22 ноября, пятница  |  Последнее обновление — 11:07  |  vz.ru
Разделы

С географией можно спорить

Максим Соколов, публицист
Батька исходит из того, что Белоруссия всегда будет подобна Венеции эпохи транзитного расцвета – просто в силу местоположения. Но геостратегия имеет свойство изменяться – особенно, когда в этом есть насущная нужда. Подробности...
Обсуждение: 12 комментариев

От Минздрава не зависит продолжительность жизни

Глеб Кузнецов, политолог, глава экспертного совета ЭИСИ
Жрецы объясняли необходимость существования фараона и его богатства тем, что без его ритуалов Нил не разольется. Многие верили. Каждый раз про это вспоминаю, когда читаю очередную статистику нашего Минздрава. Подробности...
Обсуждение: 44 комментария

Человечество бьется в экологической истерике

Максим Кронгауз, лингвист, доктор филологических наук
Словом года стало словосочетание (что само по себе неприятно) climate emergency. Русский перевод «чрезвычайная климатическая ситуация» (или «климатическое ЧП») выглядит просто отталкивающе. Подробности...
Обсуждение: 16 комментариев

    В Москве запустили МЦД

    В российской столице запустили первые две ветки центральных диаметров (МЦД) – нового транспортного проекта, который в перспективе соединит десять радиальных направлений московского железнодорожного узла. Диаметры должны существенно облегчить жителям пригородов доступ к центру и другим районам столицы
    Подробности...

    Проект нового плацкартного вагона

    Макет нового плацкартного вагона в натуральную величину показали на ежегодной выставке «Транспорт России», проходящей в московском Гостином дворе. Главная особенность концепта – наличие индивидуального пространства для пассажиров
    Подробности...
    Обсуждение: 6 комментариев

    Историк Соколов в бронежилете на следственном эксперименте

    В пятницу арестованного историка Олега Соколова привезли на следственный эксперимент на набережную реки Мойки в Санкт-Петербурге, где, по данным следствия, он пытался утопить отрубленные руки своей убитой молодой невесты
    Подробности...

        НОВОСТЬ ЧАСА:Самолет Utair повредил шасси после посадки во Внуково

        Главная тема


        Борьба с хамством чиновников дошла до «перегибов»

        американское давление


        США заявили о просьбах других стран к Египту не покупать у России Су-35

        «слуга олигарха»


        Политолог объяснил игру Коломойского и Зеленского

        «смотри на него свысока»


        В школах Латвии детям велели читать роман с оскорблением русских

        Видео

        ошибки СССР


        Зачем Россия «отдавала последнее» союзным республикам

        «главный противник США»


        Китайцы не случайно нашли у России «слабые места»

        комиссары в погонах


        Победа над коррупцией убила еще одну реформу Сердюкова

        ранок газа


        У Газпрома появился новый конкурент в Европе

        викторина


        Стихи вождя или стихи поэта?

        Русский крест


        Сергей Худиев: Русским не хватает любви к жизни

        Стенограффити


        Николай Гурьянов: Как нам обустроить вандалов

        Уступка Москвы


        Ирина Алкснис: Встреча «четверки» России не нужна, но состоится

        на ваш взгляд


        Вы знаете слова гимна России наизусть?

        Крепостной театр Татьяны Дорониной

        Диалог в театральной ложе. Великая актриса – это не обязательно великий режиссер

        29 сентября 2008, 11:21

        Текст: Александр Гриценко,
        Дмитрий Куклачев

        Версия для печати

        Не так давно Татьяна Доронина отпраздновала свой юбилей. Все издания отозвались и выразили великой актрисе свое восхищение. Мы не хотим быть людьми, которые в каждую бочку меда норовят кинуть хоть каплю дегтя, но не сказать не можем.

        Александр Гриценко: Татьяна Доронина напрасно стала художественным руководителем театра. Жаль, что она этого не понимает…

        Дмитрий Кулачев: Считается, что из актера никогда не выйдет хорошего режиссера. Это заблуждение. Многие режиссеры и художественные руководители выходили из актеров. И даже основатель МХАТа Станиславский Константин Сергеевич сначала был актером…

        Александр Гриценко: Станиславский был больше режиссером, чем актером. Это нужно понимать. Наверно, исключением из правил стал Михаил Чехов, который гениальный актер и гениальный теоретик.

