Рублю предложили расслабиться

Глава Сбербанка Герман Греф заявил, что ожидает ослабления рубля к концу 2025 года. На это, по его словам, повлияет в том числе снижение ключевой ставки. Снижение курса рубля приведет к уменьшению рисков для экспортеров и бюджета. Это позволит поддержать стабильность бюджета в условиях изменяющейся мировой экономической конъюнктуры, добавил он.

По последнему макропрогнозу Сбербанка, к концу текущего года курс рубля может достигнуть отметки 90 рублей за один доллар США.

Российский рубль в этом году показывал чудеса стабильности. Даже август ему удалось пройти стабильно, хотя исторически это не самый удачный месяц для курса. Однако с конца лета тренд начал меняться.

«Оставаться рублю таким крепким помогала в первую очередь жесткая денежно-кредитная политика Центрального банка России и указ президента об обязательной репатриации валютной выручки на бирже», – говорит Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.

Однако в конце августа этот указ отменили. «Предложение иностранной валюты в стране для продажи стало сокращаться при прежнем спросе на нее, после чего рубль и начал постепенно слабеть, потеряв с тех пор (с 22 августа) уже примерно 2,5%», – говорит эксперт.

На эту тему
• Мировому лидерству России в экспорте пшеницы не страшна даже засуха
• Судьба рубля зависит от решений на Аляске
• Когда россияне снова смогут покупать дома и машины

При этом осенью традиционно растет спрос на иностранную валюту со стороны импортеров, поэтому, не исключает Чернов, падение рубля вполне может продолжаться в ближайшие месяцы.

Дальнейшие прогнозы курса зависят от решения ЦБ в пятницу на следующей неделе. На рынке нет сомнений, что регулятор пойдет на снижение ставки (вопрос: насколько) – и от этого зависит судьба рубля.

У Банка России большое пространство для снижения учетной ставки, заявил глава Минэкономразвития РФ Максим Решетников. Он отметил, что ситуация с инфляцией сейчас коренным образом отличается от начала года, так как в последние два месяца, если отбросить традиционную индексацию тарифов ЖКХ в июле, наблюдается дефляция. На рынке кредитования по-прежнему охлаждение.

«Оценки Минсельхоза по урожаю достаточно благоприятные, поэтому каких-то дополнительных рисков не видим... Плюс курс достаточно крепкий, вопрос по ценам на непродовольственные товары не столь остро стоит», – отметил министр.

Однако за это приходится расплачиваться охлаждением экономики, которая в июле выросла всего на 0,4% против 1% в июне в годовом выражении. «Мы видим, что инфляция в ценах производителей прекратилась – цены за год не изменились, что в общем не очень хороший фактор – это говорит, что спроса недостаточно в экономике. Мы видим, что многие машиностроительные заводы сейчас недозагружены», – добавил он.

В банке ПСБ ждут снижения ставки на 200 б. п. (или на 2% – до 16%) в следующую пятницу, но не удивятся и более смелым решениям Банка России – снижению ставки на 300 б. п. (или на 3%).

Однако Чернов не ждет снижения ставки сразу на 300 б. п., а прогнозирует смягчение ставки на 100-150 б. п. или максимум на 200 б. п., как на прошлом заседании, до 16%. Николай Дудченко из ФГ «Финам» тоже ждет снижения ставки на более чем на 100-200 б. п.

«Надо признать, что снижение ставки на 200 б. п. – до 16% годовых – принципиально ситуацию не изменит, курс рубля будет относительно спокойным. Ситуация начнет меняться, когда уровень ставки снизится до 12-14%»,

– говорит Дудченко.

Шаг до 200 б. п. во многом заложен в стоимость рубля, поэтому движения курса не должны быть взрывными, поясняет Чернов. Поэтому он ждет роста курса доллара в сентябре примерно до 83 рублей при условии отсутствия дополнительных внешних шоков, в первую очередь санкционных.

Но если российский регулятор удивит рынок и пойдет на более смелые шаги по снижению ставки, то простимулирует более резкое ослабление рубля. «Более быстрое снижение ставки ЦБ сделает кредиты доступнее, простимулирует потребление внутри страны, что, с одной стороны, повысит импорт и спрос на инвалюту, а с другой – снизит интерес инвесторов к рублевым активам. Это может привести к ослаблению рубля», – поясняет Дудченко.

Однако пока эксперты ждут плавного ослабления рубля. «Курс доллара в сентябре может колебаться в диапазоне 80–83 рублей с возможными резкими всплесками до 85 рублей и потенциалом роста до 88–92 рублей к декабрю при сохранении негативных факторов. Курс единой европейской валюты способен достичь 95 рублей в ближайшие дни и подрасти до 100–110 рублей к концу года», – прогнозирует Чернов из Freedom Finance Global.

«В нашем базовом сценарии курс доллара может подняться в диапазон 90-93 рубля, а курс евро может вырасти до 97-99 рублей. Но все будет зависеть от траектории ставки. Есть факторы, например, инфляционные ожидания, которые могут повлиять на решения ЦБ», – говорит Дудченко.

Между тем есть те, кто уже заждались ослабления рубля. В первую очередь это экспортеры. «Для компании-экспортера каждое увеличение стоимости доллара на один рубль прибавляет к рублевой выручке сумму, равную долларовой выручке. Как пример, если у компании 1 млрд долларов экспортной выручки в год, то при ослаблении курса рубля к доллару на один рубль рублевая выручка компании увеличится на 1 млрд рублей в год

(до налогов и импортных издержек)», – поясняет Чернов.

На крепкий рубль, в частности, жаловались российские аграрии, так как валютные доходы от экспорта пшеницы при пересчете в рублевую выручку сжимаются, что снижает рентабельность. Весной аграрии жаловались, что если в 2024 году рентабельность зерновых была около 20%, то в этом году упала до нуля в некоторых регионах. Это касается любых компаний, которые имеют высокий вес в структуре выручки. Это и нефтяники, и металлурги, и угольщики, и химики.

Бюджетные доходы тоже от этого страдают. Кроме того, что падают нефтегазовые доходы бюджета из-за снижения котировок, так еще и крепкий рубль усугубляет это падение.

«Нефтегазовые доходы бюджета напрямую зависят от курса доллара и рубля, но это лишь один из факторов его наполнения, а не точная формула. На фактический эффект влияют также цены на нефть и ее логистику, коэффициенты НДПИ/демпфера, скидки Urals и объемы экспорта и т. п.», – заключает Чернов.