Евгений Крутиков Евгений Крутиков Трампа чуть не погубил непрофессионализм спецслужб

В России представить себе на мероприятиях с участием первых лиц неприкрытую крышу как идеальную снайперскую позицию просто невозможно. У нас на всех таких крышах даже голуби минимум в звании капитана. А тут полнейшая безответственность, помноженная на слишком уж широко понимаемую политическую и пропагандистскую составляющую.

6 комментариев
Глеб Кузнецов Глеб Кузнецов Трамп выбрал себе замену из нищих американских туземцев

Кандидат в вице-президенты США Джей Ди Вэнс – самый успешный «хиллбилли» в истории человечества. Хиллбилли – от «Билли с холмов» – термин, обозначающий определенную группу белого населения Аппалачских гор. Это социальные низы Кентукки, Огайо, Вирджинии и прочих штатов вокруг горного хребта.

3 комментария
Сергей Худиев Сергей Худиев Зачем прощать релокантов

Уничтожить врага – значит получить бесполезный труп. Обратить его на свою сторону – значит увеличить свое могущество. Это верно и в отношении оступившихся сограждан.

44 комментария
2 июня 2011, 13:32 • Общество

Бесплатно-оплатная школа

Эксперты: Средней школе, чтобы выжить, придется укрупниться

Бесплатно-оплатная школа
@ ИТАР-ТАСС

Tекст: Михаил Бударагин

На этой неделе Владимир Путин в очередной раз успокоил общественность, заявив о том, что средняя школа остается бесплатной. Газета ВЗГЛЯД попыталась разобраться, как именно государство планирует финансировать среднюю школу и что делать, если денег на это не хватит.

Владимир Путин, выступая на съезде «Всероссийского педагогического собрания», заверил, что среднее образование останется бесплатным: «Мы обязательно сохраним бесплатное общее образование. Это одно из базовых положений нашей Конституции, и от него, конечно, никто не будет отступать». По его словам, государство должно и будет полностью оплачивать весь процесс образования и нести стопроцентную нагрузку по содержанию и развитию школ, включая ремонт и закупку оборудования, выплату зарплат учителям.

Какие подводные камни ожидают финансирование образования при новых условиях, газете ВЗГЛЯД рассказали эксперты.

Кто за что в ответе

Школе, чтобы выжить, придется укрупниться и отказаться от стандартных моделей преподавания

Учреждения образования медленно, но верно переходят на нормативно-подушевую систему финансирования и оказание образовательных услуг населению, под которыми пока понимаются все те же уроки, что и всегда. Просто если раньше государство выделяло деньги как бы «школе в целом», то теперь оно собирается давать средства ученикам, оплачивая оказанные учителями услуги.

Опубликованная на сайте Министерства образования «Модельная методика введения нормативного подушевого финансирования  реализации государственных гарантий прав граждан на получение общедоступного и бесплатного общего образования» поясняет, что школа из выделенных на каждого ребенка средств должна сама определять, сколько пойдет на зарплату учителям, а сколько – на материально техническую базу.

Схема расчета зарплаты педагогов тоже вывешена на сайте Министерства образования и представляет собой сложную формулу, в которой есть и количество учеников, и «нормативное финансирование», и «поправочный коэффициент».

Эти деньги – целевые субвенции, выделяемые бюджетом субъекта Федерации бюджету муниципальному.

Муниципалитет в свою очередь оплачивает, будучи собственником, жизнеобеспечение здания школы от ремонта крыши до счетчиков на воду.

Третьей частью финансирования являются добровольные и полудобровольные пожертвования родителей на охрану, мелкий ремонт и т.д.

Кроме того, школы могут зарабатывать самостоятельно, оказывая дополнительные платные услуги. 

И главным препятствием на пути процветания школ, по мнению авторов реформы, является их собственное нежелание жить по-новому. Противники реформы убеждены, что в этом новом поди еще разберись.

Укрупнить, чтобы сохранить

По мнению директора института развития образования ГУ-ВШЭ Татьяны Абалкиной, несмотря на уменьшение количества школьников, проблем у образовательных учреждений быть не должно, если они начнут переходить на новые формы обучения.

«С самими зданиями уж точно ничего не случится, уверена Абалкина, – субсидия, которая идет на содержание имущественного комплекса, рассчитывается не пропорционально численности учащихся».

Другое дело, что никаких «денег в целом», на само обучение, по идее реформы больше не будет. «Деньги будут следовать за деятельностью – какие услуги будут предложены, за те и нужно платить», полагает Абалкина. Кроме того, школе, чтобы выжить, придется укрупниться и отказаться от стандартных моделей преподавания. По словам Абалкиной, это может выглядеть следующим образом: «Например, социокультурный комплекс, технологическая школа, передвижные лаборатории: вообще нужно переходить на модульную организацию учебного процесса – не весь год по часу изучать физику, а компактно, когда есть соответствующие педагоги, оборудование, и получается, что передвижные лаборатории окучивают целый «куст» школ, постоянно передвигаясь в течение учебного года».

