Взгляд
20 мая, пятница  |  Последнее обновление — 11:10  |  vz.ru
Разделы

Впервые за 30 лет у русской культуры все самое важное не в прошлом, а впереди

Ольга Андреева
Ольга Андреева, Журналист
Если наша культура хочет вернуть себе саму себя, если она не хочет далее длить этот постмодернистский день сурка, ей придется заново учиться думать, чувствовать, страдать, верить в человека и собственную Родину. Подробности...

Украинцев используют как подопытных кроликов

Ирина Алкснис
Ирина Алкснис, обозреватель РИА «Новости»
Когда кажется, что на Западе идет украинизация, то это вовсе не кажется. Процесс этот тщательно подготовлен и целенаправленно запущен – для обеспечения управляемости западного общества, что становится все более актуально в свете накрывающего весь мир кризиса. Подробности...
Обсуждение: 9 комментариев

Киев сдает свою нацистскую элиту, как стеклотару

Андрей Медведев
Андрей Медведев, Политический обозреватель
Когда власть – это актеры и продюсеры, то и боевые действия планируются, как сериал. В данном случае – о героях нации, которые даже в подвалах завода воюют с москальскою ордою. Подробности...
Обсуждение: 11 комментариев

Боевики «Азова» начали сдаваться в плен

256 украинских боевиков сдались в плен на мариупольском заводе «Азовсталь». Среди пленных число раненых составляет 51 человек. Большую часть раненых под конвоем отвезли в больницу города Новоазовска. При этом на заводе все еще остается около двух тысяч боевиков
Подробности...

«Москвичи» – какими они были и могли быть

Мэр Москвы Сергей Собянин принял решение перевести московский завод «Рено» на баланс города и возобновить производство автомобилей под брендом «Москвич». Газета ВЗГЛЯД вспомнила, какую продукцию выпускал завод в советские времена, а какие идеи инженеров так и остались в макетах...
Подробности...

Ученые показали первое фото черной дыры в центре нашей галактики

Ученые из международной группы EHT (более 300 исследователей из 80 институтов по всему миру) опубликовали первое в истории фото сверхмассивной черной дыры Стрелец A* (она в 4,3 млн раз тяжелее Солнца) в центре нашей галактики Млечный Путь – на расстоянии 27 тыс. световых лет от Земли
Подробности...
19:59
собственная новость

Российским школьникам покажут маршрут «Золотое кольцо» по Ярославской области

В Ярославскую область в рамках национального проекта «Культура» приедут 1300 школьников, победители олимпиад, учащиеся школ искусств и кадетских корпусов со всей России. Посещение городов Переславля-Залесского, Ярославля, Ростова предусмотрено маршрутом «Золотое кольцо. Александр Невский».
Подробности...
20:27

В Марий Эл открыли новое здание государственной филармонии

В Йошкар-Оле прошло торжественное открытие нового здания Марийской государственной филармонии имени Якова Эшпая, до этого работники филармонии 39 лет располагались в пристрое.
Подробности...
21:12

В Оренбурге легендарная «Катюша» вернулась в парк «Салют, Победа!»

В Оренбурге на музейную вахту после полной реставрации вернулась легендарная БМ-13, которую в годы войны солдаты прозвали «Катюшей». Вместе с другими экспонатами боевая машина была полностью отреставрирована.
Подробности...

    Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
    НОВОСТЬ ЧАСА: Курс доллара упал ниже 59 рублей

    Главная тема


    Как Донбасс поможет развитию России

    французские сми


    Сверхприбыли Газпрома полностью окупили «Северный поток – 2»

    искоренить понятие «русские»


    В офисе Зеленского захотели дерусифицировать Харьков и Донбасс

    «в «Азовстали» демонов хоронят»


    Военкор Апачев написал песню о победе над нацбатом «Азов» в Мариуполе

    Видео

    бывший канцлер ФРГ


    Создателю «Северного потока» отомстили за верность дружбе с Россией

    «зеленый эксперимент»


