Сергей Лебедев Сергей Лебедев Почему у США нет никакого плана по Ирану

Трамп строит всю свою политику вокруг сверхзадачи по ослаблению Китая. Китайская экономика же достаточно сильно завязана на нефтегазовые потоки из Ирана, поэтому хаос на Ближнем Востоке в первую очередь бьет по геоэкономическим позициям Китая. И это главное для США, а остальное – сопутствующий ущерб.

15 комментариев
Игорь Караулов Игорь Караулов Показное благочестие компрометирует традицию

Ислам делают орудием раскола, но он же становится и жертвой. Нам пытаются внушить, что агрессивный прозелитизм – это специфическая черта, присущая именно исламу. Но ведь это не так.

7 комментариев
Дмитрий Скворцов Дмитрий Скворцов Война с Ираном вызвана внутренним напряжением у Трампа

Электорат Трампа, ожидавший падения «вавилонских башен» Вашингтона, видит лишь смену декораций при тех же правилах игры. Это разочарование становится топливом для оппозиции перед грядущими выборами.

7 комментариев
23 ноября 2006, 16:01 • Авторские колонки

Кирилл Харатьян: Конец 007

Войдя в темный пустой офис, немолодой джентльмен обнаружил там красивого, статного мужчину; джентльмен вынул из ящика стола пистолет и пытался выстрелить в него, но красивый мужчина предвидел это и заранее разрядил оружие; паника отразилась на лице джентльмена, и красивый мужчина спокойно убил его.

Толпа осталась равнодушна.
А потом тот же красавец...

(Сзади радостно пьяные девушки громким шепотом спорили, точно ли он хорош собой, ну, пришли к выводу, что и хорош, и сексуален; потому я и пишу: красавец!)

...тот же красавец мордой какого-то мужика разбил сантехнику в туалете, и толпа благодушно засмеялась; и прямо-таки зашлась толпа от смеха, когда герой утопил того же мужика в уцелевшей раковине.

Это мы с 10-летним сыном и его матерью пошли на новейшего Джеймса Бонда в исполнении Дэниэла Крейга: сын считает, что семья должна хотя б иногда бывать вместе, и придумывает для этого соответствующие поводы. Вот, по его мнению, просмотр «Казино Рояль» как раз и способствовал бы семейному единению. Тем более – обещали же ему поход в кино!

Всякие напряженные психологические сцены или экранная любовь неизменно вызывали смех

...Более опытные, чем мы, кинозрители подтянулись где-то минут через пятнадцать после начала сеанса, зато мы, неофиты, разогрелись на рекламе сладкого кинобудущего, в котором нас ждут потоки крови, вселенские катастрофы, а также драконы, вампиры и иные страшные недруги рода человеческого.

Жуткие перспективы как-то смазали эффект от меткого выстрела красавца Дэниэла Крейга: что значит смерть одного джентльмена перед перспективой уничтожения планеты Земля!

Но дальше дело пошло лучше, зрители то и дело взрывались хохотом. Нет, трюки и интенсивная стрельба воспринимались с должным сосредоточенным вниманием, а вот всякие напряженные психологические сцены или экранная любовь неизменно вызывали смех. И просто в истерику зал повергло истечение кровавой слезы из изуродованного глаза главного злодея, беспринципного дельца Ле Шифра.

Сразу отвергну напрашивающееся предположение, будто зрители хохотали оттого, что как следует накурились анашой: киносеанс шел на самой что ни на есть московской окраине. Так что – никакой интеллигентщины, крепленое пиво, простая водка, сладкое вино для дам под попкорн и бутерброды; кроме того, замечу: смех от анаши безудержный, раз начавшись, он уж не оставляет накурившихся до вытрезвления, в нашем же случае смех был осмысленным, как уже и сказано выше.

В конце концов Джеймс Бонд, потеряв под счастливое ржание зала не первую уже возлюбленную, остался на королевской службе, и зрители стали расходиться.

Я весь превратился в слух.
– Ты бы пошла за него замуж?
– За Крейга? ты что, конечно! он так красиво стоял на балконе! как на рекламе!

...
– Через сколько он там ее дрючил, после того как ему яйца отбили?
– Да это вообще херня! Мне раз по яйцам дали...

...
– Такие глаза влажные!
– Это специальный препарат для этого нужен.

Кадр из фильма «Казино «Рояль»
И все в таком духе.
Не этого я ждал.
В том же кинотеатре, с той же публикой мы с сыном смотрели несколько аналогичных по сюжету фильмов – с погонями, драками, стрельбой и амурными сценами. И никакого смеха. Чем же их так развеселил именно Бонд (или Дэниэл Крейг)?

И тут, на мое счастье, из дальних рядов выбрались, наконец, два заплетающихся молодых человека; их приглушенный мат уже давно обнадеживал меня. Один из них, засмеявшись, сказал другому:
– Слышь, Юрику-то придется менять номера!
– А че?
– А у него ж белая «бэха» 007!
– Ну.
– Не круто.

Человечество, как мы знаем еще от одного бывшего фаворита России Карла Маркса, смеясь расстается со своим прошлым. Смех, говорят литературоведы, – всегда признак несоответствия. Бонд, сменив лицо с Броснана на Крейга, надо полагать, перестал быть героем российской шпаны.

Вопрос только в том, кто теперь ее герой.