Абалкина уверена, что таким образом вполне возможно «подстроить» систему образования под нужды любого региона.

Противники реформы всерьез полагают, что механистическое укрупнение школ хотя и позволит им технически продолжить существование, содержательно уничтожит всю образовательную систему.

Депутат Госдумы от КПРФ Олег Смолин считает, что «идеология образования как рыночной услуги» работать не будет. «Как только учитель становится продавцом знаний, а ученик – покупателем, из обучения выхолащивается все его человеческое содержание».

В интервью газете ВЗГЛЯД Смолин отметил, что «результаты реформы образования привели к тому, что в рейтинге образования, составляемом ООН, Россия скатилась с первых мест до 54-го».

Не верит Смолин и в благотворность укрупнения школ: «Никто не доказал, что большая школа непременно эффективней маленькой, огромный коллектив трудно складывается. Если без конца закрывать школы и их укрупнять, это приводит к тому, что размываются сложившиеся педагогические и ученические сообщества».

Богатые и бедные

Те, кто могли зарабатывать, уже давно зарабатывают, а те, кто не могли, не смогут никогда

Также существенным недостатком реформы эксперты считают и неэффективную, намеренно усложненную систему оплаты труда учителей, которые фактически оказываются заложниками руководства образовательного учреждения.

По мнению профессора МАРХИ Вячеслава Глазычева, старый, еще советский принцип базовой ставки, к которой прибавлялись различные надбавки (в том числе, и за выслугу лет), возможно, и имел недостатки, но новый метод расчета – еще хуже.

«Учителя становятся крайне зависимы от директора школы, который может использовать слишком усложненную схему оплаты труда для поощрения и наказания».

Также большие сомнения у эксперта вызывает идея коммерческой деятельности в рамках школы: «Я, признаюсь, не понимаю, как это может выглядеть. Школы не готовы вести такую деятельность, да они и не должны этим заниматься. Вообще же все это переусложнение – попытка государства снять с себя часть ответственности, разумеется».

Директор центра образования № 109 г. Москвы Евгений Ямбург согласен с Глазычевым в том, что коммерческая деятельность, в которую государство толкает школы, не сделает сами школы богаче.

«Вследствие реформы увеличится дифференциация школ, разрыв между богатыми и бедными учреждениями: те, кто могли зарабатывать, уже давно зарабатывают, а те, кто не могли, не смогут никогда», полагает Ямбург.

Кроме того, Ямбург указывает на существенное противоречие между декларацией о бесплатности образования и тем, что 83-й федеральный закон требует от бюджетных учреждений зарабатывать деньги. «Школа начнет барахтаться, потому что нельзя выжить».

По мнению эксперта, радужным перспективам реформы мешает огромное поле неопределенности: «Нет закона об образовании, нет стандарта для старшей школы, не понятно, в каких масштабах будет осуществляться финансирование, нет четких правил игры. И в этом свете стоит опасаться, прежде всего, того, что за все, от чего откажется государство, придется платить родителям: понятно, что не все смогут это вытянуть».

Комментарии экспертов

Иван Огнев, консультант по стратегическому развитию
Иван Огнев, консультант по стратегическому развитию
Школа как объект – это комплекс, состоящий из трех составных частей: здание, которое оплачивается муниципалитетом (они, разумеется, настроены сокращать количество учебных заведений), региональная часть, откуда идут зарплаты учителям по нормативам подушевого финансирования, и, наконец, взносы, соплатежи, софинансирование – это охрана, например. С учетом демографического тренда действительно целесообразно укрупнять школы, но делать это нужно на базе новых зданий, а не впихивать в старые школы три учебных заведения. Кроме того, можно и нужно создавать образовательные комплексы так, чтобы школа стала центром культуры на территории. Это позволит и эффективней использовать оборудование. Впрочем, советский опыт давал массу подобных примеров: в мою школу в Уфе, когда я там учился, приходили дети из трех соседних, чтобы работать на компьютерах. Важный момент укрупнения состоит в уменьшении издержек на руководстве: Путин говорил именно об этом – слишком много лишнего административного персонала, а нормальных менеджеров образования как не было, так и нет. Все административные должности занимают бывшие учителя, и это огромная беда. Что касается услуг, то на самом деле лучшего метода контроля просто не придумано: если тебе не нравится колбаса в магазине, ты идешь в другой. Если тебе не нравится качество образования, ты ищешь своему ребенку другую школу. И совершенно ниоткуда не следует, что услуга по определению платная. Другое дело, что услуги как тип взаимоотношений ученика и школы могут дать новый импульс разнообразному вымогательству, с которым родители и так сталкиваются постоянно. Но с этим можно бороться публичностью всех процедур по расходованию средств: пожалуйста, создавайте сайт, на котором вывешивайте информацию о трате каждой копейки, чтобы любой мог зайти и посмотреть, на что именно потрачены собранные деньги.
..............