Взгляд
20 ноября, вторник  |  Последнее обновление — 21:15  |  vz.ru
Разделы

Как мэр Екатеринбурга с челябинцами поссорился

Глеб Кузнецов, политолог, глава экспертного совета ЭИСИ
У нас с советских времен считается, что «там где раньше тигры, гм, испражнялись, мы проложим магистрали!» – и порядок. Большой инфраструктурный объект – это не просто способ освоить бюджет и дать своим заработать. Подробности...

С кем была бы сегодня Галина Старовойтова

Андрей Бабицкий, журналист
Галина Васильевна была приятным в общении человеком – воспринимавшим нас, журналистов, как своих союзников. Но в той области, где Галина Васильевна была дипломированным специалистом, и она сама, и ее соратники наломали немало дров. Подробности...

Почему Порошенко не стоило связываться с религией

Сергей Худиев, публицист, богослов
Когда две трети людей, которых вы хотели единою светлою волей сковать, просто отказались играть с вами в эти игры – назвать это успешным объединением трудно. В чем причины такого провала? Подробности...
Обсуждение: 9 комментариев

    В РЖД показали новые плацкартные вагоны

    Российская студия представила новые вагоны с зонами персонального комфорта, созданные на базе общих и плацкартных. Согласно задумке, пространство должно отвечать всем запросам пассажиров. Внутри вагонов появится возможность отгородиться от соседей. В эксплуатации новые вагоны появятся в 2019 году
    Подробности...

    В Калифорнии произошел самый разрушительный за историю штата пожар

    Самый разрушительный за всю историю штата Калифорния лесной пожар охватил почти 45 тыс. га. Пламя уничтожило несколько тысяч строений, эвакуированы более 300 тыс. человек, в округе Лос-Анджелес – 170 тысяч. Погибли более трех десятков человек, о судьбе 228 ничего не известно
    Подробности...

    В России отмечается День народного единства

    В воскресенье в России отмечается День народного единства. По традиции Владимир Путин в сопровождении религиозных лидеров возложил цветы к памятнику Кузьме Минину и Дмитрию Пожарскому на Красной площади в Москве
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:США ввели новые санкции против России

        Главная тема


        Зачем российским военным запрещенные украинские авиадвигатели

        смена поколений


        Эксперт оценил отношение молодых японцев к вопросу о принадлежности Курил

        прожиточный минимум


        «Жители блокадного Ленинграда» рассказали Лаховой о влиянии голода на память

        спорт и отдых


        В Германии объяснили причину «безудержного пьянства» русских туристов в Турции

        Видео

        «философии управления»


        Названо «значительное преимущество» «Абрамсов» перед российскими танками

        война газопроводов


        «Северный поток – 2» отвлек внимание США от «Турецкого потока»

        символ изобилия


        «Миф о колбасе» напомнил о развале СССР

        общественное мнение


        Почему у довольных жизнью россиян пропадает социальный оптимизм

        «провальный мэр»


        Киеву уготована печальная участь

        «Закат Европы»


        Владас Повилайтис: учитель гимназии предсказал конец западной цивилизации

        «Отставка Мюллера»


        Дмитрий Дробницкий: спецпрокурор США вмешивался в политику Великобритании

        «Ошибка Порошенко»


        Сергей Худиев: президент Украины попробовал командовать церковью

        на ваш взгляд


        Спустя пять лет после Евромайдана как вы считаете, когда Украина вернется в зону влияния России?

        Типовой взгляд на борьбу большевиков с церковью грешит против истины

        Уничтожение храма Христа Спасителя   5 февраля 2018, 08:20
        Фото: Репродукция Фотохроники ТАСС
        Текст: Дмитрий Лысков

        Версия для печати  •
        В закладки  •
        Постоянная ссылка  •
          •
        Сообщить об ошибке  •

        Ровно 100 лет назад вступил в силу «Декрет о свободе совести». Он положил начало кровавому противостоянию между советской властью и Православной церковью, хотя Ленин значительно смягчил положения документа. Данный конфликт можно назвать «спором хозяйствующих субъектов», при этом наиболее распространённый взгляд на него во многом расходится с исторической правдой.

        Именно с «Декрета о свободе совести, церковных и религиозных обществах», утверждает современная популярная история, начались большевистские гонения на религию, причем начались они сразу с разорения монастырей и изъятия церковных ценностей. В этом вопросе сходятся как либеральные авторы, так и исследователи из консервативного лагеря. С той лишь разницей, что либералы считают серьезным достижением заложенные тогда принципы светского государства, впоследствии унаследованные Конституцией РФ, хотя и возражают против преступных практик по их воплощению в жизнь.

