Финляндия конфисковала земельный участок в Хельсинки, на котором находится здание Российского центра науки и культуры (РЦНК). Данный центр был открыт еще при СССР, в 1977 году. После распада Советского Союза центр продолжил свою работу под флагом РФ. Основной задачей учреждения являлось содействие в реализации российско-финских культурных, образовательных, гуманитарных и научных проектов.
Проработал он до апреля 2023 года, а потом финны наложили арест на недвижимое и движимое имущество РЦНК. Тогда финское издание Helsingin Sanomat сообщало, что «замораживание российских активов – временная мера, в течение которой Москве не разрешается распоряжаться имуществом или передавать его в залог». Первоначально арест был наложен на три недели, потом финские власти решили сделать его бессрочным.
Финны долго думали, как поступить с РЦНК – и тут им подвернулся иск, предъявленный России украинским госпредприятием «Нафтогаз» и связанными с ним компаниями. Летом прошлого года «Нафтогаз» подал в суд округа США Колумбия иск о взыскании с России 5 млрд долларов за «утраченное имущество». До возвращения полуострова в состав России «Нафтогазу» там принадлежала инфраструктура предприятия «Черноморнафтогаз» (уровень добычи – около 1,6 млрд кубометров газа в год). Это имущество решением парламента Крыма от 17 марта 2014 года было национализировано. И в 2016 году Киев подготовил жалобы в зарубежные юридические инстанции – с требованием возместить им «убыток».
В 2019 году на сторону украинской компании встал арбитражный суд в Гааге – и обязал Россию выплатить компенсацию, сумма которой должна быть равна «справедливой рыночной стоимости» активов «Нафтогаза» в Крыму. По этому поводу российский Минюст сообщил, что Москва не признает юрисдикцию Гаагского арбитража в этом вопросе.
Однако в апреле 2023 года арбитражный трибунал при Постоянной палате Третейского суда в Гааге вновь обязал Россию выплатить «Нафтогазу» 5 млрд долларов. А недавно «Нафтогаз» заручился еще и поддержкой суда американского округа Колумбия.
В итоге же украинцы обрели полное взаимопонимание с финнами. Глава «Нафтогаза» Алексей Чернышев торжествующе заявил, что соответствующее решение финского суда приблизило «восстановление справедливости». На сайте «Нафтогаза» сказано, что это «первый успешный арест активов за пределами Украины по исполнению арбитражного решения по иску украинских компаний к России».
Поражает наглость, с которой был осуществлен захват имущества – финны даже не потрудились оповестить об этом российское посольство.
Вскоре выяснилось, что имуществом РЦНК список изъятой собственности не ограничился. Также конфискован принадлежащий Российской Федерации прибрежный участок, расположенный близ маленькой деревушки Хеггесбеле в общине Киркконумми (на юге Финляндии). Он включает в себя 17,3 га земельного участка и 3,5 га морской территории. Участок находится недалеко от военной базы Упинниеми – и по мнению финских властей, оттуда россияне могли наладить слежение за стратегическим объектом. Согласно кадастровому реестру, приставы арестовали имущество 24 октября.
Другой арестованный объект находится в общине Сиунтио (на юге Финляндии, в провинции Уусимаа). Участок под названием Леппяранта занимает чуть менее 8 тыс. кв. метров. Данный объект, приобретенный еще в 1973 году торгпредством СССР, тоже находится относительно недалеко от Упинниеми.
Сообщается, что финское государство также конфисковало три объекта собственности РФ на Аландских островах – там, кстати, находится российское консульство, которое финны в 2023 году намеревались закрыть. Финская пресса отмечает, что конфискованную землю российские дипломаты использовали для отдыха.
Окружной суд Хельсинки сообщил о вынесении двух решений, касающихся ареста российских активов – оба документа пока засекречены. Известно лишь, что одно из дел, обозначенное как H 706/2024/6308, связано с «исполнением арбитражного решения». Второе дело – T 706/2024/6305 – связано с «защитной мерой»: арестом имущества на время рассмотрения дела.
