КАЧ будет наказан

Скандал с участием группы «КАЧ», Ильи Лагутенко и Виктора Дробыша произошел еще в апреле прошлого года на 11 ежегодном рок-фестивале «Премия Fuzz» в Санкт-Петербурге. Свое выступление лидер «Мумий Тролля» объединил с солистом треш-шапито «КАЧ» Сергеем Смирновым. Вместе они спели песню, где в припеве фамилия Виктора Дробыша была срифмована с нецензурным ругательством.

Любопытно, что многие деятели из мира шоу-бизнеса поддержали выступление Лагутенко и Смирнова. «Если бы я оказался в тот момент в Питере вместе с Ильей и меня бы выпустили на сцену, я бы с большим удовольствием подпел ребятам. Не потому, что мне Дробыш не нравится, – я его не знаю лично. Но он олицетворяет определенную касту людей не только в нашей попсе, но и нашей псевдокультуре», – заявил в одном из своих интервью Артемий Троицкий.

Между творческими людьми споры должны проходить в творческом ключе – напишите про меня песню, ответьте тем же оружием

О решении Виктора Дробыша судиться с Ильей Лагутенко и рэп-группой «КАЧ» стало известно осенью прошлого года. Делом занялись адвокаты продюсера. По словам Дробыша, он не очень пристально следит за развитием конфликта и не держит зла на своих оппонентов. Однако вопрос торжества справедливости является для него принципиальным.

Уголовное дело было заведено по ч. 2 ст. 130 УК РФ («Оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации»). Согласно закону виновным грозит штраф в размере до 200 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух месяцев, либо обязательные работы на срок до 180 часов, либо исправительные работы на срок до одного года.

Правда, уголовное дело ведется только против лидера треш-шапито «КАЧ» Сергея Смирнова. Как рассказала корреспонденту газеты ВЗГЛЯД пресс-атташе «Мумий Тролля» Марина Залогина, участники группы за происходящим не следят и о том, что суд в связи с исполненной песней все-таки начался, им неизвестно. «Мне казалось, что Дробыш отнесся к этому с юмором», – подчеркивает Илья Лагутенко.

Ранее он неоднократно заявлял, что не жалеет об акции в ДС «Юбилейный»: «Можно сказать, что я поделился со слушателем тем, что мне лично понравилось».

На эту тему
• Вадим Пономарев: Подводные камни «Фабрики звезд - 6»
• «Мумий Тролль», Lumen и Хворостян: имидж или месседж?
• Иосиф Пригожин: Я никогда не обманываю!
• Лучшую песню года спела Юля Савичева
• A’Studio, A’cappella и о меде

«Илья в данный момент находится в Лос-Анджелесе, мы списываемся с ним через Интернет, и он оказывает мне серьезную моральную поддержку, – пояснил в интервью газете ВЗГЛЯД Сергей Смирнов. – Я выбрал его в качестве свидетеля, но в суде его слушать не хотят, потому что все с самого начала настроены на то, что я должен официально принести свои извинения».

По словам Смирнова, в этом уверены не только представители обвинения, но и представители защиты – адвокат и общественный защитник.

«Судья не хочет слушать никаких доводов, меня как будто заочно считают виновным, – поясняет артист. – Но я не понимаю, для чего нужен весь этот суд, ведь между творческими людьми споры должны проходить в творческом ключе – напишите про меня песню, ответьте мне тем же оружием. А если уж дело не решается без правосудия, то давайте выслушаем все точки зрения».

По словам Смирнова, на обвинителя в зале суда смотрят как на «человека из телевизора»: Дробыш травит байки, как он ходит в Белый дом «по вопросам пиратства», жонглирует фамилиями – Лужков, Иванов, Фрадков, затем – Пугачева, Лепс, семья Высоцкого, Валерия. При этом работа суда на время замирает.

«Служители Фемиды слушают его так, как моя бабушка слушала залетного начальника обкома в ДК. Только это не «совок» и не ДК. Протокол ведется в перерывах между байками Дробыша. С виду все происходит с юморком, и я, приветливо улыбаясь, впервые за 15 минут пытаюсь вклинить свою секундную шуточку «для поддержания атмосферы», но Дробыш делает жест рукой и судья грубо осекает меня. По лицам своих адвокатов я понимаю – меня обвиняют в уголовном преступлении и здесь не до шуток» – такую запись сделал Смирнов в своем блоге 26 марта нынешнего года.

«Недавно я вызвал Дробыша на личный разговор, как артист с артистом, – вспоминает он. – Мы остались в зале заседания один на один, и первый вопрос, который он задал мне, был: «Ну какой же ты артист?» При этом, когда я назвал ему наши тиражи и рассказал о наших последних выступлениях, он очень удивился.

Мне не раз говорили, что для него я мелкая сошка. Ведь дело можно было уладить полюбовно, а Дробыш ворошит все это, чтобы другим было неповадно. Но ведь всем понятно, что эффект будет абсолютно обратный».

К сожалению, мнение обвинителей газете ВЗГЛЯД узнать так и не удалось: пресс-атташе продюсера Татьяна Иванова заявила, что Виктор Дробыш от комментариев наотрез отказался.

Впрочем, в разговоре с корреспондентом газеты Смирнов не раз подчеркнул: несмотря ни на что, он готов ответить за каждое слово, а вот о том, в какой форме ему придется это сделать, пока остается только гадать.

«В целом вопрос квалификации того или иного высказывания и отнесения его к категории оскорбления полностью остается на усмотрение и субъективное мнение судьи, так как понятие «оскорбление» указанной выше статьи сохранилось традиционное: унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, – пояснил газете ВЗГЛЯД старший юрисконсультант юридического бюро «ГАЙ» Григорий Фрейдин. – Наибольшую сложность для судебной практики составляет как раз вопрос установления неприличной формы унижения чести и достоинства конкретного лица».