- Вадим, вы пока «темная лошадка» для большинства читателей. Поэтому, давайте, не мудрствовать, а начнем с биографии?
-Давайте! Я родился в Москве. Самые яркие годы детства провел на Кубе - с 1980 по 1983. Там работал мой отец, в институте русского языка. Климат, люди - всё это было безумно интересно!.. А чего стоит школа для советских детей - огромная, в два высоченных этажа, с внутренними двориками, где росли манговые деревья... На переменах мы сшибали палками манго и ели их... Однажды к нам приехал сам Фидель Кастро. Не помню, в пятом классе я был, или в шестом. Мы стояли всей школой на торжественной линейке, каждый класс на своём месте. Я стоял близко у трибуны. Фидель, проходя мимо, вдруг на секунду остановился и потрепал меня по голове. Что-то спросил по-испански. Я молчу. Переводчик перевёл, но я не понял и его - и от волнения, и оттого, что мы уже просто спеклись все на солнце... Фидель погладил меня опять и пошёл на трибуну. Потом всё в школе шутили, что мне теперь нельзя голову мыть.
После Кубы - там, кстати, родился мой брат - семья вернулась в Союз, я окончил школу, поступил в МГУ на филологический факультет, на отделение «русский как иностранный», то есть собрался стать преподавателем русского языка для иностранцев…
Иногда, когда терялась какая-то сюжетная линия, народ напоминал, за что огромное спасибо всем внимательным читателям - это была реальная помощь
- Тем не менее, вас все-таки отчислили из университета. За что?
-Первые два курса я учился старательно. Во-первых, было интересно, во-вторых, не хотелось, чтобы «вышибли» за неуспеваемость, как некоторых однокурсников. Ну, а на третьем... Это, знаете, у водителей тоже такое бывает - сначала водит осторожно и внимательно, а через несколько лет воображает себя уже асом и шумахером... В общем - весна, любовь в общежитии на Вернадского, пиво-портвейн... Неожиданно как-то сессия нагрянула, «хвосты» потянулись, один длиннее другого. И почему-то не было желания учиться дальше. Такая отчаянная бесшабашность - «а пошло всё оно!» Ну, жизнь быстро всё по полочкам раскладывает - повестку в руки, и вперёд.
- Хотелось ли после армии продолжать образование, приоритеты не изменились?
-А после армии, наоборот, очень хотелось учиться. И учился я уже по-другому, понимая, для чего мне это нужно. Дело в том, что когда я попал в армию, туда уже студентов не призывали, и состав срочной службы на глазах становился настолько рабоче-крестьянским, что любой солдат, умеющий хоть как-то грамотно писать, например, на вес золота был. В общем, именно в армии я уяснил для себя всю ценность образования.
Продолжив учёбу, я по студенческому обмену ездил на учёбу в Штаты, в университет Висконсина. Жаль, мало там пробыл, всего лишь полгода, но всё равно рад, что довелось увидеть краешек этой страны изнутри. Была там и любовь, и дружба, и море выпивки, и даже драки с неграми жесткие... Жаль было уезжать.
Университет я закончил в 1995-ом году. За время учёбы приходилось работать то грузчиком, то охранником, то месить цемент на стройке, то продавать-перепродавать чёрт знает что - девяностые годы, сами понимаете.
Получив диплом, я решил всё же работать по специальности, и остался в университете. Там, в Центре Международного Образования (это бывший подготовительный факультет для иностранцев) я и работал до отъезда в Китай в 2004-ом году.
- Два армейских года смогли открыть что-то неожиданное в вас самом, чего вы от себя не ожидали, и что никогда не проявлялось на гражданке?
- Конечно. Съесть в один присест батон белого хлеба и две банки сгущенки, например, и глазом не моргнуть. Или, когда приходит кому-нибудь посылка, одновременно жевать кусок сала, шоколадную конфету, кровяную колбасу, пряник и полбанки шпрот, запивая это кизиловым вареньем.
Еще открыл в себе умение рисовать - ручкой, карандашом, и самое главное - пером, которое до армии даже не видал. А пришлось делать и боевые листки, и стенгазеты, и альбомы дембельские. Вот это было удивительно для меня. Хотя, помните, в фильме «Особенности национальной охоты» Кузьмич, глядя на корову в бомболюке, произносит замечательную фразу: «Жить захочешь, не так раскорячишься!» Вот то-то и оно.
- «Кирза» - автобиографическая повесть или нет?
