубокой беды в музыкальной сфере. Музыканты и вообще люди искусства – это люди, понимающие, что искусству без Бога нельзя. У них есть внутренний базис, есть стержень, есть точка отсчета. Ну, я не имею в виду «искусство», которое прибивает к доске кружева или грязные носки ржавым гвоздем и пытается это продать за полтора миллиона долларов.

        – Поп-культура тоже?
        – Поп-культура, конечно, нет. То есть могут быть художники, которые используют наработки поп-культуры для художественного творчества, но чистая поп-культура – это сфера потребления и к искусству никакого отношения не имеет.

        Поэтому в музыке как раз ситуация более-менее ничего. Я бы не стал столь мрачно смотреть на ситуацию, как Ревякин. Тем более говорить, что африканская ритмика погубила европейскую музыку, – ничего она не погубила.

        В музыке, благодаря, может быть, первоначально наивным и смешным попыткам металлистов адаптировать жесткую ритмику к европейской симфонической традиции, это дало замечательные плоды. Сейчас европейская рок-музыка – чуть ли не последний оплот европейской культуры.

        Музыке угрожает опасность не со стороны других художников. Художники разных народов и культур – это некая масонская ложа. Художник художника поймет. Опасность, скорее, со стороны имитаторов всех мастей и любителей извлекать прибыль из находок и идей действительно достойных творцов.

        А если говорить о Европе…

        Я в этом году был в Италии, и это ужасно. Я никогда не видел столько людей, которые явно совершенно наплевательски относятся к собственной культуре.

        Они пялятся на готические и романские соборы, они даже не понимают, что там изображено. У них распахнутые глаза. Это дети поп-культуры, дети эпохи восстания масс.

        Я, например, не видел ни одного человека, который крестится в храме. В каждом храме выделено гетто для верующих. Как правило, это делают за стеночкой, где никто не видит, это маленькая комнатка, в которой висит одно-единственное грубое распятие, как правило современное.

        Вот если хочешь pray, то for prayers – это туда. А весь храм захвачен туристами, которые с фотоаппаратами бродят, вертят головами по сторонам, ничего не понимают, экскурсоводы подробно им объясняют, что к чему.

        И очевидно, что для этих людей сама эта тема непонятна и неблизка. Прожили жизнь мимо всего этого. И в ситуации оторванности от корней, оторванности от родины нет ничего удивительного, что их страны фактически затоплены выходцами из бывших колоний, а они воюют за свободу кроликов или браков для гомосексуалистов.

        – Сергей, зачем далеко ходить? В музыке «Оргии праведников» тоже не слышно русских корней, зато слышно огромное количество тех же итальянских мотивов, чуть ли не бразильских мотивов, американской культуры.
        – Чтобы ответить на этот вопрос, нужно ответить на вопрос, а что вообще из себя представляет русская культура. Я же воспитывался в музыкальном училище на советских учебниках, а советские учебники, если ты помнишь, они очень акцентировали в любом художнике, будь то Бетховен или Моцарт, национальные особенности.

        Идея была такова. Каждый художник дожидается момента, когда в нем наконец пробудится национальное чувство, и тут-то, вдохновленный простой народной мелодией, он творит в полную силу, воплощает национальный дух, то есть самое ценное, что в нем есть.

        Несмотря на тот идиотизм, с которым нам это все объяснялось, в такой постановке есть большая правда. Действительно, художник становится важен и ценен, когда он талантливо воплощает национальный дух.

        В музыке «Оргии праведников» не слышно русских корней, зато слышно огромное количество тех же итальянских мотивов
        В музыке «Оргии праведников» не слышно русских корней, зато слышно огромное количество тех же итальянских мотивов

        Но в России удивительный феномен: пришел Петр и снес к едрене фене всю аутентичную русскую культуру. В том, что касается государства, искусств, образования во всех его проявлениях, он взял и привнес сюда совершенно сознательно культуру европейскую.

        В результате получилась дикая вещь – элитой страны оказались воспитанные в тепличных условиях обеспеченные европейцы, зачастую эта самая элита очень крепко перемешивалась с аристократическими домами Европы, не говоря о том, что сами государи после Петра были почти чистокровными немцами.

        И вот эта самая голова европейской такой элиты оказалась водружена на тело азиатской державы, жившей совершенно своими глубокими внутренними процессами, очень мало связанными с процессами, происходившими в элите. Но элита, тем не менее, пыталась эту страну построить по современному европейскому образцу.

        И что в результате получили? Мы получили высокую культуру, для которой своя собственная народная национальная культура была такой же экзотикой, как культура Анголы.

        Когда Пушкин писал «Руслана и Людмилу», для него это была такая же стилизация, как «Бахчисарайский фонтан». А собственно «своей» для него была культура европейская, от Эсхила до Байрона. Кто-то сказал, что вся послепетровская русская литература напоминает перевод неизвестного европейского оригинала. Такой культурный феномен.

        В советские времена это вылилось в конечном итоге в то, что у нас получился лучший в мире Шерлок Холмс, мы лучше понимаем его, чем сами англичане. Самые лучшие в мире Карлсон, Винни-Пух, Мэри Поппинс (имею в виду сжатый перевод Заходера, а не дурацкий фильм).

        Начитавшись этих всяких учебников, я ждал, когда же во мне проснутся мои национальные корни, я даже с ужасом этого ждал, что вот они проснутся и я разведу малину, оденусь в домотканое, отращу бороду и буду петь ай-лю-лю. А я что-то не пою и не пою.

        То есть какие-то касания этой аутентичной русской культуры происходят, но не больше, чем культуры арабской. Потому что для меня она точно такая же игрушка, как культура арабская, я точно так же ее использую. И в какой-то момент я вдруг осознал, что мое творчество глубоко национально.

        Вот именно в том, что я пою немецкие, итальянские, арабские и прочие песни, я абсолютно следую нашим классикам, которые именно так и поступали. Наши сокровища – это «Моцарт и Сальери», «Скупой рыцарь», все эти вариации на европейские темы. Вот сокровища русской литературы. И мы с нашей музыкой национальны в том смысле, в каком собственно нация возникла в России после Петра.

        – А тебе самому нравится такая традиция? Может быть, пора появиться исконно национальной интеллигенции?
        – Понимаешь, любое реконструкторство превращается в фарс. Ты же помнишь, как про Хомякова говорили, что он одевался настолько по-русски, что на рынке его принимали за турка.

        Это сродни попыткам возродить язычество. Ну нет его в России – в Туве оно, может быть, еще сохранилось, но в России его нет, тысячу лет, как его загнули. Поэтому, как ни смешно, но единственная возможность прикоснуться к русскому язычеству существует только в православной церкви.

        Именно она каким-то образом, уничтожая, но и принимая в себя – все эти Яблочные Спасы, – сохранила какие-то сосуды язычества, и через православную церковь они до нас дошли. За ее пределами ничего нет, и это невозможно возродить. И точно так же бессмысленно надеяться возродить какую-то исконно русскую цивилизацию.

        Это примерно как в Англии сейчас пытаться друидов возрождать. Ага, спохватились через тысячу лет – какие друиды? В результате получится подделка и просто пошлятина. Вот у староверов эти корни до сих пор сохранились. Будь я из староверов, я бы их транслировал, имитировать это бессмысленно, у меня не получится.

        – Я не пойму приоритеты. Если ты не старовер, не друид, не итальянский синьор, то какая разница, что переосмысливать? Уж лучше русское, казалось бы.
        – Как ни смешно, с итальянскими синьорами у меня-то связь как раз прямая, в отличие от русского язычества. Очень просто – от меня к Серебряному веку, от Серебряного века к Пушкину, от Пушкина к Петру, от Петра к Европе. А в Европе собственно уже вот они.

        Понимаешь, вечный крик русских художников и интеллигентов «Домой! Назад! В Италию!», он объясняется тем, что люди воспитаны в европейской культуре, а живут вне ее пределов.

        Гоголь писал «Мертвые души», сидя в Италии. Только там русский художник себя ощущает наконец дома. С этим ничего невозможно поделать – вся его культурная традиция, в которой он воспитан, она корнями уходит в Европу.

        – Как при этом ощущать себя русским?
        – Нужно сначала найти некую точку отсчета, а потом уже от нее начинать строить. Будучи помещен туда, куда он долго и безысходно стремился, человек имеет возможность вздохнуть, вообще осознать, на каком он свете, вот тогда возникает: «А родился-то я в украинской деревне». Но пока он не осуществил своего хаджа в эту Мекку, он себя понять не может.

        Русскому художнику действительно нужно понять свой главный корень, кто его сделал, откуда он, почему, и тогда уже возникает возможность как-то реагировать на реальность.

        – А где твой корень?
        – Италия, Германия. Прежде всего Италия. В меньшей степени Германия. Еще в меньшей степени Франция. В принципе, Европа в широком смысле. Испания тоже. Но прежде всего все-таки Италия, потому что Рим – это то, откуда есть пошла европейская цивилизация.

        – Интересно соотнести с тем, что тебя как музыканта все видят по-своему. Ты потрясающе играешь на акустической гитаре какие-то вещи, не связанные с роком, даже русский романс. При этом где-то у тебя русский рок и едва ли не Sepultura слышна. Велик разброс, и при этом ты ищешь Мекку в Италии, влияние европейской цивилизации. Тогда почему такой разброс? Ведь, как известно, удар сильнее, когда наносится в одно место?
        – Я просто не пытаюсь идти против себя. Тот же Пушкин не был однозначно устремлен в возлюбленную Италию, для него точно так же возлюбленную, как и для меня. Это та самая всемирность, о которой столько говорят, всеотзывчивость русской души.

        Русский – результат такой странной истории – оказался способен воспринимать самые различные культуры и некоторым образом сплавлять их в себе и переплавлять. С одной стороны, Глинка – это, конечно же, итальянский композитор на сто процентов, с другой стороны, он писал свою музыку так, как ни один итальянец бы не написал.

        И Пушкин то же самое, его «Маленькие трагедии» могли только в России возникнуть – таким образом, как и наша рок-музыка. И ничего тут удивительного. Именно та самая всеотзывчивость, которая одновременно и крест очень тяжелый. В принципе, нет культуры, которую бы я воспринимал как чужую. А за это спасибо России.



        ← На главную страницу Письмо в редакцию Подписка на новости
         
         
         
        © 2005 - 2018 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............