Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов Кто последний в очереди в «ядерный клуб»

О собственном ядерном оружии открыто говорят Польша, Турция и даже Эстония. Другие страны не говорят, но стремятся. «Ядерный клуб» в любой момент может внезапно начать никем не контролируемое расширение. Чем это грозит планете – страшно даже думать.

0 комментариев
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян США отметили собственный «день позора»

Возможно, в Вашингтоне считают, что они поступили с Ираном правильно. Вспоминают Сунь-Цзы и его лозунг о том, что «война – это путь обмана». Однако в данном конкретном случае обман может дорого обойтись.

6 комментариев
Сергей Лебедев Сергей Лебедев Почему у США нет никакого плана по Ирану

Трамп строит всю свою политику вокруг сверхзадачи по ослаблению Китая. Китайская экономика же достаточно сильно завязана на нефтегазовые потоки из Ирана, поэтому хаос на Ближнем Востоке в первую очередь бьет по геоэкономическим позициям Китая. И это главное для США, а остальное – сопутствующий ущерб.

17 комментариев
21 февраля 2008, 21:23 • Культура

Борис Андрианов: «Ростроповича знают все…»

Борис Андрианов: «Ростроповича знают все…»

Tекст: Илья Овчинников

В Большом зале консерватории открылся Московский международный виолончельный фестиваль "Посвящается Мстиславу Ростроповичу". В последние полвека Ростропович дал исключительный импульс продвижению своего инструмента: по замечанию Александра Рудина, теперь даже далекие от музыки люди знают слово "виолончель". Благодаря Ростроповичу совершилась настоящая виолончельная революция, и заданное им ускорение продолжается до сих пор.

Арт-директор фестиваля - Борис Андрианов, один из лучших российских виолончелистов нового поколения, лауреат конкурса имени Чайковского, постоянный участник фестиваля "Возвращение".

Ростроповича знают все, а Григория Пятигорского или Даниила Шафрана уже начинают забывать…

Андрианову доводилось неоднократно встречаться с маэстро. Теперь молодой артист возглавил крупный музыкальный форум, который продлится до 28 февраля.

В первом концерте фестиваля принимает участие итальянец Джованни Соллима. Он активно экспериментирует с музыкой самых направлений: джаз, рок, электронная музыка, минимализм. Сегодня в рамках фестиваля у Соллима - сольный концерт в Малом зале консерватории.

24 февраля в БЗК - всемирно известный коллектив «Двенадцать виолончелистов Берлинской филармонии». Ансамбль существует с 1972 года; ему посвящали сочинения Янис Ксенакис, Жан Франсе, Вольфганг Рим и другие известные композиторы. На концерте прозвучат сочинения Пьяццоллы, Форе, Дебюсси, Верди, Шостаковича, Гершвина.

Еще одна площадка фестиваля - недавно открывшийся Камерный зал Московской филармонии, куда 26 февраля приглашает слушателей виолончелист Александр Князев. Вместе с ним на сцену выйдут скрипачи Елена Ревич, Никита Борисоглебский и Сергей Догадин, виолончелист Борис Андрианов и пианист Петр Дмитриев. В программе - ансамбли Моцарта и Шуберта.

Кульминация фестиваля - грандиозный концерт 28 февраля в БЗК. Прозвучит «Гамлет-баллада» Родиона Щедрина для ансамбля виолончелистов и написанная к 70-летию Ростроповича пьеса Slava, Slava для оркестра. Будет исполнена также "Бразильская бахиана" Вила-Лобоса #1 для восьми виолончелей и суперхит Чайковского - Andante cantabile. Гвоздь программы - Concerto grosso для трех виолончелей Кшиштофа Пендерецкого, который исполнят Давид Герингас, Татьяна Васильева и Борис Андрианов под управлением автора.

О программе, участниках и перспективах фестиваля Борис Андрианов рассказал музыкальному обозревателю газеты ВЗГЛЯД Илье Овчинникову.

- Борис, как складывались программа и круг участников фестиваля?
- Программа составлялась еще при жизни Ростроповича. Я мечтал об участии всей нашей большой виолончельной тройки - Наталия Гутман, Александр Рудин и Александр Князев. Но Гутман и Рудин, к сожалению, не смогли участвовать, а Князев дает концерт в Камерном зале филармонии.

Смерть Ростроповича внесла свои коррективы; обойти его имя, делая такой фестиваль, невозможно. Но это не фестиваль его имени - иначе следовало бы строить программу вокруг посвященных Ростроповичу произведений, приглашать в первую очередь его учеников...