-Конечно, «Кирза» - не мемуары. Это художественная вещь. В той или иной степени автобиографичная. Ну вот, например, опытный читатель знает, что так называемую автобиографичную прозу Булгакова, например, нельзя воспринимать как именно автобиографичную - «Театральный роман», «Записки на манжетах», «Богема»...
Или те же «Невероятные приключения доктора». Некоторых исследователей интересует та грань, где Булгаков отходит от фактов и начинается мистификация.
А по мне, именно этим его «автобиографичная» проза и ценна - неуловимостью и, в конце концов, не столь важной значимостью этого перехода.
![Армия - среда, тяготеющая к единообразию, в том числе и поведенческому](/upimg/180/180542.jpg) Армия - среда, тяготеющая к единообразию, в том числе и поведенческому |
- Другие герои книги смогут себя узнать в ней? -Да, герои книги себя узнать смогут, несмотря на некоторую собирательность многих образов. Более того - себя смогут узнать люди, которых я не знаю, и с которыми не служил. Почему я так говорю? Во-первых, армия - довольно единообразная среда, несмотря на всё различие родов войск, условий службы и прочее. Во-вторых, я сужу по множеству полученных откликов. Ну, например, только один комментарий с сайта, где публиковалась первая версия «Кирзы».
«Мегаэффект кирзачевского (мой ник в интернете - Кирзач - В.Ч.) эпоса в том, что кто служил, видит всё, как будто попадает в прошлое. Я например, видел СВОЮ казарму, СВОИХ эстонцев и хохлов, СВОИХ Надю и Черепа, СВОИХ Свища и Регнера, а в рассказчике - самого себя».
Ну и к тому же некоторые люди выведены под своими реальными именами и кличками - как правило, те, кому я симпатизировал. Или персонаж - собирательный образ, но с реальным именем-фамилией. Сначала я пытался их изменить, но некоторые настолько мне нравились - ну вот как, например, отказаться от фамилии Рыцк, был у нас такой сержант. Вы только вслушайтесь в фонетику - «серрржант Рррыцк!»
- Первая версия «Кирзы» была написана по случаю, без дальнего прицела на публикацию, верно?
-»Кирзу» я начал писать ещё до поездки в Китай, весной 2004-ого года. Первоначально это были наброски рассказов, какие-то зарисовки армейского быта, описания людей. Возникли они случайно, во время неожиданной встечи в Москве с парой сослуживцев. Сели, выпили, повспоминали. И вдруг они говорят: «Слушай, мы же ни альбомов не делали, ни фоток почти не осталось. Ты ж филолог, написал бы про это...» Взял я лист А4, отодвинул стопки и нарезку, и пока перекуривали, набросал рассказик на полторы страницы - сценка из казарменной жизни. «Держите!» - говорю. Я не был уверен, что в виде «крупной формы», повести, это будет интересная задумка. Но зерно они заронили всё же. Было еще несколько рассказов, из той же серии. Потом появилось объединяющее эти рассказы начало...
- И все это было опубликовано сначала в интернете?
- Да, пробные главы я вывешивал в интернете. Те, кто читал их там, оставляли положительные отзывы в основном, но мне не хватало критики, полемики, весёлого обсуждения, пусть даже ругани - и я решился выложить начало повести, первую главу (ни середины, ни конца ещё не было) на удаффком. Зная, что обычно любая крупная форма (а для сетературы всё, что больше нескольких абзацев - уже «вайна и мир» и «многа букафф, ниасилил») там крайне не приветствуется. И вдруг - неожиданно позитивная реакция и пожелания «пеши есчо». И пошло-поехало. Если вдруг случалась задержка с очередной главой - в отъезде был, или правил долго - один из самых частых «каментов» на сайте был такой - «где Кирзач?!» Люди ждали, люди требовали продолжения. Делились впечатлениями, воспоминаниями, обсуждали «матчасть»... Какие-то фрагменты из «Кирзы» разошлись по сети тут же. И вот именно то внимание читателей, тот задор обсуждения и придали мне некий драйв - книга нужна, её действительно хотят читать. И я начал писать продолжение, выкладывая «с пылу с жару» новые главы на Udaff.com. Ну а реакция... Скажу вот что. На этом сайте есть раздел «Нетленка», куда, путём голосования читателей, попадают избранные вещи. У повести «Кирза» в этом плане судьба уникальная - еще будучи в процессе написания, она уже была анонсирована Удавом (владельцем сайта Дмитрием Соколовским) в этот раздел. Что тоже обязывало меня книгу написать, и написать достойно. Надеюсь, это мне в той или иной степени удалось.
