Взгляд
12 августа, пятница  |  Последнее обновление — 17:40  |  vz.ru
Разделы

    Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
    НОВОСТЬ ЧАСА: В Эстонии заявили о планах «закрыть» Финский пролив для российских военных кораблей

    Главная тема


    Европе придется поставить Польшу на место

    «поворотный момент»


    Президент Финляндии предупредил Европу об угрозе

    схема вывоза


    На Украине пожаловались на бегство призывников на подконтрольную России территорию

    «вкус останется »


    Голландская компания убрала слово «русский» из названия яичного салата

    Видео

    погодный фактор


    Время стало играть против Украины

    неполитические методы


    У США остался последний шанс остановить Трампа

    спланированные действия


    Прибалты использовали Зеленского для «отмены русских»

    новая эмиграция


    Латвия увидела опасность в российских оппозиционерах

    НАСТОЯЩАЯ ИСТОРИЯ РОССИИ


    Как Россия восстанавливалась после краха СССР

    готова сражаться


    Владимир Можегов: Венгрия выбрала Чака Норриса вместо трансвеститов

    пропагандировать и продвигать


    Игорь Караулов: В сфере культуры не стоит копировать Украину

    проект-300


    Герман Садулаев: России пора вернуть свое небо

    на ваш взгляд


    Надо ли запретить въезд в Россию гражданам Латвии и Эстонии в ответ на санкции против россиян?

    Рок и шансон – близнецы-братья

    ДДТ
       16 октября 2006, 19:29
    Фото: ufa.sretenie.ru
    Текст: Гуру Кен

    Когда говорят, что изрядное число россиян предпочитают шансон всем другим музыкальным жанрам, говорят не всю правду. Забывают упомянуть, что русский рок – зачастую тот же шансон, только в упаковке для другого покупателя.

    Подождите сурово хмурить брови. Вопрос далеко не так прост, как предполагается большинством адептов одного-единственного жанра. У шансона с русским роком куда более близкая связь, чем с джазом или хеви-металом. Собственно, зачастую превращение юного рок-фаната в немолодого любителя шансона происходит на протяжении короткой студенческой жизни. И чем дальше от Москвы, тем неизбежнее.

    Русская кухня

    Андрей Вадимович Макаревич в последние годы с удовольствием поет шансон с легкой примесью джаза, выпустил только что с Оркестром креольского танго уже пятый альбом
    Андрей Вадимович Макаревич в последние годы с удовольствием поет шансон с легкой примесью джаза, выпустил только что с Оркестром креольского танго уже пятый альбом

    Еще лет 20–30 назад по дворам да по кухням пели под гитару все подряд. Но ведь не Пугачеву или Кобзона пели, а вполне определенные вещи – дворовые, босяцкие, кабацкие, блатные. И русский рок. Вперемешку. То Розенбаум, то Макаревич. То Аркаша Северный, то Константин Никольский.

    Сразу оговорюсь, сами рок-музыканты так никогда не считали. Они-то все родом из «Битлз» или «Роллинг Стоунз», никак не меньше. Кто пообразованнее, те родом из «Пинк Флойд». И стоять-то рядом с Аркашей Северным им зазорно.

    Впрочем, не всем. Андрей Вадимович Макаревич в последние годы с удовольствием поет шансон с легкой примесью джаза, выпустил только что с Оркестром креольского танго уже пятый альбом. Заметьте, альбом «Старая Машина» – это песни той самой старой «Машины», но в стилистике шансона. Посидел я на презентации в КЗ «Мир» и пришел к нелегкому выводу, что Макаревич всю свою «Музыку под снегом» ведь так и задумывал когда-то – легкий интеллигентный шансон, блатняк без блатных.

    Тут легко запутаться в терминологии. Скажем, Иван Московский считает, что это он в 1996 году придумал общее название всему жанру дворовой песни – «русский шансон». Есть версия, что этот термин впервые появился в обиходе во Франции, когда на пластинках Вертинского 30-х годов, а потом и Высоцкого с Галичем стали писать ознакомительное «chanson a la russ», то есть «русская песня». Термин подхватили шустрые американцы, и в 80-х в журнале Billboard появились чарты русской нецензурной музыки, которую американские эксперты стали называть все тем же русским шансоном.

    Что уж говорить о терминах в шансоне, коли даже понятие «русский рок» не все понимают и принимают? Русский рок как отдельный музыкальный жанр, не имеющий аналогов в мире (как ни крути), родился из скрещения общепринятого мирового рока с могучей русской литературной традицией. Если же вспомнить тоталитарный контекст советских 70-х, то понятна чуткость русского рока к свободному искреннему слогу. До сих пор рок-слушатель с легкостью улавливает фальшь в голосе фронтмена и презрительно кидает: «Попса!»

    Но вот что странно: точно такая же реакция на ложь и у любителя шансона! Почитайте форумы – сколько негодования вызывает, например, песня, где заключенные нетрадиционной ориентации садятся за стол с ворами в законе и выслушивают от них наставления про правильную житуху. «Этого не может быть никогда!» – восклицают негодующие голоса. Никогда вор не сядет за один стол с «опущенными», и никакой характерной хрипотцой и прочими жанровыми стандартами ложь не задрапировать.

    Так чем же русский рок и русский шансон так близки, кроме слова «русский»? И того, что первый почти никакого отношения не имеет к классическому року, второй – к классическому шансону?

    Музыка под снегом

    ДДТ
    ДДТ

    Проведите опыт. В любом аудиопроигрывателе замедлите скорость воспроизведения песни, скажем, ДДТ. Раза в два. Не правда ли, сильно напоминает кое-что из русского шансона? Можно сделать и обратный опыт. Взять песню Михаила Круга и ускорить в два-три раза. У вас наверняка получится почти русский рок. Отчасти этот нехитрый фокус объясняется сходством рисунка ритм-секции и использованием преимущественно минорных гармоний в обоих жанрах.

