Тимур Шерзад Тимур Шерзад Как русские победили в первом бою паровых кораблей

17 ноября 1853 года состоялся первый в истории бой паровых кораблей. Эпоха парусных флотов, длившаяся столетия, шла к концу. И русские были в авангарде применения новой техники, а тактика боя в новых условиях создавалась прямо на ходу.

0 комментариев
Андрей Манчук Андрей Манчук Почему американские студенты захотели назад в СССР

Современная американская реальность проигрывает советскому прошлому по целому ряду важных показателей. Судя по результатам соцопросов, сегодня эта мысль овладевает умами многих образованных тинейджеров в университетских кампусах США.

24 комментария
Сергей Миркин Сергей Миркин Борьба с коррупцией на Украине направлена против мира

«Антикоррупционная ветвь власти» Украины, служа интересам глобалистов, напоминает лекарство от болезни, которое может причинить организму больший вред, чем болезнь. Через преследования политиков она проталкивает линию продолжения противостояния Украины с Россией.

2 комментария
7 апреля 2010, 17:45 • Культура

Кролики в резервном полку

Новый роман Ильи Бояшова: Оптимизм 1990-х

Tекст: Кирилл Решетников

В 2000-е появилось несколько хороших романов о 1990-х. При всем их многообразии почти все они схожи в одном: мрачного в них традиционно больше, чем светлого. В книге петербургского писателя Ильи Бояшова «Кто не знает братца Кролика!» лихое время выглядит иначе: если верить автору, 15 лет назад в Петербурге тоже можно было ощутить радость жизни. Даже если ты торгуешь курятиной.

Читаешь и с трудом веришь, что все это было: сводки из Чечни, шальной криминально-светский антураж и анекдотический мелкий бизнес, удача в котором считалась большим достижением. Пустота и растерянность, но зато неожиданности каждый день.

Человек 1990-х похож на солдата резервного полка – свищут ядра, но уходить нельзя, и нужен кто-то, кто не даст убежать

Зима тысяча девятьсот девяносто пятого. Нещадно продутый ветрами перемен Питер прозябает в отсутствие перспектив и денег. Тридцатилетний историк Денис, только что бросивший работу учителя, с раздражением наблюдает любовную горячку младшего брата, через силу общается с матерью и ждет отца-полковника, воюющего в Чечне. Едва ли не единственное доступное удовольствие – посиделки с друзьями в баре «Гном», которым владеет железная бизнес-леди новорусского розлива.

Так бы все и продолжалось, но младший брат Дениса приводит к завсегдатаям «Гнома» родственника своей невесты – бизнесмена Аркадия, или братца Кролика, как его будет про себя называть Денис. Тут и начинается характерная история о смешных коммерческих иллюзиях. Кролик вполне мог бы найти себе компаньонов посерьезнее, но он человек легкомысленный, к тому же слегка чудак, да еще и с маниловской жилкой, любит нафантазировать и наобещать с три короба, а потом надолго исчезнуть. Аркадий мечтает открыть первый в мире клуб старинного кулачного боя, но вместо этого подсовывает новым друзьям куда более прозаическую работу − теперь они торгуют курятиной. И временно счастливы: у них появились доллары. Кролики разбогатели.

«Кто не знает братца Кролика!» − не просто «петербургская быль», но своего рода батискаф, погружающий на дно потерянного времени (фото: spbdk.ru)
Герои здесь больше говорят, чем действуют, но требовать от них слишком активных действий просто бесчеловечно – это ведь не персонажи бандитского боевика, вылепленные по законам жанра, а настоящие люди безвременья. Ими можно просто любоваться – благо Бояшов в достаточной степени владеет искусством словесного портрета, чтобы дать нам эту возможность. Здесь все одинаково прекрасны: и влюбленный в кассиршу «Гостиного двора» клерк Юлик по прозвищу поручик Киже, и пожилой актер Зимовский, гордящийся своими допотопными ролями в театре имени Ленсовета, и необщительный человек из Москвы, и интеллигентный священник с ильфо-петровским именем отец Федор.

Еще одна замена отсутствующим бурным событиям – красочная речь Дениса, который обо всем и рассказывает. Впрочем, на самом деле тут все время что-то происходит: работодатель устраивает своим подопечным большую увеселительную программу с посещением злачных мест, человек из Москвы сталкивается с невинным питерским надувательством, а главный герой переживает любовную драму. Главное, как и положено, случается в конце.

Но дело, конечно, не в сюжете, а в атмосфере. «Кто не знает братца Кролика!» − не просто «петербургская быль», как значится в подзаголовке, но своего рода батискаф, погружающий на дно потерянного времени. Передать, что чувствовал в те славные годы нищий гуманитарий, когда в его руках оказывались засаленные зеленые бумажки, наверное, вообще невозможно. Но можно надавить на какие-то нервные клапаны, чтобы напомнить об этом чувстве. Можно намекнуть на силу этого переживания тем, кому оно незнакомо. Что Бояшов и делает – с усмешкой, но без лишнего нажима.

Кроме того, у романа есть другой сюжет – философский. Человек 1990-х, да и вообще нынешний горожанин со всей своей тихой и бестолковой жизнью похож на солдата резервного полка – свищут ядра, но уходить нельзя, и нужен кто-то, кто прикрикнет или даже поколотит, но не даст убежать. Это сравнение, навеянное рассказчику сценой из «Войны и мира», − внятный призыв не оставлять позиций, сколь бы скромны они ни были, не умирать прежде смерти, воевать за жизнь.

Едва ли не главное писательское достоинство Ильи Бояшова в том, что все его книги очень разные. В его активе – притча о конце мира, роман о детстве Рюрика, страшная сказка о безумном танкисте и замысловатая история о коте Мури, отмеченная в 2007-м премией «Национальный бестселлер». «Кто не знает братца Кролика!» − наиболее реалистическая вещь Бояшова и одновременно та самая оптимистичная книга о 1990-х, которой до сих пор не хватало.