- Сетевые читатели обычно активно участвуют в написании произведений - что-то критикуют, что-то уточняют, рассказывают свои истории «в тему». А dы использовали истории, присланные читателями?
- Как я уже говорил, армия - среда, тяготеющая к единообразию, в том числе и поведенческому. Везде есть свои «тормоза» и «залётчики», свои клоуны и артисты, завсегдатаи губы и стукачи... Поэтому многие истории, присланные читателями или походили уже больше на армейские байки (типа уроненого в сортирное «очко» штык-ножа) или неожиданно воскрешали в памяти похожий случай в моей части. Так было, например, с историей о подковках на сапоги, сделанных из... дверных петель. Написал мне один мой сетевой товарищ об этом - а он служил лет на двадцать-тридцать раньше меня - и со мной дежа вю случилось. Ведь и у нас в части был такой «умелец», мы ему еще предлагали коньки к подошве приделать, чтоб уж точно сапоги не сносились.
Иногда, когда терялась какая-то сюжетная линия, народ напоминал, за что огромное спасибо всем внимательным читателям - это была реальная помощь.
Мне писали бывшие курсанты института имени Можайского, которые проходили сборы в нашей части. Уточняли названия некоторых мест - например, гору, по которой нас гоняли бегом и гуськом, солдаты называли Горой Дураков или Горой Смерти, а курсанты - Ебун-Горой. Это вошло в книгу. Рассказывали и о судьбе некоторых из описанных в книге офицеров - было интересно узнать. Но в книгу это не вошло - всё-таки она больше о срочниках.
- Общаетесь со своим бывшим армейским руководством? Не было обид на вас за эту книгу с их стороны или со стороны сослуживцев?
-Да, после службы у меня остались друзья среди офицеров - старший помощник начштаба Виталий Соколов, начфиз Андрей Самохин - майоры запаса. Отличные ребята, прекрасные люди. О Соколове я вообще хотел написать отдельную главу, я горжусь дружбой с этим талантливым, думающим, творческим человеком. К сожалению, на момент написания и выхода книги я не смог разыскать его - на время связь была утеряна, а мне надо было уточнить кое-какие детали из его жизни - как он спасал людей из потерпевшего крушения поезда, например. Но, может, в следующем переиздании это удастся сделать?
Обид, я думаю, со стороны сослуживцев не может быть. В «Кирзе» неоднократно упоминаются «Записки из Мёртвого дома» Достоевского, начиная с эпиграфа. Так вот тот, кто нашёл что-то обидное, как ему показалось, в свой адрес, может личным эпиграфом к повесте сделать другой, из тех же «Записок...». Я по памяти процитирую, под рукой нет этого тома сейчас. «Это был старый солдат. По лицу его было видно, что всё это он врёт. Фамилия его была Чекунов».
- В армии действительно было так смешно, как это чувствуется при прочтении книги, или на месте все воспринималось несколько иначе?
-Без смеха вообще трудно жить, а в замкнутом коллективе, где постоянно ощущаешь это давление собранных вместе совершенно разных людей - просто невозможно. Нужна разрядка. Отсюда и особые солдатские шутки, и смех над нелепым поведением неприспособленных к этой жизни людей - немного жестокий и безжалостный, особенно когда ты т а м, и смеются над т о б о й. Но проходит время, всё сглаживается, и ты понимаешь, что всё это ерунда и по большому счёту - действительно смешно.
![«Кирза» - не мемуары](/upimg/180/180541.jpg) «Кирза» - не мемуары |
- Как вы думаете, кто будет читать «Кирзу»? Это, наверное, «мужская книга», для тех, кто служил, и кому будет приятно вспомнить те годы? -Книга адресована самым разным людям. Ведь это книга не столько про армию, сколько - про людей. Про людей, которые существуют, но я никогда бы их не встретил в моей обычной жизни. Эти люди, их взгляды, их поведение, даже внешность - были для меня открытием. С ними мне пришлось жить под одной крышей, делить еду, вместе чему-то радоваться или огорчаться.
Тому, кто отслужил «срочку», будет интересно сравнить со своим опытом. Кто не служил - может порадоваться или позавидовать.
