Новый виток геополитического напряжения вокруг КНДР заставил вспомнить о российских экономических интересах в этом регионе, тем более что у России с этой страной имеется совместная граница. Еще не так давно у Москвы и Пхеньяна был шанс резко увеличить взаимную торговлю, рухнувшую после развала СССР. Однако все пошло не по плану.

Северная Корея – самая закрытая страна в мире. Люди здесь живут весьма скромно: много рыбачат, ездят на велосипедах или ходят пешком, автомобили здесь крайне редки. Свет зачастую дают по часам. Открытой экономической информации изнутри страны практически нет. Все данные, как правило, идут от Южной Кореи. 

Сейчас функционирует только один проект – железная дорога Хасан – Раджин для транзита угля в страны Тихоокеанского бассейна, в первую очередь в Китай

Когда-то СССР был главным торговым партнером Северной Кореи, на который приходилось более 50% внешней торговли КНДР, а товарооборот двух стран составлял 2,2 млрд долларов. Однако с тех пор многое изменилось. C распадом Cоветского Cоюза были потеряны тесные экономические и торговые связи и место главного торгового партнера закрытой экономики Северной Кореи с удовольствием занял Китай. Правильней будет сказать, Китай монополизировал экономические связи с Северной Кореей – на него приходится около 90% всего внешнеторгового оборота страны.  

А вот торговля между Россией и Северной Кореей сегодня ничтожно мала. На Россию приходится чуть более 2% во внешнеторговом обороте КНДР, а доля северокорейцев в обороте России и вовсе 0,2%.

Впрочем, в 2014 году Россия активизировала планы по расширению экономического сотрудничества с КНДР. Толчком, безусловно, послужило принятое в мае 2014 года решение Владимира Путина о списании с КНДР кредитов, предоставленных СССР, почти на 11 млрд долларов. Тогда же партнеры заявили, что их цель – нарастить торговлю в десять раз – со 113 млн долларов в 2013-м до 1 млрд долларов к 2020 году. Тогда же стороны договорились перейти на рублевые расчеты.

Кроме того, в 2014-м Россия и Северная Корея дали старт масштабному плану модернизации железнодорожных путей в КНДР (проект называется «Победа»). РЖД и «Мостовик» и другие российские компании готовы были за 20 лет построить более 3,5 тыс. км дорог вместе с тоннелями и мостами стоимостью 25 млрд долларов. Во-вторых, Россия готова была за 20–30 млрд долларов модернизировать систему электропередачи в стране. Создание этой инфраструктуры стало бы залогом прихода в страну инвесторов. В обмен России обещали дать доступ к северокорейским минеральным ресурсам. В частности, России интересны редкоземельные металлы, которых, как уверяет Пхеньян, в стране в изобилии.  

КНДР также уверяла, что хотела бы сотрудничать с Россией в аграрной сфере, прежде всего в Приморье. В частности, в Артемовске было организовано высокотехнологичное производство овощей, на котором задействованы также специалисты из КНДР.

«В 2013–2015 годах новое северокорейское руководство стало искать возможности для развития внешних экономических связей, у нас сильно активизировался делегационный обмен. Мы обсуждали новые любопытные проекты, главное – была выведена формула сотрудничества. Северные корейцы должны были расплачиваться в первую очередь своими ресурсами за ту помощь, которую наши компании оказывают в восстановлении инфраструктуры в стране и в разрешении других проблем», – рассказывает директор корейских программ Института экономики РАН Георгий Толорай.

Было проведено много переговоров, что-то даже было начато. «Но из-за объявления международных санкций и испытания Северной Кореей ядерных ракет практически все сотрудничество было прекращено», – говорит Толорай. Он не исключает, что запрет импорта редкоземельных металлов из Северной Кореи в рамках санкций, скорее всего, был направлен против России, которая их и закупала.

«Сейчас, можно сказать, функционирует только один проект – это железная дорога Хасан – Раджин, которая используется для транзита угля в страны Тихоокеанского бассейна, в первую очередь в Китай. Этот проект был специально выведен из-под санкций, хотя попытки закрыть предпринимались», – добавляет Толорай.

«Все другие проекты сейчас находятся в ожидании лучших времен. Хотя интерес сохраняется с обеих сторон, но в условиях изоляции Северной Кореи вкладывать деньги и работать здесь сложно», – добавляет собеседник.

Товарооборот между странами также не удалось повысить. По данным ФТС за 2016 год, экспорт из России в КНДР в денежном выражении сократился до 68 млн долларов (со 113 млн в 2013-м), хотя в физическом выражении виден рост на четверть – до 1,37 млн тонн товаров.

Это объясняется тем, что Россия экспортирует через порт Раджин в основном упавший в последние годы в цене каменный уголь (на 51 млн долларов), плюс немного нефти и нефтепродуктов. Также северокорейцы покупают российское зерно, рыбу, сахар и пр. (6,4 млн долларов на продукты). Еще по паре миллионов долларов корейцы тратят на российские машины и оборудование и даже легковые автомобили, менее миллиона – на турбины и турбореактивные двигатели. Больше северокорейцам ничего особо не интересно, ведь остального достаточно и в КНДР.

Россия покупает северокорейской продукции в десять раз меньше, чем экспортирует. Лучший результат был в 2014 году, когда РФ импортировала из КНДР товара на чуть более чем 10 млн долларов. В 2015 году импорт рухнул до 6 млн долларов на фоне девальвации рубля, но в 2016 году благодаря укреплению российской валюты импорт снова начал расти – до 8,8 млн долларов.

Больше всего – почти на 3 млн долларов – Россия купила северокорейских машин и оборудования, в том числе для двигателей и автомобилей. Относительно недавно из Северной Кореи стали возить в Россию медицинское оборудование. На втором месте – импорт продуктов питания на 2,8 млн долларов. В основном РФ закупает замороженную рыбу. Рыболовство – это одно из главных занятий местного населения. На третьем месте – импорт текстиля и обуви. Кроме того, Россия много закупает там музыкальных инструментов и осветительного оборудования.

Впрочем, Георгий Толорай замечает, что значительную часть российских товаров Северная Корея может покупать через третьи страны, в первую очередь через Китай. «По ним товарооборот может оценочно доходить до миллиарда долларов. Но проверить очень трудно», – говорит эксперт.

Северная Корея логистически является ключиком для открытия запертой двери в Азиатско-Тихоокеанский регион. «Россия заинтересована, чтобы разблокировать Северную Корею и начать как двусторонние, так и трехсторонние проекты. Это и железнодорожные проекты, и проекты нефтепровода (ветки от ВСТО) и газопровода в Южную Корею через Северную. Но пока ситуация такова, что об этом приходится только мечтать», – заключает Георгий Толорай. 

Преподаватель сеульского Университета Кукмин, кореевед Андрей Ланьков в своей статье на сайте Карнеги отмечал, что есть все признаки того, что предыдущие санкции не имели серьезного воздействия на северокорейскую экономику. Это более-менее стабильный курс и цены на рис и зерновые – основной продукт питания. Эксперт делает предположения, что, судя по всему, запрет на импорт металла и руды Северная Корея легко обходила.

Не исключено также, что страна ранее накопила продовольственные или долларовые резервы, которые спасают ее в санкционное время. Основные торговые потоки проходят через Китай, а полезные ископаемые (золото, титановая и ванадиевая руда, редкоземельные минералы, уголь и т.д.) – главный экспортный продукт Северной Кореи. Именно поэтому потребовалось в 2016 году ужесточить санкции в отношении Пхеньяна, и сделано это было руками КНР.