Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов Аппетиты Израиля могут вырасти

Очевидно, цель Израиля – не в обретении новых территорий, а в обеспечении выживания в рамках уже имеющихся территорий и в условиях полностью враждебного окружения. Цель Израиля – не непрерывная война, цель – ослабление и разобщение противника, а война – средство.

0 комментариев
Андрей Манчук Андрей Манчук Иран переживает нашествие варваров

Атаки на исторические памятники древней Персии отнюдь не случайны – они вполне могут иметь осознанный и даже демонстративный характер. Еще в 2020 году Трамп говорил: «Мы уже наметили пятьдесят две цели в Иране... Некоторые из них очень важны для Ирана и иранской культуры. И по этим целям будет быстро нанесен удар».

5 комментариев
Андрей Колесник Андрей Колесник Мы вступили в новую террористическую реальность

В начале 2000-х Россия уже справилась с первой тогда для нас волной терроризма в его кавказско-исламском изводе – на том уровне знаний и технологий. Теперь нам предстоит победить терроризм и в его украинско-бандеровском варианте, в современных условиях.

20 комментариев
30 ноября 2006, 08:52 • Культура

Любовь зла – полюбишь и Париж

Tекст: Алена Данилова

Похоже, что обаяние фильма «Мужчина и женщина» на современный вкус несколько устарело. Во всяком случае, из двадцати одного режиссера разной степени именитости задачу снять короткий эпизод о любви, привязанный к конкретному парижскому кварталу, никто не решил традиционно. Что, с одной стороны, способствовало яркости картины и ее жанровому разнообразию.

Но с другой – внесло в название фильма долю иронии, если не сарказма. Во всяком случае, большинство режиссеров, принявших участие в проекте, кажется, готовы были добавить к названию ленты подзаголовок «Любовь зла».

Незнакомый Париж

Кадр из фильма «Париж, я люблю тебя»
Восемнадцать новелл, действие которых происходит в восемнадцати кварталах Парижа, – для поклонников этого города картина обещала стать ностальгической экскурсией по любимым местам. Но не тут-то было. Сена, площадь Бастилии и кусочек бульвара Сен-Мишель оказались в этом фильме если не на эпизодических, то уж точно на ролях второго плана.

Режиссеры, не сговариваясь, наложили вето на туристический Париж. А если и обращались, как Сильвен Шоме («Трио из Бельвиля»), к такой избитой достопримечательности, как Эйфелева башня, то лишь затем, чтобы втоптать в грязь все роящиеся вокруг нее стереотипы и чтобы главный символ Парижа совершенно потерялся в безумной истории любви двух мимов.

Зато не только туристы, но, кажется, и коренные парижане получили возможность открыть для себя ранее не виденные кварталы. Действие новелл «Далеко от 16 округа», «Площадь де Фет», «Порт де Шуази» происходит в эмигрантских районах, куда, кроме местных жителей, мало кто забредает. Комплекс вины перед бывшими колониями терзает французов не на шутку, поэтому нечего удивляться, что в фильме о любви к Парижу и любви вообще рассказана пара-тройка душещипательных историй о том, как мать-одиночка бросает грудного ребенка в яслях, чтобы нянчить буржуазного малыша, или о чернокожем, потерявшем работу и зарезанном хулиганами. И все это в декорациях мрачных спальных районов, где не ступала нога д’Артаньяна.

Пятиминутки любви

В конечном итоге финальной фразой все равно будет: «Париж, я люблю тебя»
Однако даже если социально-политический аспект парижской любви навевает на кого-то неизбывную тоску, ничего страшного. Ведь каждая из короткометражек длится около пяти минут, а значит, скучать придется недолго. Тем более что среди эпизодов фильма попадаются настоящие маленькие шедевры, снятые монстрами мирового кинематографа и украшенные самыми неожиданными в контексте этой картины звездами.

Элайджа Вуд снялся в стильной пародии на вампирский хоррор, недвусмысленно отсылающей к признанному мастеру жанра и киноотцу вечно живого Фредди Крюгера Уэсу Крейвену, который в свою очередь порадовал зрителей остроумной историей ссоры влюбленных на кладбище Пер-Лашез, увенчанной появлением призрака Оскара Уайльда.

Несомненное первенство – а такого рода картины всегда в той или иной степени остаются соревнованиями – за блестящими эпизодами, снятыми братьями Коэн и Томом Тыквером («Беги, Лола, беги»). Первые в новелле «Тюильри» вместе со своим героем в исполнении Стива Бушеми размазали по платформе знаменитого парижского метро слащавый миф о городе влюбленных. Впрочем, сделали это не только иронично, но и в высшей степени виртуозно, в чем им немало помог оператор Брюно Дельбоннель, приложивший руку к культовой «Истории Амели Пулен». Тыквер в манере динамичного и ритмичного повествования рассказал историю любви начинающей актрисы (Натали Портман) и слепого, в самом финале неожиданно нарушив комическим недопониманием и приведя к хеппи-энду уже обозначившуюся драму.

И все же сколь остроумны ни были бы эпизоды, придуманные и воплощенные мастерами мирового кино, гораздо большее отношение к названию фильма имеют новеллы, снятые аборигенами, – менее претенциозные, однако хранящие аромат и индивидуальность Парижа и только его одного. Брюно Подалидес, Ришар ла Гавернез, Жерар Депардье и Фредерик Обюртен, очевидно, рассказывали о родном, над чем порой не грех и пошутить, однако в конечном итоге финальной фразой все равно будет: «Париж, я люблю тебя».

Невероятный разброс жанров и стилей позволит оценить картину или какую-то ее часть и закоренелым скептикам, и неисправимым лирикам. С продюсерской точки зрения это неплохой ход, как и собранная в фильме коллекция разноплановых звезд от Фани Ардан до Ника Нолти. Однако, кроме калейдоскопического разнообразия, хотелось бы уловить и некое объединяющее начало, и желательно что-то помимо оригинального утверждения «Париж – город контрастов».