Новый закон об иностранных агентах требует уточнений и разъяснений

Число иностранных агентов в России может увеличиться. В Госдуму внесен законопроект, согласно которому в случае признания СМИ иноагентом распространять информацию оно может только с помощью учрежденного им же российского юридического лица, которое будет выполнять функции иностранного агента.

Кроме того, предлагается добавить в закон о СМИ норму о том, что физических лиц тоже можно признавать средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, в том случае, если они получают зарубежное финансирование.

Как заявил вице-спикер Госдумы Петр Толстой, таким образом блогеры тоже могут стать иноагентами, «если они являются СМИ и получают финансирование из-за рубежа».

Парламентарий уточнил, что, «в принципе, мы не рассматриваем блогеров в контексте этого закона»: «Речь идет о том, что у нас владельцами СМИ могут быть не только юридические, но и физические лица. Соответственно, если физическое лицо приравнено к СМИ, а у нас есть такие, и получает иностранное финансирование, при этих двух условиях оно может быть признано иноагентом».

Со своей стороны, глава комиссии Совфеда по защите государственного суверенитета Андрей Климов заявил, что «присвоение физлицу статуса иноагента – это не обвинение в шпионаже и не преследуется уголовно», и подчеркнул, что реакция на подобную деятельность физлиц

«должна быть адресной и адекватной, без массового явления».

«Присвоение статуса иноагента физлицу, которое занимается политической или пропагандирующей деятельностью в России, но при этом использует зарубежные средства, не является нарушением прав человека. Эти лица сами решили быть агентом иностранного государства», – сказал Климов, отметив, что текст законопроекта пока не читал и «комментирует суть».

Отметим, что некоторые блогеры обладают аудиторией, которая и не снилась многим традиционным СМИ. Общая аудитория блогеров Максима Голополосова и Юрия Морозилки, о которых читатели газеты ВЗГЛЯД, возможно, и не слышали, значительно больше 10 млн человек.

Для регулирования контента популярных блогов в России в 2014 году был принят закон, согласно которому владельцы блогов с аудиторией свыше 3000 пользователей в сутки должны регистрироваться в Роскомнадзоре, но фактически он так и не заработал. В июле этого года он был отменен в связи с новой редакцией закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». 

На эту тему
• Евродепутаты осудили вмешательство «инагентов» в межнациональную сферу
• Информационная война против Китая выходит на новый уровень
• Неудачную фразу школьника использовали в информационной войне против России

Получается, в настоящий момент, по сути, существует если не правовой вакуум, то как минимум разреженное пространство в сфере регулирования активности блогеров. Чтобы быть привлеченным по статье УК 282 за репост чего-нибудь возбуждающего какую-нибудь рознь, достаточно самого факта регистрации в соцсети или на форуме, а число читателей не имеет значения.

Крайне важно, чтобы нынешнее расширение закона об иноагентах не привело к абсурдным перегибам на местах. Вроде тех, которые с удивлением обнаружил президент России на ежегодной пресс-конференции, когда узнал, что против россиян возбуждаются уголовные дела за использование GPS-датчиков для крупного рогатого скота.

Закон об иноагентах неоднократно критиковался в связи с тем, что прокуроры, особенно в регионах, повально признавали «иностранными агентами» НКО, занимающиеся благотворительностью или медицинской и экологической деятельностью.

Отчасти в этом виновато не чрезмерное рвение прокуратуры, а неясность и неоднозначность формулировок закона, когда «иноагентом», по сути, может быть признана абсолютно любая организация, получившая из-за границы любую сумму по любому поводу. Даже странно, что до сих пор не назван иноагентом, скажем, Сбербанк, более 45% акционеров которого – юридические лица – нерезиденты РФ.

Поэтому крайне важно в случае расширения закона об иностранных агентах наконец четко сформулировать – в чем признаки иноагента, что есть политическая деятельность? А что ею являться не может и что подразумевается под «финансированием»?

Если блогер размещает у себя рекламу от «Гугла» – американской организации – он является иностранным агентом?

Если журналист, параллельно ведущий личный телеграм-канал, пишет статью для иностранного издания и получает за это гонорар – он является иностранным агентом? А если он в своем канале рекламирует СМИ, признанное иноагентом?

Если телеканал размещает рекламу иностранного автомобиля – он является иностранным агентом?

А если оператор сотовой связи, среди акционеров которого есть иностранные частные и юридические лица, размещает свою информацию в российском СМИ – не становится ли это СМИ иноагентом?

Вопросов множество, и все они требуют четкого и не допускающего двойных толкований ответа от законодателя для предотвращения злоупотреблений и неоднозначных решений прокуратуры и других правоохранительных органов.

Ужесточение законодательства о распространении информации и закрытие своего информационного пространства от иностранцев – это, к сожалению, одна из реалий вернувшейся к нам холодной войны. Важно, что в России, в отличие от США или Украины, это происходит без истерик и шпиономании. Хорошо бы, чтобы так было и впредь.