Реплика Захаровой была вызвана заявлением главы евродипломатии Жозепа Борреля, по мнению которого главное, чего за год добилась Европа – «смогла остановить» миграционный кризис.
В полемику с Боррелем вскоре вступил и замглавы российского МИД Сергей Рябков. Когда европейский дипломат заявил, что Евросоюз должен быть участником переговоров по выработке правовых гарантий безопасности между Россией и НАТО, замминистра парировал: пожелание принято к сведению, но говорить Москва все равно намерена только с Вашингтоном. Отношение России к ЕС как к недоговороспособной структуре может быть следствием значительных изменений в политическом ландшафте Европы.
Новые канцлеры и старые проблемы
В декабре Австрия и Германия обрели новые правительства и канцлеров. Свежеиспеченный немецкий лидер Олаф Шольц уже начал портить отношения с Россией. Хотя, по мнению политолога Александра Рара, Шольц в ближайшей перспективе все же настроен продолжать курс, который был задан еще при Ангеле Меркель.
«Но в последние несколько лет немецкие власти хотят провести «зеленую» революцию, отказавшись от угля, атома и даже газа», – пояснил собеседник газеты ВЗГЛЯД. «Из-за этого, я думаю, Берлин уже с 2022 года начнет терять свое лидерство в Европе, все больше уходя в утопию и пытаясь силой продавить «зеленые» сделки с соседями. Другие страны-участницы ЕС не идут за немцами – на них смотрят, как на безумцев», – подчеркнул он.
Будущее дружественной для России Австрии менее однозначно – в 2022 году там должны пройти выборы главы государства, к которым сейчас активно готовится новый канцлер Карл Нехаммер. «Он и правящая партия (Австрийская народная партия) должны вновь завоевать доверие людей после скандальной отставки Курца. Намечается сильное внутреннее противостояние, из-за которого Вене будет не до Европы», – считает Рар.
Отберут ли у Макрона Елисейский дворец?
Во Франции определились конкуренты действующего президента Эммануэля Макрона на выборах 2022 года. Один из возможных фаворитов гонки – скандальный писатель Эрик Земмур, которого мнят «французским Трампом». С другой стороны, опросы показали, что Макрон может проиграть кандидату от правоцентристов Валери Пекресс, которая в настоящее время возглавляет крупнейшую провинцию страны Иль-де-Франс и ранее проходила стажировку в России.
Впрочем, Макрон может отказаться от попытки переизбрания, полагает французский публицист Дмитрий де Кошко. «Его «заказчики» – участники трансатлантических олигархических кругов – могут этого не захотеть. Саркози второй мандат не получил, Олланд, продолжением которого и является Макрон, тоже не переизбрался», – напомнил собеседник.
«Я не исключаю, что Макрон может преследовать европейские, а не президентские амбиции. В июле будет избираться новый глава Еврокомиссии, которым, на мой взгляд, может стать Макрон»,
– допустил Кошко. «Если же он захочет остаться в Елисейском дворце, у него пока есть все шансы: в его руках административный аппарат, СМИ, санитарное положение, дающее жесткий контроль над населением. Но у президента нет мэров и советников на местах. Это его главная слабость», – обратил внимание эксперт.
Земмура и Пекресс со счетов тоже списывать нельзя. Первый «выехал» на «запрещенных» темах – миграции и гендерной политики, а вторая призвана «заменить Ле Пен», считает собеседник. «У обоих есть сторонники и, что важно, оба вроде бы не русофобы. С Пекресс я лично общался, она знает Россию, выражается доброжелательно», – отметил Кошко.
«Земмура же поддерживают в кругах олигархии и номенклатуры. Правда, есть мнение, что за внезапным успехом Земмура на политическом поприще скрывается некий «кукловод». По слухам, это миллиардер Венсан Боллоре, затаивший обиду на Макрона после 2018 года. Тогда Боллоре задержали по делу о коррупции. Он ожидал, что Макрон поможет его «отмазать», но президент этого не сделал», – поведал журналист.
Конфликты Лондона и Парижа
В конце октября Париж серьезно поругался с Лондоном: между ними с новой силой разгорелась «гребешковая война», также был конфликт из-за создания альянса AUKUS. В довесок в декабре появилась информация, что Макрон в сердцах назвал премьера Британии Бориса Джонсона «клоуном». Эту перепалку Кошко объяснил обидой Макрона на британское руководство. Даже после Brexit Соединенное Королевство остается «первым союзником» США.
«Я бы сказал, первым среди равных по отношению к «хозяину», то есть Америке. Макрону с этим трудно смириться: он хотел бы быть ближе к «хозяину», но этому не бывать просто потому, что англичане и американцы имеют единые англосаксонские корни. Французов они, так уж вышло, немного презирают»,
– пояснил собеседник.
«Отчасти отсюда и споры о рыболовстве, и обзывательства со стороны Макрона в адрес Джонсона. Уверен, что брошенное французским президентом оскорбление было сказано во время какого-нибудь обычного служебного разговора, а затем намеренно раздуто его пиарщиками. Может, чтобы привлечь голоса рыбаков на грядущих выборах», – заключил Кошко.