    Как советы Греты Тунберг разорили целое государство

    армия и вооружения


    Россия делает ставку на боевые лазеры

    Североатлантический альянс


    Турция потребовала от Запада крупную дань за расширение НАТО

    автомобили Lada


    Россия после ухода Renault сохранит производство современных авто

    имперские амбиции


    Игорь Караулов: «Русофобскую дугу» замкнуть не получится

    субъективные интересы


    Сергей Худиев: Личная выгода на празднике ненависти

    коллективная гибель


    Владимир Можегов: «Коллективный Запад» исчезает на наших глазах

    на ваш взгляд


    Ваше отношение к идее создания всероссийской детской организации?

    Про исконно русского космополита

    Писатель Борис Акунин
       31 января 2007, 08:37
    Фото: nycphoto.interactivenyc.com
    Текст: Сергей Костырко

    В предыдущем «чтении» речь шла о романе Пелевина «Empire V». Для продолжения разговора о последних литературных хитах мною выбрана книга Бориса Акунина «Нефритовые четки».

    В один ряд новые Пелевин и Акунин встали еще и в качестве двух предновогодних хитов. 30 декабря, закупив в качестве подарка своим домашним обе книги, я проехался в метро и посчитал: черно-белый толстый акунинский том – раскрытый и читаемый – был явлен мне шесть раз, цифра по нынешним временам оглушительная (это я к тому, что в метро уже перестали читать, свидетельствую как пассажир метро 70–80-х годов).

    Повторение пройденного

    У русской массовой литературы появился свой национальный образ сыщика, к тому ж задним числом вписанный в историю русской литературы

    По сравнению с «Empire V» чтение «Нефритовых четок» оказалось более плавным и легким, хотя бы потому, что это не новый роман Акунина, а собрание рассказов и повестей про Фандорина – можно было прерываться без ущерба для чтения.

    К тому ж никаких усилий для вхождения в текст книга не требовала. Приемы построения повествований здесь прежние, уже освоенные нами – встраивание уже созданного автором и хорошо «обжитого» нами образа в стилистики популярных классиков детективного жанра.

    В новой книге их целая коллекция – от Конан Дойля до Агаты Кристи, Патриции Хайсмит и Умберто Эко. Действие происходит в России, Англии, Франции, США, Японии. Тексты, скажу сразу, разные – от профессионально выполненной (и только) отработки приключений Фандорина в антураже классического американского вестерна до изящной новеллы «Нефритовые четки» с воспроизведением атмосферы старомосковской жизни и изначального образа Фандорина.

    Однако и в трудолюбиво отработанном «литературном уроке» у Акунина не чувствуется запаха писательского пота, похоже, игра в Фандорина не слишком его томит, драйв остался.

    Акунину удается создавать примерно равное повествовательное напряжение в каждой составившей книгу вещи. Хотя смена «детективного дискурса» при переходе от повести к повести более чем ощутимая, но это как раз и входит в условия игры.

    В диалоге с Эдгаром По и Жоржем Сименоном

    Книга Бориса Акунина
    Книга Бориса Акунина
    Ситуация из «Table talk 1882 года» ставит Фандорина в положение Огюста Дюпена из рассказов Эдгара По – преступление, необыкновенно запутанное и как бы совершенно необъяснимое, нужно раскрыть, находясь в отдалении от места преступления и практически не общаясь с теми, кто мог бы хоть что-то прояснить.

    Единственный инструмент детектива в этой ситуации – острота ума. Фандорин справляется с задачей, не выходя из-за чайного стола на светском рауте.

    Акунин здесь ориентируется на жанр собственно детектива, условием которого является, например, то, что читатель, прочитав две трети повествования, должен получить всю необходимую для расследования информацию (круг подозреваемых, возможные мотивы преступлений, спектр возможных поступков каждого героя и т.д.), а далее начинается то, в чем, собственно, и состоит искусство детективного повествования – соревнование автора с читателем.

