«Задержание судов и моряков изначально было профилактической мерой. Это была абсолютно адекватная реакция на происходящее. Самый главный результат состоит в том, что с тех пор повторения этих инцидентов не было. Эта история сработала блестящим образом. Сами суда нам совершенно точно не нужны. Пришло время их возвратить владельцам, повторюсь, при понимании, что таких инцидентов не будет и впредь», – прокомментировал возврат украинских кораблей Россией председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев.
Ранее в воскресенье украинские СМИ заявили, что арестованные год назад в Керченском проливе украинские корабли прошли под арками Крымского моста. Они назвали это фактом возвращения судов.
Сообщается, что буксировка украинских кораблей из Керчи началась в воскресенье. К месту передачи их тянут на буксире. Россия собирается передать корабли Украине у мыса Тарханкут в нейтральных водах Черного моря.
Между тем в пресс-службе Пограничного управления ФСБ России по Крыму заявили, что украинские корабли будут переданы Киеву по российско-украинским договоренностям в понедельник, 18 ноября. От подробностей, касающихся процедуры передачи, в пограничном ведомстве воздержались.
Помощник президента Украины Андрей Ермак говорил, что возвращение Украине кораблей находится на «завершающем этапе». МИД России ставил условием передачи Киеву гарантию их сохранности как вещественных доказательств.
Украинские катера «Бердянск» и «Никополь» и буксир «Яны Капу» были задержаны 25 ноября 2018 года. ВМС Украины тогда нарушили российские границы. В результате были задержаны не только корабли, но и их экипажи. Украинские моряки были отпущены из-под стражи в сентябре 2019 года в рамках взаимного обмена заключенными.
Косачев уверен, что в прошлом году украинские военные затеяли долгосрочную операцию с целью ежемесячного, а может, и ежедневного нарушения морских российских границ украинскими кораблями.
«Думаю, изначально планировалась долгосрочная операция, чтобы проверить нас на прочность, проверить статус Керченского пролива, способность России защищать свои территориальные границы.
И мы вынуждены были отреагировать так, как мы отреагировали. Кому-то это показалось чрезмерной реакцией, но это была единственно возможная реакция, чтобы такого больше не происходило в дальнейшем. В итоге чуть ли не единственная хорошая новость в отношениях с Украиной состоит в том, что подобных провокаций больше не проводится», – считает собеседник.
При этом украинским судам, добавляет Косачев, никто не мешает заходить в Керченский пролив или Азовское море, но только при соблюдении установленных норм прохождения российской акватории, который известен всем сторонам.
А суда нам не нужны, пусть ходят по акваториям в соответствии с общепризнанными нормами международного судоходства. Никаких проблем с тем, чтобы зайти в Керченский пролив и Азовское море у этих судов или каких-либо других судов Украины, нет. При условии прохождения акватории в установленном порядке, который известен. А именно: корабли должны были подать заявку на проход через российские воды, чего украинские военные не посчитали нужным сделать.
Возврат украинских кораблей вряд ли как-то улучшит отношения России с Украиной и поможет решению донбасского вопроса.
«Я бы не стал преувеличивать значение происходящего и оценил это событие как технический сюжет для наших отношений. Реальные перемены начнут происходить только тогда, когда украинская власть поймет, что конфликт на юго-востоке – это внутренний конфликт Украины, а не ситуация, привнесенная извне с российской стороны. Когда это произойдет, тогда все пойдет совершенно другим путем», – уверен председатель комитета Совета Федерации по международным делам.
По его мнению, диалог Киева с Донецком и Луганском может получиться, если киевские власти откажутся от нынешней политики национализма и начнут создавать полиэтничную и поликонфессиональную страну.
«Все, что мы делаем в нашей стране, рано или поздно должно происходить и на Украине. Мы обеспечиваем межэтнический мир, согласие и гармонию. И делаем мы это без насилия в отношении этносов, которые проживают на нашей территории. Когда это начнет происходить на Украине, мы будем первыми, кто этот процесс поддержит», – заключает Константин Косачев.