Взгляд
11 августа, вторник  |  Последнее обновление — 02:31  |  vz.ru
Разделы

Три варианта развития ситуации в Белоруссии

Сергей Лукьяненко, писатель
Всё это грустно, печально, но никакого положительного выхода из происходящего в Белоруссии праздника непослушания я не вижу. Подробности...
Обсуждение: 57 комментариев

Китай отвоевывает у США главную цитадель – развлечения

Ирина Алкснис, обозреватель РИА «Новости»
Успех Китая с TikTok – даже большая угроза для США, чем любые технологические прорывы. Причина в том, что на поле массовой культуры – причем универсальной, привлекательной для людей по всему миру – американцам не было равных больше века. Подробности...
Обсуждение: 6 комментариев

Лукашенко взял на себя больше, чем может унести

Глеб Простаков, бизнес-аналитик
Совершенно очевидно, что Лукашенко растерян. Он умудрился поссориться с Россией и не успел помириться с Западом. Отныне Лукашенко не любят ни в Москве, ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне. Его хотят использовать, и Батька это прекрасно осознает. Подробности...
Обсуждение: 16 комментариев

Белоруссию после выборов охватили массовые беспорядки

В воскресенье после закрытия избирательных участков на выборах президента Белоруссии в центре Минска и других городах страны вспыхнули массовые беспорядки с участием тысяч граждан республики, несогласных с итогами голосования
Подробности...

Столицу Ливана сотряс мощнейший взрыв

В порту Бейрута, вблизи базы ВМС Ливана, произошел грандиозный взрыв. Пострадала половина города. Погибли десятки человек, более двух тысяч ранены. Среди пострадавших семья премьера Ливана и люди из его окружения. Ущерб также нанесен президентскому дворцу и зданию посольства РФ
Подробности...

Житель Урала отправился на Черное море в вагоне с углем

Житель Курганской области решил поехать в отпуск бесплатно – на грузовом поезде, следовавшем в сторону Черного моря. Причем ехать пришлось под открытым небом в вагоне с углем. Нарушителя поймали в Морозовске в Ростовской области. С собой «курортник» вез самодельную гитару
Подробности...

    Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
    НОВОСТЬ ЧАСА: Протестующие в Минске забросали бойцов ОМОНа «коктейлями Молотова»

    Главная тема


    Кто стоит за организацией протестов в Белоруссии

    массовые беспорядки


    Белорусские силовики использовали спецсредства для разгона протестующих в Минске

    международный скандал


    Словакия выслала трех российских дипломатов

    свидетельские показания


    Опубликовано видео с Ефремовым за рулем сразу после аварии

    Видео

    массовые беспорядки


    Белоруссия перешла на осадное положение

    Тотальная украинизация


    Киев испугался выбора жителей Донбасса

    Проект Zetta


    Что нужно для создания электромобилей в России

    Японский милитаризм


    Под боком у России скрыто созрела серьезная военная угроза

    TikTok угроза


    Ирина Алкснис: Китай отвоевывает у США главную цитадель – развлечения

    Выборы в Белоруссии


    Глеб Простаков: Лукашенко взял на себя больше, чем может унести

    Плюсы самоизоляции


    Дмитрий Михайлин: Как перестать суетиться и начать, наконец, жить

    викторина


    Как мировые лидеры выглядели в детстве?

    на ваш взгляд


    Кому вы симпатизируете больше в политическом противостоянии в Белоруссии?
    Алексей Зензинов

    На похоронах Высоцкого погребали надежду и немножечко себя

    Алексей Зензинов
    сценарист, драматург
    28 июля 2020, 09:16

    За весь XX век в Москве пять раз проходили похороны, которые можно назвать всенародными. Два раза столица прощалась с правителями. Три раза – с поэтами. Пропорция говорит сама за себя: великие вожди рождаются в России реже, чем великие стихотворцы, и, соответственно, реже умирают. Слово художника обладает большим влиянием, чем сила государства – если не сию минуту, то хотя бы в исторической перспективе. Большевистские монументы частично посносили, памятники литераторам стоят нетронутые.

    1924 год. Ленин лежит в Колонном зале Дома Союзов. Осип Мандельштам, небожитель Мандельштам, не какой-нибудь горлопан Демьян Бедный, пишет сурово, подавив слезы: «Революция, ты сжилась с очередями <...> Вот самая великая твоя очередь, вот последняя твоя очередь к ночному солнцу, ночному гробу...».

    В Колонный зал приходит Есенин, несколько часов стоит у гроба, неотрывно смотрит на мертвого Ленина. Зачем? Что он хочет понять? Как этот малорослый человек перевернул всю его, Есенина, родину, заставил ее жить по новым законам и верить новой благой вести? А может, примеряет всё происходящее на себя: как-то его, последнего поэта русской деревни, будут провожать в последний путь? А ведь случится это скоро, он знает.

    1925 год. Есенина хоронят за государственный счет, как автора любимых народом и ценимых советским правительством стихов. Местом прощания выбран Дом печати на Никитском бульваре; очередь начинается на Арбате, люди идут всю ночь. Гроб везут на похоронных дрогах – несли бы и на руках до Ваганьковского, но это бы уж слишком напоминало демонстрацию. Собратья-литераторы боятся лишнего шума и слухов, которые поползут по Москве. Маяковский на похороны не пришел – написал стихи про то, что в этой жизни умирать не ново.