        Доронина выдающаяся актриса. Что - верно, то верно... И именно поэтому ей нельзя руководить театром. Доронина театр погубила именно в силу того, что она крупная актриса и любит, когда происходит вращение вокруг нее. Иного положения вещей она не приемлет.

        Дмитрий Куклачев: Это нормально, когда актриса ее уровня хочет почитания. Если я правильно тебя понял…

        Александр Гриценко: На улице это нормально. Когда «звездность» переносится на семейные отношения – это уже плохо. Однако тут все зависит от супруга и иных членов семьи. Они решат принимать или не принимать капризы и претензии родного человека.

        Но когда ты руководитель театра, режиссер, а хочешь чтобы тебя почитали за то, что ты актер… В этом есть какая-то нестыковка.

        Дмитрий Куклачев: Я могу объяснить свою позицию так. Для меня она, прежде всего, очень талантливый человек, икона. И я в силу воспитания считаю себя не в праве осуждать ее те или иные действия.

        Александр Гриценко: Очень рад, что ты это сказал. Твоя позиция идеальная иллюстрация к тому, что происходит. Многие журналисты, критики, чиновники в министерстве культуры, когда вопрос встает о том, что МХАТ выпал из театральной жизни, что он не интересен зрителям, что он бесполезен, неэстетичен, потому что все что там ставится: устарело, это мертвечина…

        Трупы и эстетика, по крайней мере, в моей системе координат не пересекаются. Конечно, есть некрофилы, но это больные люди и рассматривать, как исключение мы их здесь не будем…

        Так вот, эти чиновники и критики тоже говорят: «Тсс…Но она ведь гениальная актриса!» Это подмена понятий.

        Дмитрий Куклачев: Но ведь театр функционирует. И есть какой-то зритель… И есть и положительное мнение о ее деятельности.

        Александр Гриценко: Ты ходишь во МХАТ имени Горького, как зритель?

        Дмитрий Куклачев: К своему стыду – нет.

        Александр Гриценко: А вот я вхож во МХАТ. У меня профессия такая – быть вхожим в разные театры. Дорониной я ничем не обязан. Ставится я у нее не собираюсь. Мы с ней никогда чай вместе не пили, но и не ругались. Сейчас я выступаю просто независимым наблюдателем. Так вот порядки МХАТа ужасны. Во-первых, она патологически боится свержения…

        Дмитрий Куклачев: Тут подожди… Давай я скажу. Уже понимаю к чему ты ведешь, но по-человечески я ее понимаю. Театр - это ее жизнь. У нее нет ни детей, ни семьи нормальной, если говорить по большому счету. Она всю свою жизнь посвятила искусству. Отними у нее МХАТ и жизнь ее закончится.

        Александр Гриценко: Ты вот говоришь постоянно о ней. А то, что она губит театр, актеров, режиссеров - это ты опускаешь.

        Бывают такие матери – ребенок уже давно вырос. Не просто вырос - ему уже за сорок. А она все еще его опекает, навязывает свою материнскую любовь. Относится к нему как к сопляку, отчитывает на людях. В итоге ломает ему жизнь. Ребенок так и не завел свою семью, не смог построить карьеру, самостоятельную жизнь. Потому что во все вмешивалась мать.

        Это я к тому, что ее любовь ко МХАТу очень похожа на иррациональную любовь матери. А в действительности это не любовь, а просто страх одиночества. Вдруг стать не нужной после лет славы – это для нее страшно.

        МХАТ – ее маленькая империя. Я несколько раз наблюдал, как встречают Доронину в театре. Представь себе служебный вход, фойе, в котором стоят люди: они ждут, когда сотрудник, к которому они пришли, спустится за ними.

        И вдруг приезжает она. Охрана говорит ожидающим: «Прижмитесь к стене! Освободите проход! Сделайте так, чтобы она вас не видела!» Она проходит гордая, венценосная. Как только Доронина скрывается в лифте, все, даже охранники, облегченно вздыхают.

