Леонид Радзиховский: Так сохраняется мирская слава

Так что сочинять свои сказки об Италии я не буду. Единственное, что хотел бы отметить, – это, кстати, относится не к Италии, а к России – с каждым приездом видишь, как РЕЗКО вырастает число наших туристов на родине европейской (в том числе, разумеется, и русской) культуры.

По официальным оценкам, в 2007-м в Италию ездило свыше 350 тыс. российских туристов. На самом деле это ничтожное количество из общего числа почти 50 млн человек, приезжающих в Италию каждый год. Но цифры цифрами, а так просто обалдеваешь – экскурсии в музеи идут сплошняком на русском языке, русскую речь слышишь постоянно, примерно как английскую и чаще немецкой! Конечно, это акустический обман, неизбежный для русского человека, но отделаться от ощущения «кругом – наши!» просто невозможно.

В начале XVIII века, когда молодыми, растущими были еще Англия и Франция, Италия была уже мудрой старой черепахой Тортилой

Кстати, в основном наши туристы – самые обычные люди в районе 20–30 лет, весьма среднего достатка, и многие явно не москвичи. Попадаются, конечно, и представители политической элиты – так, я случайно встретился там с одним из самых ярых обличителей мирового империализма и коварных замыслов НАТО, видимо, скрепя сердце приехавшего изучать врага прямо в логово…

В общем, когда смотришь на толпы наших в Италии (как и вообще в Европе), с удивлением понимаешь, что жизнь есть и за пределами ТВ-шоу. И пожалуй, жизнь даже посильнее ТВ будет! Так что слухи об «оборонном сознании», «антизападных настроениях» и прочих прелестях все же немного преувеличены производителями этих самых слухов и настроений…

Но вернемся в Италию.

Итак, можно не срамиться, не сообщать свои свежие открытия об искусстве, природе Италии и т.д.

Но вот вопрос, который хочется обсудить, – как в ней жить «сторожем при музее»? Какие растения вырастают под лучами погасшей звезды?

Вопрос, понятно, туристический и праздный. Но все же не совсем.

Ясно, люди живут своей жизнью и все такое прочее, ходят по улицам, не стукаясь носом об очередную статую Микеланджело или Бернини, «понаставили тут!». Но все же, все же…

Мы в России живем своей сегодняшней полной жизнью – плохой или хорошей, но СЕГОДНЯШНЕЙ, живем с чувством естественного эгоцентризма, «здесь и теперь». Это оправдано – страна «только создается» (в который раз, кстати?). Но у итальянцев-то ситуация другая!

Ну вот, скажем, человек живет в Италии и картины рисует. Кто он? «Итальянский художник». Странновато звучит, нет? Примерно как «иерусалимский проповедник» или «афинский философ», хотя как еще прикажете называть священника, работающего в Иерусалиме, или преподавателя философии в Афинском университете?

Или «итальянский политик».

После Римской республики и империи, титанов Возрождения и прочая, и прочая, и прочая – ВСЕРЬЕЗ обсуждать, кто станет 128-м по счету министром внутренних дел, на сколько процентов изменится ставка подоходного налога, чем кончится забастовка мусорщиков в Неаполе?!

С другой стороны, уже в поздней Италии появились такие пассионарии, как Гарибальди или, извините, Муссолини. Да и «красные бригады» совсем не считали свою деятельность маскарадной, вполне серьезно убивали-умирали, видно, не комплексуя по поводу того, какие великие спектакли сотни лет до них шли на местной политической сцене.

«Солдаты, с вершин этих пирамид на вас смотрят тысячелетия!» – так, кажется, выразился еще один великий итальянец, тоже совсем не смущавшийся теней Хеопса, Рамзеса, Цезаря, Антония и прочих.

Вот и вопрос: как же добиться, чтобы тысячелетия смотрели в упор, но не клали мраморные руки на плечи (а то и на горло)? Чтоб они не задавали такой масштаб (вполне адекватный!) твоим мыслям-чувствам-желаниям, при котором невольно сам смеешься над своим и своих планов ничтожеством и в голове крутится «sic transit gloria mundi», «nib sub sole novum» («ничто не ново под Солнцем»)? Как детям великих родителей не сутулясь жить самим, без усмешки жить, «как в первый раз», если живешь ты при этом все-таки рентой с прошлого? И финансово: чуть не главная статья доходов – туризм, в Италию с ее 58 млн населения в год приезжает, повторяю, около 50 млн человек. И зрительно: итальянские города (особенно, понятно, Венеция) почти не изменились за последние сотни лет. И ментально: конечно же, подняться «над Возрождением» культура Италии (как, впрочем, и всего мира) не может. Но «остальной мир» не живет хотя бы физически в тени Микеланджело и Леонардо. (Может быть, единственная в Италии область искусства, свободная от «конкуренции с Возрождением», – кино. И может быть, поэтому в ХХ веке именно в кино Италии появились свои титаны?)

