На польской улице уже который месяц – праздник. Спецоперация России на Украине создала для Варшавы множество проблем (в первую очередь по приему огромного количества украинских беженцев), зато в плане русофобии можно себе ни в чем не отказывать. То, что было региональным отклонением и считалось в Европе поводом для шуток, отныне в моде.
«Польша устанавливает здесь стандарты определенного рода. То, что ранее называлось русофобией, теперь уже является мейнстримом, сегодня уже принято, как очевидность, в которой мы функционируем», – ликует премьер-министр Матеуш Моравецкий.
Однако русофобия – это то, в чем поляки вообще не чувствуют меры, даже на Калининград уже успели облизнуться. Они хотят одновременно «поставить Россию на колени» и «полностью отрезать» ее от Европы вплоть до запрета выдачи шенгенских виз и «дерусификации общественного пространства».
По настойчивой просьбе министра культуры польские театры вычеркивают из своего репертуара Чехова, а филармонии – Чайковского. Официально – временно, а там как получится.
В общем, польская власть уже перешла Рубикон, который отделяет даже несправедливые санкции от установок типа «собакам и китайцам вход воспрещен». Мы это запомним.
Как следует поступить с офонаревшими панами, газета ВЗГЛЯД писала ранее. А сейчас стоит отметить то, что в адрес польских ксенофобов наконец-то прозвучал отлуп из Западной Европы. Что характерно – от президента Франции Эммануэля Макрона. Он как будто отрабатывает комплимент, сделанный ему ранее главой МИД РФ Сергеем Лавровым.
Правда «совершенно необоснованным и возмутительным» Макрон назвал ту часть польских требований, которая касается полного отказа от диалога с Россией. Благо сам Макрон регулярно созванивается с Владимиром Путиным и планирует это делать впредь, чтобы «построить новую архитектуру безопасности в Европе»
При этом он обвинил Моравецкого во «вмешательстве во французскую избирательную кампанию». Первый тур президентских выборов во Франции пройдет в воскресенье, и та самая «архитектура европейской безопасности с участием России» является там сейчас одной из главных тем. Семь из двенадцати кандидатов выступают за выход Парижа из НАТО (но не Макрон, который, скорее всего, переизберется во втором туре).
Хотя этот заочный спор Парижа и Варшавы на повышенных тонах напрямую касается России, в полной мере на нее он не замыкается. Это открытая борьба за власть и влияние в Евросоюзе – «русофобский мейнстрим» настолько окрылил польскую власть, что она пошла в открытое наступление на позиции стран Западной Европы.
Русофобия у поляков, разумеется, искренняя, как искренен и нынешний переход за все грани приличия. Но сейчас она еще и инструмент по осуществлению довольно амбициозных планов.
Во-первых, Варшава, как там считают, теперь избавилась от единственного конкурента в лице России, который мог бы претендовать на лидерство в альтернативном проекте развития Европы – консервативном, грубо говоря, без абортов, но с ксенофобией. То есть пока еще не избавилась, да и вряд ли избавится, но гонор требует – «надо добивать».
Во-вторых, Варшава претендует на ведущие позиции в неформальном восточноевропейском блоке внутри ЕС. То есть она со своим «консервативным проектом» претендует на лидерство в ЕС в целом, но «в одни щи» осуществить это невозможно – только с группой поддержки в лице «жертв советского колониального прошлого» (Прибалтики, Румынии, Словакии, Чехии, Болгарии, а в будущем еще и Украины).
Сейчас, по мнению поляков, Евросоюз пляшет под немецко-французскую дудку, а надо чтоб плясал под польскую. Следовательно, «инструменты» соседей с запада должны быть дискредитированы одновременно с закреплением позиций «польской музыкальной школы» в странах бывшей ОВД.
Наглядный пример – отношения Польши с Венгрией. Общеизвестно, что премьер-министр этой страны Виктор Орбан на данный момент наиболее лоялен Москве из всех лидеров стран ЕС. Исходя из интересов национальной экономики, он открыто противится введению блокирующих санкций против российских энергоресурсов.
Американские СМИ называют его даже не пророссийским, а «пропутинским» политиком.
В то же время Орбан – главный партнер Варшавы в борьбе с леволиберальной европейской бюрократией («немецко-французской дудкой») и важный член так называемой Вышеградской четверки – основы того самого восточноевропейского блока с предполагаемым польским лидерством.
Поэтому ссориться с Орбаном нельзя, даже из-за России. И Моравецкий попросту отрицает очевидное, перекладывая ответственность за «слишком мягкие и неэффективные санкции» на Западную Европу, строго следуя основному плану.
«Орбан не тормозил санкций. Главные тормозящие – это крупные страны Западной Европы, те, кто боится за свой бизнес, боится последствий, а возможно, чего-то другого», – возмущается польский премьер. При этом Германия – старая соперница (правящую партию Польши отличают не только русофобские, но и антинемецкие настроения) – названа Моравецким по имени как «главный тормоз очень решительных санкций», а французы явно подразумеваются.
То есть «недостаточно жесткая позиция в отношении России», отказ от кенселинга всего русского – это то, что должно, по мнению Польши, подорвать полиции западноевропейских стран в пользу польских. А спецоперация на Украине стала поводом для того, чтобы заявить о давно вынашиваемых амбициях.
Над желанием поляков возвыситься над Берлином и покорить Брюссель можно иронизировать, но у них в этом деле есть мощный союзник – США. Варшава – добровольный и весьма инициативный проводник интересов Вашингтона в Европе (что вызвано в том числе историческими причинами).
Чем выше влияние Польши в ЕС, тем выше влияние Америки там же, так что спор Моравецкого с Макроном – это эпизод сложной и долгой политической игры, а не просто очередное свидетельство клинической русофобии ясновельможных панов.