        Дмитрий Куклачев: Это похоже на нее. Она человек сложный – об этом говорили все ее мужья. Вообще ее нужно либо принимать такой, какая она есть, либо не замечать. Не работать у нее. Другого выхода не вижу.

        Александр Гриценко: Она боится, что у нее отнимут театр. Поэтому режиссеры в театре долго не держатся. Она не терпит режиссеров. Особенно молодых и амбициозных.

        Все решения о назначениях на роли принимаются вне творческой плоскости. Если Доронина симпатизирует, то назначает на главную роль, даже, несмотря на отсутствие таланта, если по каким-то причинам актер ей не нравится, однажды не поздоровался, забыл поздравить с днем рождения, не проявил внимания, то роли он не получит иной кроме «кушать подано».

        Об этом во МХАТе говорят все – актеры, администрация. В итоге она окружила себя бездарными подхалимами.

        Дмитрий Куклачев: В ее окружение абсолютно все бездарные подхалимы?

        Александр Гриценко: Как правило, способные люди имеют чувство собственного достоинства. Быть в окружение Дорониной сложно – она любит унижать людей. Кроме того, обожает, когда за ее милость, хорошее отношение борются и часто сама стравливает актеров и сотрудников.

        В ее свите есть центральный персонаж. В театре ее называют «Машка Белая Смерть». Потому что она погубила очень много людей – режиссеров и актеров. Девушке лет тридцать. Внешность у нее милая, не злодейская. В общении приятна, потому что не давит, напротив говорит: «Я такая дура! Дура! Ничего не понимаю, а вот вы…»

        Мастер лести. Доронина в ней души не чает.

        Дмитрий Куклачев: А что ее заставляет губить актеров? Она кто?

        Александр Гриценко: Секретарша какая-то, ассистент, но главное что она любимица Дорониной. Маша завистливая, она вертится-крутится в театре, слушает кто что делает, кто что сказал, а потом все передает.

        А чтобы Доронина уволила иногда достаточно полслова. Театр МХАТ – это крепостной театр Татьяны Дорониной. Там совершенно авторитарная система управления.

        Вот, примеры, из независимых источников, цитирую недавнюю статью в «Комсомолке», они описывают случай: «…рассказывают, что однажды, пробегая мимо Дорониной, кто-то из молоденьких сотрудниц театра забыл с ней поздороваться. Доронина не стала объясняться с невежливой девушкой, а просто сказала тихим голосом: «Уволить»».

        Или вот что пишет театральный критик Григорий Заславский в «Независимой газете»: «…однажды я написал на какой-то ее спектакль не очень восторженную рецензию, спустя неделю шел мимо театра, вдруг из парадных дверей выбежал администратор: «Я вас очень прошу, не говорите, пожалуйста, никому, что это я вас пустил на спектакль...»

        Дмитрий Куклачев: Саша, очень часто выдающиеся люди, в конце концов, становятся лидерами. Причем абсолютными. Вообще в театре или в кино в идеале – режиссер царь и бог для актеров. То есть тоталитарная система стоит в самой сути театра.

        Александр Гриценко: Только когда это касается творческих вопросов. МХАТ превратился из театра в хвалильню Дорониной. Как театр он уже не функционирует.

        Дмитрий Куклачев: В таком случае - Бог ей судья. Я все-таки вернусь к тому с чего начал – для многих она, прежде, всего гениальная актриса. Именно по этой причине никто театр у нее не отнимет. Не посмеют.

        Александр Гриценко: С другой стороны, я сам не уверен, хочу ли этого. Объясню - почему. Факты я все описал верно. Но и у меня в сердце сидит некое поклонение большому таланту Дорониной. После всего, что я сказал, это может показаться странным, но…

        Если бы у меня вдруг была возможность изменить ситуацию, я вряд ли решился бы. Я хорошо понимаю тех, кто закрывает глаза на все… Лучше бы она ушла сама.



         
         
        © 2005 - 2018 ООО Деловая газета «Взгляд»
        E-mail: information@vz.ru
        .masterhost
        В начало страницы  •
        Поставить закладку  •
        На главную страницу  •
        ..............