    1930 год. С Маяковским прощаются в клубе писателей на улице Воровского (ныне Поварской) – в том самом месте, что удостоилось нескольких строк, мимоходом брошенных пролетарским поэтом:

    Не знаю – петь, плясать ли, 
    улыбка не сходит с губ.
    Наконец-то и у писателей
    будет свой клуб.

    Натиск толпы сдерживает конная милиция. Сколько людей проходит мимо гроба? Говорят – сто пятьдесят тысяч. Преувеличение? Однако похоже на правду. Комиссия по организации похорон решает: тело отправят не на кладбище, а в крематорий Донского монастыря. Из большевистских вождей на траурном митинге – только Луначарский, к тому времени уже снятый с поста наркома просвещения, полуопальный. Сталин не пришел проститься с «лучшим и талантливейшим поэтом».

    Фото: Спектакль «Гамлет»/Театр на Таганке

    1953 год. Похороны Сталина. Тысячи книг, стихи и проза, фильмы документальные и художественные – всё о том, как погребали Сталина и сколько человек при этом погибло. Лучшее, пожалуй, описание, где слова соотносимы с масштабом происходящего – у Юрия Трифонова, в романе «Время и место».

    «<...> в комнату влетел холод и стал слышен нечеловеческий вой. Нет, кричали не дети, взрослые мужчины и женщины. Кричала кровь, разрывая сосуды. <...> то, что открылось внезапно из окна, было вовсе не тысячною толпой, не бульваром, не криком раздавленных, не сумерками с холодным ветром, а – оползающим временем. Это время громоподобно катилось вниз, к Трубной. То, чего никогда увидеть нельзя». 

    Пятнадцатилетний Высоцкий с другом дважды пробирается в Колонный зал. Не выстаивает длиннющую очередь, а хитростью и смекалкой, обходя милицию, проползая под грузовиками, попадает все-таки в Дом Союзов, а вернувшись домой, пишет стихи на смерть Сталина.

    1980 год. Умирает Высоцкий. Умирает в разгар Московской олимпиады. Очередь к Театру на Таганке, где прощаются с поэтом и актером, растягивается на девять километров. Сколько народу пришло: десятки тысяч? Сотни тысяч? Район оцеплен милицией. Улицы перегорожены грузовиками и автобусами. Жара невыносимая, люди закрывают зонтами цветы, которые несут покойному – чтобы не завяли. Когда гроб выносят из театра, небывалая тихая толпа издает общий вздох – и голуби взлетают в небо.

    Что общего во всех этих похоронах? Прежде всего доминирующая роль государства. Оно решает, где выставят гроб с телом усопшего, как долго с ним будут прощаться, на какое кладбище (или иное место упокоения) и каким маршрутом повезут, либо понесут. Государство – главный организатор и режиссер похорон. И если в случае с вождями это вполне объяснимо и совпадает с мировым опытом (в какой стране главу государства или правящей партии доверяют хоронить семье и друзьям?), похороны поэтов, казалось бы, можно оставить и без надзора советской власти. Доверить траурную миссию собратьям-литераторам или, в случае с Высоцким, театру.

    Но есть ли основания в очередной раз орать, как на пьяных поминках, про кремлевского левиафана, пожирающего наши светлые помыслы и невинные души? Власть не без оснований опасалась, что похороны попытаются превратить в политическую демонстрацию. В царской России так хоронили Писарева, Некрасова, Льва Толстого – и повторять ошибки прежнего режима коммунисты не хотели.

    Усвоены и трагические уроки похорон вождя народов Иосифа Виссарионовича. Движением толпы нужно управлять, не давать ей заполнить узкие московские улочки, а главное – стремительно и жестко пресекать панику. Ходил слух, будто бы на похороны Высоцкого в столицу хотели ввести внутренние войска – полный бред; нетрудно представить, какое впечатление произвели бы на гостей Олимпиады шеренги солдат, какой шум подняли бы на Западе. Порядок обеспечили без армии – за весь день 28 июля ни одного задавленного или просто помятого в свалке, никаких инцидентов, связанных с траурной церемонией.

    Свидетелям и участникам тех похорон позднее приходит, как пел Владимир Семенович, «осознанье и просветленье»: погребали-то не вечно живого, не скандалиста и хулигана, не горлана-главаря, не друга и учителя – и не всенародного Володю. Погребали мечту – о благой для всех социальной революции, о попытке построить новый мир не террором и кровью, мечту о величии без принуждения, об империи разума и воздаяния, о коммунизме в восьмидесятом и полетах на Марс. Погребали надежду – и немножечко себя.

    Будет ли XXI век отмечен чем-то столь же глобальным и неизбежным? Как человек, инфицированный историческим опытом, честно скажу: не хотелось бы. А с другой стороны: куда ж мы денемся?


    Подпишитесь на ВЗГЛЯД в Яндекс-Новостях

    Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь
     
     
    © 2005 - 2020 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •