Выборы в Бразилии создали парадоксальную ситуацию одновременно для России и для США: им было крайне трудно определиться со своими симпатиями и, по сути, пришлось симпатизировать обоим основным претендентам на пост главы государства в крупнейшей стране Латинской Америки. Это при том, что кандидаты – антагонисты почти во всем.
Действующего президента Жаира Болсонару левые в Бразилии и на Западе называют «ультраправым популистом». Он националист с резкими суждениями, традиционалистскими взглядами и грубыми шутками. При этом неоднократно заявлял, что готов действовать как верный солдат США в борьбе за доминирование общих ценностей на мировой арене.
Главный кандидат от оппозиции Луис Инасиу Лула да Силва (на родине зачастую – просто Лула) ранее уже возглавлял Бразилию и был тогда чрезвычайно популярен внутри страны. На международной арене он стал одним из отцов-основателей БРИКС, а его президентство рассматривалось в Америке как важнейшее свидетельство левого «антивашингтонского» поворота на континенте, который США считали своим «задним двором» и долгие годы единолично контролировали в соответствии с «доктриной Монро».
В период нынешней избирательной кампании Лула критиковал политику США и НАТО в отношении Украины, заявляя, что военная помощь Киеву осложняет и ужесточает конфликт, что в общем-то идентично позиции Кремля.
Казалось бы, очевидно, кому и за кого в такой ситуации нужно болеть. Но есть нюанс. Даже несколько нюансов, но все идеологического характера.
Дело в том, что верным солдатом американской империи Болсонару хотел быть при идеологически близком ему президенте США, которого называл «учителем», то есть при Дональде Трампе. Его самого постоянно называли «бразильским Трампом» к видимому удовольствию бразильца. Падкий на подхалимаж американец отвечал Болсонару взаимностью и даже предложил включить Бразилию в НАТО, чтобы разбавить чересчур либеральных и глобалистски настроенных европейцев такими, как он сам.
Но потом Трамп проиграл выборы, а Демократическая партия к тому моменту уже успела убедить себя и сторонников, что Болсонару действительно «как Трамп» – расист, сексист, гомофоб, ковид-диссидент, в общем, абсолютно невозможный и неприемлемый политик. В то же самое время для левого крыла демократов Лула практически «свой человек».
Справедливости ради стоит заметить, что «это вот всё» в случае Болсонару было выражено гораздо ярче, чем в случае Трампа. Так между ним и Вашингтоном пролегли неразрешимые противоречия.
На этом фоне бразильский лидер получил от Владимира Путина приглашение посетить Россию – и принял его. Российские власти, судя по всему, беспокоило, что при Болсонару может пострадать не только двустороннее сотрудничество, но и сам формат БРИКС, тем более что он откровенно стагнировал в период бразильского в нем председательства, и непонятно, что стало основной причиной этого – пандемия или давление со стороны США.
В итоге Болсонару посетил Москву за неделю до начала специальной военной операции на Украине и сказал там про Россию много хорошего, а после начала спецоперации вел себя в отношениях с РФ и США так, как и подобает себя вести националисту. Подчеркнув, что его приоритет – национальные интересы страны и ее экономики, наотрез отказался вводить против РФ санкции и вообще как-либо осуждать ее, предсказав победу в конфликте с Киевом.
Начиная с февраля импорт из РФ в Бразилию вырос на 166%. В процентном отношении больше он увеличился только в случае Индии (430%) и Турции (213%). Правда, в общем объеме торговли (экспорт плюс импорт) темпы роста Бразилии только 106%. Экспорт оттуда в Россию упал из-за падения спроса на зарубежные товары как таковые.
В общем, у Москвы были все основания находиться «над схваткой». Там она и находилась. Когда Владимира Путина в ходе открытой сессии дискуссионного клуба «Валдай» попросили прокомментировать бразильские выборы, он заявил, что Россия считает Бразилию важнейшим партнером в Латинской Америке и сделает все, чтобы отношения развивались и в будущем, а от фамилии президента это не зависит.
«Мы в хороших отношениях с господином Лулой, мы в хороших отношениях с господином Болсонару, мы не вмешиваемся во внутриполитические процессы. И это самое главное», – сказал президент РФ.
Однако и он, и его американский коллега Джо Байден направили Луле поздравления с победой еще до того, как Болсонару признал свое поражение. На момент публикации этого материла признания все еще не было, а из-за относительно небольшого разрыва между кандидатами не исключен сценарий, при котором Болсонару опять поступит «как Трамп», то есть попытается оспорить официальные результаты, что чревато риском гражданского противостояния. В штабе пока еще действующего президента уже заявили о «признаках фальсификации».
Болсонару в 2018 году удалось взять власть только из-за острого кризиса в Партии трудящихся, при Силве – правящей. В коррупции обвиняли все партийное руководство – и его самого, и его преемницу Дилму Русеф, которая пригласила бывшего главу государства на пост главы своей президентской администрации. Это было расценено как попытка спасти экс-президента от прокуроров, Русеф был вынесен импичмент, а Лулу осудили на 12 лет тюрьмы.
Впоследствии верховный суд полностью оправдал Лулу, что открыло ему возможность для нового переизбрания. Считалось, что он легко одолеет Болсонару, но действующий глава государства навязал ему серьезную борьбу и превысил свой прогнозируемый результат на 8–10 процентных пунктов.
В первом туре Лула получил порядка 48% голосов, а Болсонару 43%. Во втором туре результат Лулы 50,9%, разрыв с действующим главой государства составил менее двух процентных пунктов.
До того, как были подсчитаны две трети голосов, Болсонару вообще лидировал. Его сторонники объясняют дальнейшее отставание от Лулы как раз таки фальсификациями, но более вероятно, что в них нашла отражение особенность бразильской электоральной географии.
Как и, например, во Франции, бразильская провинция в массе своей голосует за правого популиста, однако в крупных городах однозначно лидирует более левый кандидат, что во Франции объясняется концентрацией мигрантов, а в Бразилии огромными фавелами – трущобами, населенными малоимущими избирателями Лулы. Из малых населенных пунктов результаты поступают быстрее, чем из крупных, где нужно обработать больший объем голосов. Отсюда и первоначальное лидерство Болсонару.
С учетом экстравагантной личности пока еще президента, он действительно может рискнуть гражданским миром и станет отрицать победу Силвы, которую сторонники последнего уже празднуют на улицах.
Легко новому-старому президенту в любом случае не будет – бразильский парламент сейчас контролируют правые. Но вне зависимости от хода внутриполитической борьбы нет повода ожидать того, что отношения России с этой «важнейшей из стран Латинской Америки» могут ухудшиться. Редкий случай, когда так свезло.