    Автор, если он действительно детективщик, обязан довести читателя до финальных абзацев в неведении. Увы, сегодняшняя «детективная литература» сориентирована на кинобоевик, где у героя-сыщика вместо головы работают исключительно кулаки и ноги на педалях своего автомобиля.

    Акунин же возвращает нас к классическому жанру детектива. И понятно, почему в «Table talk» он обращается к стилистике Эдгара По как родоначальника этого жанра в мировой литературе.

    Ну а в повести «Из жизни щепок» действие замедлено, автор предлагает внимательно вглядеться в персонажей, в психологию, предлагает соотнести массу социопсихологических примет времени.

    И при том что мотивы преступления, казалось бы, ясны с первых страниц и круг подозреваемых тоже выстроен достаточно четко, финал ошарашивает.

    То есть подключать к размышлению нужно было не только детективную логику или представления о поведении людей в «большом бизнесе», но и социально-психологический и просто психологический анализ.

    Здесь уже отрабатывается детективный дискурс Жоржа Сименона.

    Копия, ставшая оригиналом

    Ну а вообще, загадочная как бы ситуация. Как получилось (а ведь получилось!), что затевавшийся когда-то как литературная игра для посвященных и одновременное развлекательное детективное чтиво «для простодушных», откровенно сконструированный образ Фандорина постепенно обрел плоть реального литературного героя.

    В новой книге писателю достаточно назвать его имя и ввести его в очередной детективный сюжет, как Фандорин оживает и начинает действовать.

    Более того, в повести, завершающей книгу («Узница башни»), очередное преступление Фандорин расследует на пару с Шерлоком Холмсом (а противостоит им другая литературная знаменитость: злодей Арсен Люпен), и текст этот отнюдь не вызывает никаких ассоциаций с радиопередачей «В стране литературных героев», Фандорин там вполне на месте, образ его воспринимается равновеликим образам и Холмса, и доктора Ватсона, и Люпена.

    Изначальная игра «в стильный детектив» с героем, носящим литературное (карамзинское) имя, закончилась отнюдь не игрой (так же, как игровой псевдоним «Б. Акунин» (Бакунин), как будто бы исключавший перевод «Б.» в «Бориса», стал «Борисом Акуниным»).

    У русской массовой литературы появился свой национальный образ сыщика, к тому ж задним числом вписанный в историю русской литературы: автор как следует поработал в фандоринских романах со стилистиками русских классических романов.

    В «американской повести» «Долина Мечты» перед нами вдруг возникает еще и образ русской коммуны, какой мыслил ее Чернышевский в «Что делать» – Акунин пробует эту социальную идиллию грубой реальностью; «Скарапея Баскаковых», отсылая читателя к сюжету Конан Дойля, неожиданно воспроизводит атмосферу чеховского «Вишневого сада», а повествование в повести «Перед концом света» не может не вызывать ассоциаций с прозой Лескова и Мельникова-Печерского.

    И это все уже литературный декор, не театральный «задник» – у Эраста Фандорина есть не раз продекларированная жизненная позиция, и потому этот образ этот воспринимается не просто подсвеченным отблесками старых русских литературных традиций, но – активно взаимодействующим с классическими мотивами русской литературы (и жизни).

    Тут мне скажут, что сам перепад художественного уровня это делает невозможным. Не знаю, по крайней мере, уровень прозы «Что делать» вполне соотносим с акунинским изображением русской коммуны в Америке.

    Похоже, дело здесь не только в особенностях литературного дара Акунина, но и в самой природе такого образа, изначально (у того же Эдгара По как родоначальника жанра) возникшего как элемент некой интеллектуальной игры. И, следовательно, условность этого образа – условие его существования.

    Не являясь слишком уж усердным читателем Акунина (но при случае с удовольствием включаясь в игру с русской историей и литературой), испытываю некоторое радостное возбуждения от мысли, как быстро это произошло: от появления первого романа, подписанного «Б. Акунин» («Азазель» 1998), не прошло еще и десяти лет, а поди ж ты.


     
     
    © 2005 - 2021 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •