Дмитрий Губин Дмитрий Губин Как определить украинца

Кого можно считать украинцем и кто решает это в рамках своих полномочий? Казалось бы, на этот вопрос есть несколько простых ответов, но любой из них оказывается глупым.

12 комментариев
Сергей Миркин Сергей Миркин Кто стоит за атакой Залужного на Зеленского

Каждое из откровений Залужного в отдельности – это информационный удар по Зеленскому, а все вместе – мощная пропагандистская кампания. Сомнительно, что экс-главком решился на такую акцию без поддержки серьезных сил. Кто стоит за спиной Залужного?

0 комментариев
Глеб Простаков Глеб Простаков Украинский кризис разрешат деньгами

Трамп уже получил от Зеленского согласие на соглашение по полезным ископаемым, но это лишь первый взнос. Настоящий джекпот – в Москве. И окружение президента США, включая людей из его семьи, уже активно прощупывает почву.

12 комментариев
12 июля 2017, 13:10 • Общество

Россияне и украинцы начинают смотреть друг на друга более прагматично

Tекст: Ирина Алкснис

Социология фиксирует улучшение отношения украинцев к России и ухудшение отношения россиян к Украине. Некоторые эксперты объясняют это пропагандой. На самом же деле происходит прямо противоположное. Украина и Россия начинают оценивать друг друга без идеологических шор, и это влечет за собой эмоционально противоположные сдвиги в общественном мнении.

Предсказание-обещание Анастасии Дмитрук, написавшей в марте 2014 года, что «никогда мы не будем братьями», начинает сбываться, правда, в несколько неожиданной для украинской поэтессы форме.

Главной причиной изменений в общественных настроениях и в России, и на Украине является обращение населения от идеологических конструкций к прагматичным соображениям

Россия все сильнее и отчетливее отделяет себя от Украины, причем социология отмечает все больше расхождений в российском и украинском общественных мнениях относительно друг друга.

Свежий опрос ВЦИОМ отметил, что уровень интереса россиян к Украине практически вернулся к показателям десятилетней давности. Не следят за событиями на Украине 28% респондентов (летом 2006 года эта цифра составляла 31%), следят внимательно – 18% (в 2006-м – 15%), следят время от времени – 54% (в 2006-м – 52%). В разгар же горячей фазы украинского кризиса доля внимательно следивших за украинскими новостями стабильно превышала 30%.

Интересно также, что количество россиян, считающих, что отношения между Россией и Украиной носят враждебный характер, не превышает четверти опрошенных. Для большинства же (36%) отношения двух стран носят просто напряженный характер. Эти цифры забавно перекликаются с недавним опросом того же ВЦИОМ, согласно которому 31% опрошенных считают, что существует угроза военного нападения на Россию со стороны Украины.

Не менее показательным является совместный проект Киевского международного института социологии (КМИС) и «Левада-Центра*», который фиксирует динамику противоположных курсов во мнениях украинцев о россиянах и россиян об украинцах. В украинском обществе происходит улучшение во взглядах на Россию, а в российском – ухудшение в отношении Украины.

Количество позитивно настроенных к России украинцев с февраля по май выросло на 5% (с 39% до 44%), а России произошло прямо противоположное – количество положительно настроенных к Украине уменьшилось с января по май на 8% (было 34%, стало 26%).

Любопытно то, что в России доля тех, кто считает, что Россия и Украина должны быть дружественными, но независимыми государствами, последние 10 лет колеблется между 50 и 60 процентами, сдвигаясь то к верхней, то к нижней границе. На май 2017 года сторонниками этой точки зрения была ровно половина опрошенных.

Зато произошло радикальное сокращение россиян, которые считают, что две страны должны объединиться в одно государство. Если до мая 2014 года доля респондентов с данной точкой зрения колебалась в районе 15% с отдельными флуктуациями (в марте 2014 был зафиксирован рекорд в 28%), то уже в мае того же года она рухнула до 12%. С тех пор количество сторонников такого подхода упорно держится ниже 10% (в мае 2017 года – 9%).

Вряд ли стоит ожидать в ближайшие годы дальнейшего снижения данной цифры. Представляется, что нынешние показатели (7–9%) фиксируют ту часть российского общества, для которой Россия и Украина действительно неразделимы вне зависимости от политических перипетий последних десятилетий. Однако нельзя не отметить, насколько малой является доля людей с подобными взглядами в российском обществе.

Для остального же российского общества связь России с Украиной, очевидно, больше не имеет сакрального характера, и отношение выстраивается на основе прагматичных соображений. Кто-то делает акцент на желательности дружественных отношений и взаимовыгодного сотрудничества, другие – на угрозах, которые они видят исходящими с Украины, и, как следствие, необходимости ужесточения пограничного режима и т. д.

«Встречная» динамика отмечена и в одном из самых актуальных (для украинцев) вопросе – визового режима и закрытых границ. На Украине количество сторонников данного подхода уменьшается – с 47% в феврале до 43% в мае, а в России, наоборот, растет (с 33% в январе до 35% в мае).

Легко предположить, что изменения в оценке украинцами возможного визового режима с Россией обеспечиваются все большей вероятностью реализации данной меры. Первый шаг Киевом в этом направлении уже сделан. Это заставляет людей переходить от идеологии и лозунгов к осмыслению ситуации в приложении к собственной жизни. Так что ничего удивительного, что большинство украинцев (51%) выступают против визового режима с Россией.

Представляется, что главной причиной изменений в общественных настроениях и в России, и на Украине является отрезвление и обращение населения от тех или иных идеологических конструкций к прагматичным соображениям. Просто так получилось, что один и тот же процесс ведет к противоположным результатам.

Украинское общество в последние годы интенсивно накачивали – и успешно – антироссийской пропагандой. Однако когда политика Киева перешла от слов и призывов к конкретным действиям, множество людей обнаружило, что она бьет по их непосредственным интересам. Это заставило их скорректировать свои взгляды и убеждения – в сторону большей доброжелательности в отношении России.

В России же происходит прямо противоположный процесс. Не отрицая роль и значение отечественных СМИ, которые создают не слишком привлекательный образ Украины, нельзя не отметить, что никто не делает больше самого Киева для ухудшения отношения российского общества к Украине.

В результате сложилась парадоксальная ситуация. Украина не осознавала, насколько сильно ее благополучие зависит от России, и идеологически становилась все более антироссийской. Теперь же, когда эта зависимость – в силу разрыва связей – становится все более очевидной, и украинские граждане, как следствие, несут издержки в связи с этим, страна становится более благожелательной к России.

В России же наоборот. Огромная исторически заложенная симпатия и расположение к Украине в России тает. Ресурс «братской любви» исчерпывается, и российское общество все прочнее становится на рельсы чисто прагматического отношения к соседней стране. Этот прагматизм влечет за собой ухудшение отношения к Украине, в которой видят не столько фашизм, русофобию и войну, сколько «бардак, анархию, беззаконие, бандитизм».

* Некоммерческая организация, включенная в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента