Андрей Манчук Андрей Манчук Почему американские студенты захотели назад в СССР

Современная американская реальность проигрывает советскому прошлому по целому ряду важных показателей. Судя по результатам соцопросов, сегодня эта мысль овладевает умами многих образованных тинейджеров в университетских кампусах США.

5 комментариев
Сергей Миркин Сергей Миркин Борьба с коррупцией на Украине направлена против мира

«Антикоррупционная ветвь власти» Украины, служа интересам глобалистов, напоминает лекарство от болезни, которое может причинить организму больший вред, чем болезнь. Через преследования политиков она проталкивает линию продолжения противостояния Украины с Россией.

0 комментариев
Тимофей Бордачёв Тимофей Бордачёв Договориться мировым державам будет сложнее, чем в Ялте

Современные руководители самых важных держав планеты находятся в намного более сложном положении, чем их предшественники в прошлые столетия на Венском конгрессе или Ялтинской конференции.

6 комментариев
30 сентября 2010, 10:00 • Авторские колонки

Андрей Архангельский: Химкинский Шнур

Тут ведь не банальное обывательское «мне по фигу на ваш Химкинский лес и на ваше гражданское самосознание». Тут именно сознательное равнодушие, которое тоже по-своему позиция, и по-своему интересная.

Хотя смысл песни и клипа мне глубоко антипатичны, это не мешает мне оценить талант создателей: эта работа оригинальна, символична, лаконична; наконец, это просто смешно, особенно вот это – «А сейчас будет про Химкинский лес: Хим-кин-ский лес». Лично я в клипе увидел не столько насмешку над Шевчуком или защитниками леса, сколько пародию на сказочное, утопичное сознание, в основе которого лежит представление о мире, как о глобальном поле битвы Добра и Зла (а не борьбы интересов, что более продуктивно).

Шнур считает, что демократия – это кукольный театр, и почему бы ему так не считать? Даже певец Кобзон на днях сказал, что мы живем в свободной стране и говорим, что думаем

Образы художника Николая Копейкина, которые Шнуров использовал в клипе, выражают, в общем, ту же идею: россияне – это большие дети, чье сознание было сформировано борьбой между Иваном-дураком и Бабой Ягой, старухой Шапокляк и Чебурашкой, Волком и Зайцем, СССР и США, и дальнейшего развития не получило. Именно из-за схематичности мышления любое благое начинание оборачивается кликушеством, что доказали не только 1990-е с либерализмом, но и 2000-е с патриотизмом и державностью.

Кто бы ни был русский человек – либерал, стоматолог или мэр Москвы – он чаще всего воспринимает окружающий мир как борьбу Добра (то есть себя) со Злом (то есть всеми остальными): он не способен абстрагироваться, встать на другую точку зрения, посмотреть на себя со стороны. Это обобщение, правда, не имеет отношения к ситуации с Химкинским лесом, но в целом насчет мессианства верно подмечено: оно присуще не только борцам за экономию средств при строительстве скоростных магистралей.

Главная мысль у Шнура – что если ты поешь про свободу, а тебе за это «капает цент», то это уже не свобода. Это обычное в наших краях обвинение, но после клипа я как-то задумался: почему? Потому что в массовом сознании до сих пор не решен вопрос о том, как сочетаются деньги и свобода. И вот я размышлял.

Главная мысль у Шнура – что если ты поешь про свободу, а тебе за это «капает цент», то это уже не свобода (Кадр из клипа «Химкинский лес»: musicalclip.net)

При капитализме платят за все, что имеет успех, потому что фундамент, матрица капитализма – не идеология, а выгода. Деньги все уравняли: если мат в песнях хорошо продается – за это капает цент. Если тема сексуальной раскрепощенности – за это капает тот же цент. А если свобода становится модной темой – капает цент за свободу. Свобода сейчас – модная тема: соответственно у тех, кто поет про свободу, по законам рынка растут гонорары и количество концертов (это в идеале. На самом деле, как в случае с Нойзом МС, концерты, наоборот, прикрывают). Я не вижу никаких противоречий, и морали это не отменяет, потому что все равно остается вопрос, что вначале – свобода или деньги, убеждения или деньги? Примерно так, но если бы не Шнур, я не задумался бы над этим вопросом.

Наконец, и это самое главное – Шнур выразил мнение той группы людей, которая обычно отмалчивается, но между тем составляет весомую часть общественного ландшафта. Эти люди как-то ускользали, они вообще не привыкли высказываться, у них не было своего певца. Что это за люди?

Тут  ведь не банальное обывательское: «мне пох... на ваш Химкинский лес и на ваше гражданское самосознание». Тут именно сознательное равнодушие, которое тоже по-своему позиция. Эти люди сочетают неверие в Россию с верой в ее неизменность. Фраза дикая, но на самом деле в ней есть смысл. Эти люди не верят, что «здесь» может быть по-другому: эта отрицательная формула дает им, тем не менее, точку опоры. Разговоры о демократии вызывают у них изжогу, но не потому, что они дикари. А потому, полагают они, что между демократией и Россией есть какое-то незаполненное, отсутствующее, мистического происхождения звено. И прежде чем вводить «здесь» демократию, нужно что-то такое, чего они и сами не знают, но без чего все остальное бессмысленно: и Химкинский лес, и отставки, и свободные выборы, и прочее.

Они многого добились для себя, но по поводу России в целом настроены скептически. Они никогда бы не подписались ни под идеализмом Обамы с его «Да, мы можем», ни даже под более сдержанным идеализмом Медведева с его «Вперед». Они подписались бы только под чем-то вроде «Мы должны исходить из традиционно сложившихся у нас экономических и политических реалий», что в переводе на русский означает «ничего менять не надо, потому что все рухнет к х...»

Весь этот социальный пессимизм ничуть не мешает самой прослойке жить вполне по-европейски, но в отношении народа они уверены, что ему это «лишнее» и что ему «рано». Они не могут понять, что загадочное «незаполненное звено» – они сами, и проблема их в том, что они неспособны даже мысленно перепрыгнуть от реальности к  мечте. В чем-то, например, в поднятии тяжестей житейских, они сильны, а вот прыгнуть не умеют.

Однажды мне пришлось по долгу службы выпивать со Шнуром у него дома, и не без удовольствия, и я могу с некоторой уверенностью утверждать, что Шнуровы цинизм и неверие не наносные. Он действительно считает, что в России ничего не изменится, что страна такая и что тут «нужен царь» – так и сказал. И поэтому то, что я, допустим, считаю борьбой за гражданские права, Шнур считает битвой одних дураков с другими, одного кукольного театра с другим. Шнур именно и считает, что вся демократия – это кукольный театр, и почему бы ему так не считать? Я, в общем, не вижу проблемы: даже певец Иосиф Кобзон на днях сказал, что мы – свободные люди, и каждый говорит, что думает.

Наш музыкальный ландшафт был всегда однобоким: то засилие радужной попсы, то недолгий расцвет рока, но чтобы внутри одной эпохи два мировоззрения выясняли между собой отношения, не припомню. У писателей это встречается сплошь и рядом, а вот в музыке как-то не очень. Теперь будет весело: рифмованный ответ Шнуру скоро последует – от Нойза МС, конечно, который мастер писать ответки. Честно, я буду рад хотя бы этой песенной полемике, потому что новый язык и новая эстетика вырабатываются именно в таких спорах. Большая проблема для любого автора была до сих пор не в том, что ему нечего было сказать, а в том, что некому; и в конечном итоге неважно, что толчком к оживлению музыкальной жизни послужила личная неприязнь Шнурова к Шевчуку и ко всему русскому року.