Мне приходят письма от ребят, которые только собираются служить - благодарят за книгу, пишут, что многое узнали и более готовы к службе. Мне пишут женщины - матери сыновей, тоже благодарят за книгу и пишут, что сделают всё, чтобы не отдать детей в армию. Меня в письмах ругают матом отставные полковники военкоматов и жмут руку лейтенанты и капитаны из разбросанных по стране военных частей - спектр чувств и эмоций самый разнообразный.
Меня очень удивил тот факт, что женская часть читательской аудитории оказалась много больше той, чем я предполагал. Это изменило моё мнение о том, что я написал сугубо «мужскую книгу».
- Вы считаете, мужчина должен обязательно служить в армии? Как относитесь к тем, кто не служил?
-Вы знаете, многое ведь в жизни приходится делать того, чего совсем не хочется. Вот работать - тоже не всегда хочется, но к бездельникам, в жизни палец о палец не ударившими, обычно относятся неодобрительно, так? Конечно, в армию я не рвался, да что там - не по себе было, когда ехал туда. Но без приобретенных там навыков - не боевых, наш полк был скорее потешный, полк обеспечения, - а жизненных, от умения иголку с ниткой держать до умения уживаться с различными людьми, находить общий язык с ними - это пригодилось сильно. Умение подчиняться и командовать - опять же, армия даёт шанс этому научиться.
Кто не служил... По разным ведь причинам люди не служат. Если это талантливый студент с математического факультета университета - он и нет должен служить, у него каждый год на счету, он должен наукой заниматься. А если это студент педвуза, или просто гуманитарий какой-нибудь - почему бы и не послужить? Тем более, если педагогом быть собрался... Или вот «по состоянию здоровья» люди не служат. Водку-пиво жрать, по ночным клубам под амфетамины колбаситься - на это у них здоровья хватает... таким бы «больным» делать отметку в паспорте, и лишать их возможности всех этих удовольствий. Раз больной, так и сиди дома. Лечись. Но в наше время, когда спиртное даже детям продают, это нереально.
- А как относитесь к контрактной армии и другим армейским реформам? Что надо поменять в армии, на Ваш взгляд?
-Поменять нужно само отношение к армии. И сама служба в ней должно приносить человеку ощутимую пользу. В Штатах я видел такую рекламу по ТВ: на крутую гору взбирается солдат, с полной выкладкой. Потный, грязный, он забирается на вершину, и отдуваясь, говорит зрителю: «Сейчас моё тяжелое время, но после армии я поступлю в университет и жизнь будет лучше!» То есть служба даёт тебе шанс устроиться нормально на гражданке, у тебя будет протекция, особенно если ты из бедной семьи. Почему у нас этого нет? Раньше были рабфаки в вузах хотя бы, а теперь...
Престиж армии надо возвращать. Это нелегко будет сделать после многолетнего поливания грязью. И одними ура-патриотическими киношками и сериалами здесь не обойтись.
- Вы уже 5 лет живете в Китае. Как китайцы относятся к российской армии?
- Нашу армию, насколько я понимаю, они до сих пор после событий на острове Даманский воспринимают с уважением. И это правильно - соседи должны уважать друг друга.
- А как вы попали в Китай?
- Я поехал в Китай, в Шанхай, в командировку, преподавать русский язык в одном из вузов. Ехал всего лишь на год, и первое время думал, что и года не проживу - настолько всё было непривычным и непонятным. Но вот уже пошёл пятый год моей жизни в Китае, там родилась вторая дочь и сын. Старшая дочка, ей пять лет, говорит по-китайски (и по-русски, разумеется, ведь папа у неё преподаватель).
- «Кирза» - это первая и последняя книга или вы нас еще порадуете новыми повестями?
- Знаете анекдот - едет француженка по России в спальном вагоне, одно место пустое. И вдруг ночью открывается дверь купе и заходит огромный волосатый грузин. Француженка натягивает одеяло до подбородка и испуганно спрашивает: «Парле ву франсе?» А грузин, почесывая грудь, отвечает: «Канэшна буду!»
Так и я - «канешна буду». Во всяком случае, надеюсь.
Сейчас приступил к новой книге - пока наброски, общие штрихи. Опять же, о том, что мне всегда интересно - новая среда, новые люди. О Шанхае, о людях, в нём живущих - местных и пришлых, китайцах и лаоваях (иностранцах). О любви и нелюбви, дружбе и ненависти, радостях и печалях - о том, чем мы все живём в этом мире.
Благодарим компанию Aizel for men за помощь в организации фотосессии автора.