        Своеобразной квинтэссенцией такого взгляда, в общих чертах сходного для обоих лагерей, является раздел «Наступление на религию» книги Ричарда Пайпса «Русская революция», изданной в 1990 году. «В исторических исследованиях, посвященных русской революции, религии отводится несоразмерно малое место», – сказано в его начале. Это справедливое утверждение, помимо прочего, объясняет широкое распространение взглядов Пайпса в отечественной публицистике и историографии: разочарованная официозом позднесоветская интеллигенция искала альтернативные источники знаний и нашла их в книжке американского историка, подоспевшей чрезвычайно вовремя.

        «Смертный приговор церковным учреждениям»

        Для народа России, писал Пайпс, «религия имела первостепенное значение». Люди не мыслили себя в отрыве от нее, «для них культура означала религию», «их жизнь обращалась вокруг дат церковного календаря». Большевики же, продолжает историк, обрушились на религиозную веру и практику с яростью, невиданной со времен Римской империи:

        «В однопартийном государстве, стремящемся к установлению своей монополии на любую организованную деятельность, существование института духовенства, независимого от партийного контроля, было неприемлемо. Это в особенности касалось Православной церкви, которая отвечала духовным запросам трех четвертей населения».

        Сама церковь, подчеркивает Пайпс, была тесно связана с монархией, но так далека от политической жизни, что отречение Николая II застигло ее врасплох. Первым побуждением РПЦ было не замечать Февральской революции, а по отношению к Временному правительству ее иерархи сохраняли «недружелюбный нейтралитет», который перерос в открытую враждебность к тому моменту, когда это правительство пало. 

        Митрополит Московский Тихон, избранный патриархом на Поместном соборе в декабре 1917 года, был, по мнению Пайпса, «благочестивым простодушным монахом, насквозь проникнутым русским фатализмом»: «Ему нет дела до того, кто правит в России, его истинное призвание – служить духовным нуждам народа». Такая политика нейтралитета по отношению к власти могла бы быть вполне оправданной, если бы действия самой власти укладывались в привычные рамки. Но большевики намеренно шли на обострение отношений между церковью и государством. А их «Декрет о свободе совести...» прерывал «связь церкви со светской властью, установившуюся с первых дней существования Российского государства».

        Внешне все выглядело относительно прилично: власть объявляла об отделении церкви от государства и о праве граждан исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. «Но под первыми обтекаемыми формулировками документа, – пишет Пайпс, – скрывалась его истинная тоталитарная сущность»:

        «Действительный смысл декрета означал смертный приговор церковным учреждениям. В отличие от революционной Франции, где духовенство после национализации земель было поставлено на государственное жалованье, советский декрет не только лишал их казенного содержания, но и запрещал религиозным и церковным учреждениям владеть каким бы то ни было имуществом, включая церковные здания и богослужебные предметы. Более того, декрет запрещал церкви брать плату за требы. Духовенство, таким образом, оставалось без всяких средств к существованию... Церкви и монастыри были осквернены».

        Как уже было сказано выше, взгляд Пайпса во многом можно считать общепризнанным. Но нельзя не отметить ряд серьезных преувеличений, которые он допустил.

        Преувеличение первое: религиозность народа

        Однако ряд исторических материалов не вполне согласуется с представлениями о религиозном и богобоязненном народе Российской империи, который жил верой да ритуалами – и духовным запросам которого отвечала Православная церковь.

        Так, в приговорах и наказах крестьян Центральной России в Государственную думу 1905–1907 годов значительная часть воззваний была посвящена их конфликтным взаимоотношениям с РПЦ. «Священники только и живут поборами, – писали крестьяне, – берут с нас яйцами, шерстью, коноплями и норовят, как бы почаще с молебнами походить за деньгами, умер – деньги, берет не сколько дашь, а сколько ему вздумается. А случится год голодный, он не станет ждать до хорошего года, а подавай ему последнее... и грех бы было – хлебом-то брать...»

        Обер-прокурор Святейшего Синода Константин Победоносцев писал графу Шереметьеву о ситуации 1905 года: «В довершение зла помутилась и церковь, откуда должен был исходить свет для всех и руководство». А вот цитата из другого его письма: «Народное негодование растет на Митрополита (речь о митрополите Петербургском и Ладожском), на Архиереев и – увы! – на Царя».

        Антон Деникин отмечал, что «религиозность русского народа, установившаяся за ним веками», к началу XX века «несколько пошатнулась». «Мне невольно приходит на память один эпизод, весьма характерный для тогдашнего настроения военной среды, – писал генерал и будущий лидер Белого движения о ситуации начала 1917 года. – Один из полков 4-й стрелковой дивизии... построил возле позиций походную церковь. Первые недели революции... Демагог поручик решил, что его рота размещена скверно, а храм – это предрассудок. Поставил самовольно в нем роту, а в алтаре вырыл ровик для... Я не удивляюсь, что в полку нашелся негодяй-офицер. Но почему 2–3 тысячи русских православных людей, воспитанных в мистических формах культа, равнодушно отнеслись к такому осквернению и поруганию святыни?»

        Другой вопрос, который задает себе Деникин по данному поводу, звучит так: «Как постепенно терялась связь между народом и его духовными руководителями, в свою очередь оторвавшимися от него и поступившими на службу к правительственной власти?»

        В августе 1917 года в Москве открылся Всероссийский поместный собор – эпохальное событие в истории страны, где поместные соборы не собирались с конца XVII века. Тем не менее газета «Русские ведомости» (не какая-нибудь бульварщина, а весьма солидное издание) писала об «упадке веры», об отсутствии интереса к церковному Собору, о падении авторитета церкви, в которой преобладали «мертвая обрядность и полицейские репрессии».

        Даже «Всероссийский церковно-общественный вестник» признавал: «Православное духовенство занимало привилегированное положение, но его нравственный авторитет среди населения пал до чрезвычайно низкой степени. Наверху стояли бесконечно далекие от мирян епископы, на которых бросила свою тень распутинщина, а внизу – «попы», к которым народ относился с явной враждебностью».

        Преувеличение второе: аполитичность церкви  

        Не вполне справедливы и утверждения о том, что церковь оставалась вне политики. В начале марта 1917 года Святейший Синод постановил отслужить в церквях молебны с провозглашением многая лета «Богохранимой державе Российской и благоверному Временному правительству ея», упразднил «царские дни» и обратился с посланием «к верным чадам Православной российской церкви по поводу переживаемых ныне событий». «Свершилась воля Божия, – говорилось в нем. – Россия вступила на путь новой государственной жизни. Да благословит Господь нашу великую Родину счастьем и славой на ея новом пути».

        Таким образом РПЦ приняла революцию и поддержала Временное правительство. Высказывалась она по политическим вопросам и в дальнейшем. Конкретно о большевистской партии официальное издание Собора «Всероссийский церковно-общественный вестник» писал так:

        «Что такое большевизм? Это смесь интернационалистического яда со старой русской сивухой. Этим ужасным пойлом опаивают русский народ несколько неисправимых изуверов, подкрепляемых кучей германских агентов».

        На самом Поместном соборе в полемике о восстановлении патриаршества звучали предостерегающие речи: «Вы вводите патриаршество в то время, когда готова начаться борьба церкви с государством. В лице патриарха вы хотите иметь предводителя в этой борьбе. Но ведь если будущий патриарх примет вашу программу, ему ничего не остается, как сделаться вождем определенной политической партии». Эти слова профессор Киевской духовной академии Петр Кудрявцев произнес 7 ноября на заседании Собора, еще не зная, что в Петрограде уже сменилась власть.

        В середине ноября, уже при большевиках, Собор приступил к обсуждению документа «О правовом положении Российской православной церкви». Члены Собора полагали, что «нынешние власти» не продержатся более одного–двух месяцев. А потому спокойно составили документ, который начинался словами «Должны быть приняты государством следующие основные положения». «Православная российская церковь... занимает в Российском государстве первенствующее среди других исповеданий публично-правовое положение... Государственные законы, касающиеся Православной церкви, издаются не иначе как по соглашению с церковною властью...  Глава Российского государства, министр исповеданий и министр народного просвещения и товарищи их должны быть православными...» – говорилось в нем далее.

        Один из авторов положения заявлял: «Наши требования обращены к русскому народу через головы теперешних властей».

        Преувеличение третье: лишение средств к существованию

        В начале декабря 1917 года Совнарком создал специальную комиссию для выработки декрета об отделении церкви от государства. В конце месяца его проект был опубликован в эсеровской газете «Дело народа». В ответ митрополит Петроградский Вениамин предостерег Советы от принятия такого документа:

        «Считаю своим нравственным долгом сказать людям, стоящим в настоящее время у власти, предупредить их, чтобы они не приводили в исполнение предполагаемого проекта декрета об отобрании церковного достояния. Православный русский народ никогда не допускал подобных посягательств на его святые храмы».

        Когда же законопроект под названием «Декрет о свободе совести, церковных и религиозных обществах» был вынесен на утверждение советского правительства, Ленин потребовал внести в него существенные поправки. Например, статья 13 в проекте гласила: «Все имущества существующих в России церковных и религиозных обществ объявляются народным достоянием». «Вождь мирового пролетариата» дополнил статью: «Здания и предметы, предназначенные специально для богослужебных целей, отдаются, по особым постановлениям местной или центральной государственной власти, в бесплатное пользование соответственных религиозных обществ».

        В тот же день документ был принят Совнаркомом. Любопытно, что в Собрание Узаконений РСФСР он впоследствии вошел под другим названием – «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». Судя по всему, по причине революционной неразберихи.

        О чем же шла речь в судьбоносном документе? Статья 1 провозглашала: «Церковь отделяется от государства». Статья 2 подчеркивала: законодательные или иные ограничения свободы совести недопустимы, как и преимущества и привилегии на основе вероисповедания. Статья 3 дополняла: каждый может исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Статья 4 отменяла религиозные обряды и церемонии в государственных и общественных учреждениях. Статья 5 ставила интересы общественного порядка выше свободы исполнения религиозных обрядов. Статья 7 отменяла религиозную клятву и заменяла ее торжественным общенародным обещанием.

        До статьи 6 она разграничивала гражданские обязанности и веру: «Никто не может, ссылаясь на свои религиозные воззрения, уклоняться от исполнения своих гражданских обязанностей». Но при этом содержала предельно либеральное для своего времени уточнение: «Изъятия из этого положения, под условием замены одной гражданской обязанности другой, в каждом отдельном случае допускаются по решению народного суда». Тогда речь еще не шла о всеобщем призыве в армию или иных требованиях государства, несовместимых с религиозной этикой, но подобная возможность уже предусматривалась.

        Все эти пункты понижали роль церкви как морального авторитета, но не затрагивали ее административных и хозяйственных функций. Но уже статья 8 провозглашала: «Акты гражданского состояния ведутся исключительно гражданской властью: отделами записи браков и рождений». Таким образом вводилась привычная нам система загсов. У священников, исполнявших его функции прежде, исчезала возможность «почаще с молебнами походить за деньгами».

        Статья 9 отделяла школу от церкви, запрещая «преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы». При этом «граждане могут обучать и обучаться религии частным образом».

        Все это, конечно, важно, но определяющими в декрете были статьи с 10-й по 13-ю, о которых и говорил Пайпс. Процитируем их полностью:

        «10. Все церковные и религиозные общества подчиняются общим положениям о частных обществах и союзах и не пользуются никаким ни преимуществами, ни субсидиями ни от государства, ни от его местных автономных и самоуправляющихся установлений».

        «11. Принудительные взыскания сборов и обложений в пользу церковных или религиозных обществ, равно как меры принуждения или наказания со стороны этих обществ над их сочленами, не допускаются».

        «12. Никакие церковные и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют».

        Изъятие церковных ценностей проводилось, начиная с 1922 года. В качестве предлога выступила борьбы с массовым голодом в Поволжье (фото: РИА Новости)
        Изъятие церковных ценностей проводилось начиная с 1922 года. В качестве предлога выступила борьба с массовым голодом в Поволжье (фото: РИА Новости)

        Статья 13 и ленинская вставка в нее были приведены выше. Речь в них шла не об изъятии церковного имущества, а об его национализации, включая земли – церковь была крупным землевладельцем. При этом здания и предметы, необходимые для проведения служб, сразу же передавались ей в безвозмездное использование.

        В конечном счете церковь лишалась государственных субсидий и переводилась в ранг «частных общества и союзов», которые «не пользуются никаким преимуществами» по сравнению с другими. При этом ей прямо запрещалось осуществлять принудительные поборы, но не сборы вообще. Пайпс был неправ в своем выводе о том, что духовенство лишалось всех средств к существованию. Иначе как бы она существовала все 74 года советской власти?

        Другое дело, что под богатыми и сытыми имперскими временами, когда церковь была государственным институтом, крупным собственником и снабжалась из казны, действительно была подведена красная черта.

        «Гонение жесточайшее воздвигнуто»

        Публикация декрета вызвала резко негативную реакцию РПЦ. Патриарх Тихон провозгласил анафему «безумцам», о которых говорилось так: «Гонение жесточайшее воздвигнуто и на святую Церковь Христову: благодатные таинства, освящающие рождение на свет человека, или благословляющие супружеский союз семьи христианской, открыто объявляются ненужными, излишними; святые храмы подвергаются... ограблению и кощунственному оскорблению... чтимые верующим народом обители святые (как Александро-Невская и Почаевская лавры) захватываются безбожными властелинами тьмы века сего и объявляются каким-то якобы народным достоянием... Имущества монастырей и церквей православных отбираются под предлогом, что это – народное достояние...»

        Патриарх призвал паству остановить «безумцев», противопоставив им силу «всенародного вопля». Поместный собор принял постановление, в котором призвал верующих «объединиться ныне вокруг патриарха, дабы не дать на поругание веры нашей». Также Собор издал специальное постановление, в котором грозил отлучением от церкви каждому, кто попытается провести положения декрета в жизнь.

        Так начался открытый политический конфликт государства и церкви. С существенными жертвами со стороны последней.


        Подпишитесь на ВЗГЛЯД в Яндекс-Новостях

        Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

         
         
        © 2005 - 2018 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............