Польша ссорится с ЕС
В декабре Польша стала первой европейской страной, сделавшей шаг к развалу ЕС. Она пригрозила перестать отчислять средства в общеевропейский бюджет. Во многом это связано с концептуальным конфликтом между руководствами страны и Евросоюза. В Брюсселе считают, что учреждение в Польше дисциплинарной палаты, которая получит возможность отстранять от работы судей на любых уровнях, это покушение на независимость судебной системы. Варшава не соглашается и отвечает: это Евросоюз вмешивается в ее суверенные дела.
И этот конфликт в 2022 году только усугубится, полагает директор Европейского центра геополитического анализа Матеуш Пискорский. По его мнению, Варшава, несмотря на ссору с Брюсселем, никогда не отречется от Евросоюза полностью. «Я вообще отрицаю вероятность выхода Польши из ЕС. Союз финансирует большую часть наших инвестиционных проектов, он по большему счету – единственный источник денежных поступлений после собственно польской экономики. При этом экономика страны очень тесно связана с Германией по линии ЕС», – указал Пискорский.
«Выход из Евросоюза обернется для Польши полномасштабным финансовым кризисом»,
– считает он. «Что касается изменений внутри самой Польши, то у нас главное ожидаемое событие – выборы 2023 года. Однако серьезных внутриполитических изменений даже после самих выборов я не ожидаю», – рассказал собеседник.
Брюссель теряет позиции на востоке
Ссориться с Брюсселем по инерции продолжат еще несколько стран Восточной Европы. В середине декабря венгерский премьер-министр Виктор Орбан обвинил ЕС в подорожании ресурсов. Претензии на этот счет, по его словам, накопились у уже упомянутой Варшавы, а также Словакии и Чехии. Они предложили свои меры по изменению ценообразования на энергоносители. Орбана, кстати, в ЕС не очень любят за партнерство с Россией, а венгерская оппозиция даже подыскала ему замену.
«Дело в том, что Евросоюз накладывает весомые ограничения на государства, чья энергосистема завязана на углеводородах. В попытке уделить внимание климатическому вопросу Брюссель проводит очень непродуманную, по мнению ряда стран, политику в этой сфере. По сути, она противоречит их интересам», – пояснил Пискорский.
Нестабильная Италия
Любую критику на свой счет ЕС, по всей видимости, не переносит на дух. Чего только стоит история экс-вице-премьера Италии Маттео Сальвини, который еще в марте прошлого года назвал Евросоюз «гнездом змей и шакалов». Это фраза прозвучала на фоне уже тогда нараставших внутренних противоречий в ЕС и медлительности в борьбе с коронавирусом. Вскоре не без участия ЕС правительство, в составе которого были члены партии Сальвини «Лига», развалилось.
В этом контексте интересен новый Договор об укреплении двусторонних отношений, подписанный Италией и Францией в начале декабря. СМИ почти не замечали этот документ, называя его «в высшей степени символичным». Однако эксперты считают, что этим соглашением Рим и Париж стремятся снизить влияние Германии на Евросоюз. Пока Брюссель не дал четкой реакции на договор, но это не говорит о том, что действия Италии и Франции не были замечены.
Риски для России
Цепочка приведенных выше событий и фактов свидетельствует о том, что Жозеп Боррель действительно преувеличивает, когда говорит о хоть каких-то успехах евродипломатии. «Brexit завершается с трудом, в новом правительстве Германии нет лидера уровня Ангелы Меркель, Франция приближается к президентским выборам, а у Макрона шаткое электоральное положение. Все это осложняет внешнеполитическую работу ЕС», – заявил газете ВЗГЛЯД генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов.
«Напряженность внутри Евросоюза продолжает усиливаться, потому что, на мой взгляд, компетентность руководства ЕС не соответствует уровню тех вызовов и проблем, которые на него обрушиваются», – сказал зампред комитета Совета Федерации по международным делам Андрей Климов. По его мнению,
менеджмент Европейского союза не занимается внутренними вопросами, но «очень увлекается политическими авантюрами за пределами своих границ».
«Они втягиваются в проекты, далекие от реальных интересов стран и народов ЕС, что еще сильнее усложняет им работу», – считает сенатор. «С точки зрения геополитики Евросоюзу ничего не грозит: захватывать его никто не будет, в ближайшее время он не распадется. Но сами европейцы могли бы жить лучше», – добавил он.
«На мой взгляд, для Европы главный фактор этого года – уход национал-популизма, который был популярен в предыдущие годы. Весь последний год либеральная Европа зализывала раны и в этом качестве она себя восстановила», – сказал философ Борис Межуев. «Я не исключаю, что следующий год еще больше сплотит Европу и США вокруг атлантизма и атлантистских ценностей. А лидерство в этом вопросе хочет захватить Германия», – уточнил он. По мнению политолога,
«Европа уходит от России, а мы уходим от Европы» – такими и будут отношения Москвы с Брюсселем в 2022 году.
При этом разногласия внутри стран ЕС никуда не денутся, и Россия могла бы ими воспользоваться в своих интересах, в том числе – экономических, добавляет эксперт. «А политически – можно создать и возглавить своего рода альянс консервативных демократий в противовес альянсу либеральных демократий. В него можно включить «изгоев» либерального процесса из Европы, например, Венгрию», – сказал Межуев.
По его мнению, альянс должен представлять собой «некий срединный мир между Китаем и либеральными западными демократиями». «В него также могли бы войти Польша, Израиль, Индия, Япония. Это было бы очень непросто. На государственном уровне это сделать едва ли возможно, но стоит попытаться воплотить идею на уровне гражданского общества», – предположил собеседник.