Юрист Микко Леппя, представляющий интересы «Нафтогаза», рассказал финскому изданию Yle, что в Суоми уже конфисковано российское имущество на несколько десятков миллионов долларов. Леппя не исключил, что в будущем финские власти могут провести новые конфискации.
Решение финского суда о конфискации российского имущества в пользу украинцев создает прецедент. Ведь по данным финских судебных приставов, в стране заморожены активы россиян на общую сумму около 244 млн евро. В прошлом году сообщалось, что на рассмотрении в судах находятся порядка тридцати исков по поводу замороженных в Суоми активов.
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сообщил, что Москва будет оспаривать действия финской стороны в судебном порядке. «Мы задействуем все правовые механизмы для защиты наших интересов», – подчеркнул Песков. В Москве неоднократно подчеркивали, что попытки изъятия российских активов, доходов от них и имущества являются незаконными.
Российская сторона расценивает такие действия, как мошеннические. Любые неправомерные действия Финляндии не останутся без ответа, подчеркивает и российский МИД. Представитель ведомства Мария Захарова сообщила, что финские судебные власти официально уведомили представительство ФГУП «Госзагрансобственность» в Финляндии об аресте здания в Хельсинки. При этом, как отметила Захарова, в уведомлении отсутствуют какие-либо основания для данного решения.
Уже много говорилось о том, как финны ограбили простых россиян, искусившихся на рекламные объявления о покупке дачи в «тихой и демократической Финляндии». Среди жертв финской «демократии» и «законности» оказались в том числе известные в России персоны.
Так, актеры Лидия Федосеева-Шукшина, Елена Кондулайнен и Александр Пашутин остались без принадлежавших им квартир в финском курортном городке Пункахарью.
Осенью прошлого года Федосееву-Шукшину известили, что ее управляющая компания Asunto Oy Punkaharjun обанкротилась из-за долгов по ЖКХ. По финскому законодательству собственниками многоквартирных домов в Финляндии являются именно УК, а жильцы лишь владеют их акциями. После банкротства УК акции, по сути, уже ничего не стоят. Другими словами, когда управляющая компания обанкротилась, права собственности на квартиры исчезли.
Народный артист России Александр Пашутин рассказал, что когда он покупал в Суоми недвижимость, она стоила там очень немного. «За эти деньги, за которые мы там покупали квартиры, в Подмосковье у нас можно купить только туалет. Поэтому вот там и купили. Вроде бы и рядом. Там каждая третья машина наша была – Петербург, Карелия, Ленинградская область. Они (финны – ВЗГЛЯД) дураки… Там весь бизнес упал», – отметил Пашутин.
А осенью прошлого года финские власти арестовали дачу бывшего президента АвтоВАЗа, академика РАН Бориса Алешина. Стоимость принадлежавшей ему там недвижимости составляет 2,5 млн евро. Известно, что бизнесмен приобрел ее в 2018 году. Поводом к аресту, похоже, стало внесение Алешина в санкционный список ЕС – по причине работы с компаниями военной промышленности.
«Перед нами далеко не первый пример финского грабежа – но если раньше они грабили физлиц, граждан России, то теперь перешли к грабежу непосредственно российского государства.
– говорит газете ВЗГЛЯД доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина. – Там уже давно в парламенте вели дискуссию о том, чтобы изъять объекты российской государственной недвижимости, находящиеся в приграничной зоне».
«Кроме того, финны закрыли границу, прекратили выдачу виз российским гражданам, ввели ограничения на покупку ими недвижимости. Мы уже слышали угрозы о том, что финны могут совместно с эстонцами заблокировать для России Финский залив – как рассчитывают в Хельсинки и Таллине, угрозы такого рода должны посеять в среде россиян панику и смятение. Этого мало – финны пошли на сдачу своего суверенитета, отдав свою территорию в распоряжение блока НАТО.
По сути, мы имеем дело с фактом необъявленной войны – ибо финны поступают в отношении России так, как принято поступать со злейшими врагами. Это, конечно, не означает, что в Хельсинки готовятся впрямую вступить в боевые действия. Они ведут против нас войну иного рода – гибридную и экономическую. Но в любом случае это открытое противостояние и открытый вызов», – подчеркивает Еремина.