Наш фестиваль - приношение ему: говорим "виолончель", подразумеваем "Ростропович", и наоборот. Виолончелист Джованни Соллима далек от традиций Ростроповича, но он уникальный музыкант и композитор.

Соллима называют "Джими Хендриксом виолончели", а я его сравниваю с ансамблем Apocalyptica, потому что он один с легкостью делает то, что там делают четверо.

- Как бы ты объяснил читателям, почему выступления Соллима нельзя пропустить?
- Хотя бы потому, что для виолончели подобной музыки еще никто не писал, - но Соллима сочиняет не только для этого инструмента. То, что он пишет, немного напоминает минимализм - Алексея Айги, Павла Карманова, может быть, Майкла Наймана.

В своих выступлениях Соллима использует различные шумовые эффекты, заранее записанные фонограммы... В его сольном концерте сегодня принимает участие Моника Лесковар - замечательная виолончелистка из Хорватии, с которой мы вместе учились в классе у Давида Герингаса, лучшая у себя в стране.

- Подобного фестиваля в России прежде не было; думаешь ли ты о том, чтобы сделать его регулярным?
- Если первый пройдет хорошо, на что я очень надеюсь, хотелось бы повторить год или два спустя.

Конкретных планов пока нет, но я думаю, что каждый следующий фестиваль следовало бы посвящать разным выдающимся музыкантам прошлого - Ростроповича знают все, а Григория Пятигорского или Даниила Шафрана уже начинают забывать.

В нашей стране, увы, виолончель не так популярна, и собрать публику на несколько концертов виолончельной музыки не так просто. Имя Ростроповича привлекает публику, с именем Шафрана так не получится.

Но мы идем и будем стараться идти с виолончелью по жизни, не думая о том, что модно, а что нет, с благодарностью вспоминая мастеров прошлого и открывая новые имена. Во время мастер-класса пройдут также мастер-классы Давида Герингаса и Натальи Шаховской.

- Виолончелист Иван Монигетти полагает, что развитие виолончельного искусства в последние годы замедлилось ввиду отсутствия нового репертуара - подобного тому, что создавался для Ростроповича и стал классическим. Ты согласен с такой точкой зрения?
- Не совсем. Во-первых, Ростроповича не стало меньше года назад, и до недавнего времени для него продолжали писать все новые и новые сочинения.

Во-вторых, другой фигуры такого масштаба, конечно, нет, но преемственность поколений, безусловно, есть. Есть и абсолютно новые фигуры, тот же Соллима!

Если сравнивать роль Ростроповича в виолончельном мире с тем, что сделал Башмет для альта, то Башмет действительно способствовал возникновению нового взгляда на альт как на сольный инструмент.

Для виолончели же было написано немало прекрасных произведений и до появления Ростроповича - вспомним хотя бы Рахманинова, у которого нет сочинений для скрипки, а для виолончели есть.

Наше искусство двигают вперед и многочисленные виолончельные конкурсы, для многих из них заказываются новые сочинения.

Да и сам Монигетти - весьма заметная фигура, для него тоже писали немало музыки. А София Губайдулина, наш великий композитор, несколько произведений посвятила Владимиру Тонхе.

Пока они оба живы и здоровы, не исключено, что она напишет для него еще что-нибудь. Есть Щедрин, есть Пендерецкий, чей Concerto grosso для трех виолончелей с оркестром писался не в расчете на Ростроповича: его первыми исполнителями в 2001 году были Трулс Мёрк, Хан-На Чанг и покойный Борис Пергаменщиков.

Мы неоднократно это сочинение играли в разных странах и городах, в том числе в Петербурге. А Иван Монигетти станет одним из участников первого исполнения Concerto grosso в Армении, которая состоится в апреле. Я уже давно уговаривал автора сделать московскую премьеру и наконец уговорил - это было моей мечтой.

- Привезти в Москву Пендерецкого, Соллима, "Двенадцать виолончелистов" - как тебе это удалось?
- Разумеется, задумывая наш форум, я размышлял о том, куда обратиться за поддержкой. Среди предполагаемых участников сложнее всего было договориться с "Двенадцатью виолончелистами" - они полностью подчинены расписанию Берлинского филармонического оркестра. 24 февраля оказалось единственно возможной для них датой.

Затем выяснилось, что этот период подходит также и для Пендерецкого, и для Соллима. Я обратился в Московскую филармонию и, хотя на тот момент не все было ясно с финансовой стороной фестиваля, там поверили в этот проект. Я очень им благодарен - в том, что все это состоялось, велик вклад и их, и мой.