    Однако ведь вербальную начинку подменить нельзя. Что у нас с текстами? Каким глаголом жжем сердца? Сравним для чистоты эксперимента тексты известных исполнителей в своих жанрах, не замеченных в заступах на территорию друг друга. Упомянутого Макаревича вычеркиваем, Скляра с его сольным Вертинским тоже, «Агату Кристи» – туда же, Шевчук сам практиковал в «Единочестве» (и не только) шансон, Гребенщиков «засыпался» на том же Вертинском. М-да, не такое простое это дело.

    Возьмем изысканного декадента Эдмунда Шклярского и на примере текстов рафинированного «Пикника» попытаемся доказать, казалось бы, невозможное. «Пикник» и шансон – две вещи несовместны?

    Вот цитата из песни «Я почти итальянец»:

    Ты думал – мы дети белого холода,
    Ты думал – мы больше не сделаем шаг
    И новые ветры вернутся не раньше,
    Чем ты досчитаешь до ста.

    Ты думал – дыхание наше глубоко,
    Ты думал – наверно, мы скованы сном.
    А мы открыли двери и окна настежь,
    А иначе зачем это все
    .

    А вот цитата из песни Михаила Круга «Чифирнуть бы ништяк»:

    Пар клубит изо рта – не беда,
    И еще протянуть бы чуть-чуть.
    Поломать может жизнь, это – да,
    Но не всех удается согнуть.

    И досадно, конечно, встречать Новый год,
    Из закуски имея одну только пайку,
    Холод крепко в объятия ночью берет
    И ныряет заточкой меж ребер под майку
    .

    Тема обретения личной свободы через преодоление внешних препятствий подана под разными стилистическими соусами. Что не мешает использовать одни и те же образы: дыхание в морозную ночь, ветер, отсутствие сна, движение как символ жизни. И оба текста подводят к главному условию выживания – горячему сердцу: «Вот сейчас мое сердце расплавится, / Я почти итальянец» и «Не замерзнуть душой бы, / Ведь главное это».

    При всей волатильности поэтических качеств обоих текстов (оставим окончательные оценки литературоведам) сходства в них больше, нежели различий. Что уж говорить про городской романс Андрея Макаревича или эпос Юрия Шевчука? Теперь вспомним сходство гармоний и ритмических структур. Что же получается?

    Вышли мы все из народа

    Александр Скляр
    Александр Скляр

    Оба жанра выросли примерно в одно и то же время в одной стране. Шансон активно повествует о страданиях притесняемых «ментами» «нормальных пацанов». Рок-музыка повествует об активно притесняемых государством свободных людях, любящих настоящий рок. Итак, в основе вербального высказывания обоих жанров – протест. Протест наложился на смешанную русско-еврейскую распевность и, как ни странно, еврейско-англосаксонский бит (одесские песни и битловский альбом «Help!» отличались мелодикой, но не ритмикой). Получился неведомый ранее жанр.

    Только в случае с преобладанием темы «за жизнь» в блатном аспекте – а в СССР чуть ли не каждый третий сидел, а каждый второй его стерег – получался тот самый шансон. А если «за жизнь» хотел высказаться битломан или стиляга, неизбежно получался русский рок.

    Тем, кому вообще нечего было сказать, приходилось играть чистую музыку, не испорченную вмешательством словесного разума, например хеви-метал или джаз. Эти преуспели меньше всех. Играть лучше зарубежных первоисточников они так и не научились, а от своего народа признания так и не дождались.

    Близнецы-братья

    … И все же. Зачем Макаревичу понадобилось переделывать старую «Машину»? Он говорит так: «Бывают песни одноплановые, которые как сыграны, так и звучат, и больше с ними ничего делать не надо, а бывают песни, в которых заложено больше, чем сделано в аранжировке, и они подразумевают второе, третье прочтение, как хорошая пьеса. Таких песен набралось тринадцать. Мы сознательно пошли на то, чтобы наши аранжировки не напоминали оригиналы «Машины», – иначе не стоило и затевать все это дело».

    Вопрос об экспериментах с шансоном и Вертинским я задал и Александру Ф. Скляру. Он рассуждает так: «Есть люди, которые поют Вертинского. Есть люди, которые поют романсы. Есть люди, которые играют рок-н-ролл, играют цыганскую музыку. Но нет артиста, который все делает одновременно. А я это делаю. Сегодня я могу играть электрический «Ва-Банкъ», а завтра петь Вертинского во фраке».

    Нет-нет, я не ждал от рок-музыкантов признания в любви к шансону. Думаю, если бы я спросил аналогичное у Л. Успенской или А. Новикова, они тоже вряд ли бы сознались, что по ночам слушают «Машину времени» или «Пикник». Дело не в словах.

    «Я люблю такую музыку, потому что она – о жизни. Обычно ее слушают люди много пережившие, настрадавшиеся. Мне она просто по душе, а мат – это еще одна сторона, конечно же не лучшая, но ведь жизнь состоит не только из розовых красок и красивых слов, а музыка – это лишь зеркальное отражение нашей жизни...»

    Это написала одна из почитательниц шансона, но могла бы написать фанатка Александра Лаэртского или группы «Ленинград». Знаете, на сайтах есть такая фишка: если вы заходите с российского IP-адреса, вам показывают русское меню. Если с английского – английское.
    Так вот, русский рок и русский шансон – близнецы-братья.
    Только у слушателей разное меню.


     
     
    © 2005 - 2021 ООО «Деловая газета Взгляд»
    E-mail: information@vz.ru
    ..............
    В начало страницы  •
    На главную страницу  •