Мы в России часто решаем этот вопрос с подростковым радикализмом: новые поколения пишут с белого (хоть не всегда идеально чистого) листа. «Мы так удивительно шествуем во времени, что, по мере движения вперед, пережитое пропадает для нас безвозвратно. Это естественное последствие культуры, всецело заимствованной и подражательной. У нас совсем нет внутреннего развития, естественного прогресса; прежние идеи выметаются новыми, потому что последние не происходят из первых, а появляются у нас неизвестно откуда». Конечно, Чаадаев (как положено вольнопрактикующему русофобу) хватанул малость: он еще не знал, что время, когда он сочинял «Философические письма», назовут «золотым веком», что оттуда, из той самой «гоголевской «Шинели» и от «веселого имени «Пушкин», растут мощные корни русской культуры. Да и политические традиции николаевской России, «самодержавия-православия-народности», будут воспроизводиться на разных витках державной спирали, вплоть до сегодняшнего дня.

Вместе с тем в горьких словах Чаадаева (а Маяковский, наоборот, с восторгом воспевал ровно то же самое: «Другим/ странам/ по сто./ История – / пастью гроба./ А моя/ страна –/ подросток, –/твори,/ выдумывай,/ пробуй! … Лет до ста/ расти/ нам/ без старости») есть, конечно, много правды.

Россия – молодая. Учебник истории не давит на плечи: он, правда, писан кровью, зато относительно тонкий, как всегда и бывает с «первыми главами». Наша реальная, живая культурная история – те самые 200 лет «от Пушкина», а политическая история – 300 лет «от Петра». В этом смысле Россия похожа на США, где сотни лет истории до провозглашения независимости (в том числе почти 200 лет истории британской колонизации) являются лишь черновой «предысторией». Разница между нами в траектории движения – у нас больше «открытых переломов», чаще «до основанья, а затем…», и в моторе: у нас – «внешнем» и «механическом», у них – «внутреннем» и «органическом». Но сравнение США и России – совсем другая тема. Во всяком случае, энергия, пассионарность молодых наций и молодых культур объединяют Евразию и Новый Свет.

Старая Европа и ее «материнская яйцеклетка» Италия (особенно Северная Италия) – другие.

«Где силы брал он, чтобы жить так долго?»

Великий итальянский историк Вико, может быть, одним из первых задумался над этим вопросом, и это естественно – где же еще об этом думать, как не в Италии! В начале XVIII века, когда молодыми, растущими были еще Англия и Франция, Италия была уже мудрой старой черепахой Тортилой. У англичан и французов (не говоря уж о «совершенных дикарях» немцах и русских) все еще было впереди – империя, претензии на мировое господство, на доминирование в культуре и науке Европы.

Итальянцы уже тогда все это прошли: ТАКУЮ империю, только эпигонами которой были Наполеон, Британия викторианского века, Гитлер, Сталин, СССР-сверхдержава, сегодняшние США и т.д. Италия прошла и через ТАКОЕ абсолютное доминирование в мировой культуре, о каком мечтать не смела ни одна другая страна (разве что сейчас «варварская культура» США).

Вот тогда, исходя из ситуации Италии, Вико и сформулировал свой закон смены исторических эпох : история богов – история героев – история людей. Италия первой, с опережением на века прошла первые два периода и, исчерпав их, подошла к истории людей (правда, и в XIX, и в ХХ веке у нее были и «обратные прорывы-провалы» в историю героев – упомянутые Гарибальди, Муссолини – если это смущает, назовите его «антигероем»).

Люди, помнящие о своих богах, живущие под сенью своих героев и сходящие с ума только из-за футбола – вот так и идет сегодня История в Италии и всей Старой Европе. Такой ценой сохраняют свою славу – или ее мумию?