Ирина Фарион была одной из наиболее радикальных и символических персон современного украинского национализма, и поэтому о ней газете ВЗГЛЯД приходилось писать не раз и не два. Но сложно было представить, что однажды придется писать о ней некролог. Пани Фарион была воплощенным злом, а разве зло может умереть? Оказалось, может.
И тем не менее финал Фарион выглядит закономерным. По сути, случившееся 19 июля 2024 года – самое громкое самоубийство в новейшей истории Львова. А возможно, и в масштабах всей Украины. По крайней мере, если считать с момента ее незалежности.
Фарион – отнюдь не аксакал украинской политики. Те, кто в далеком 2010-м наткнулся на былинный ролик «Фарион в детском саду», с удивлением узнавали, что еще несколько лет назад никакой Фарион в общеукраинском масштабе не было. Дальше Львова (а вернее – дальше ее родной «Львовской политехники») ее никто не знал. Она даже депутатом Верховной рады (ВР) стала не с первого раза, начав (и закончив) свою политическую карьеру как депутат Львовского областного совета.
В политику она пришла в 2005 году как член националистической партии «Свобода»*. Радикальность взглядов, умение выступать (преподаватель украинского языка, как-никак) быстро выдвинули ее на первые позиции.
По сути, она стала брендом партии, ее лицом. И по известности вскоре уделывала любого другого партийца, включая и тогдашнего лидера «Свободы» Олега Тягнибока. Тот тоже не пряник. Но если сравнивать их по упоротости – это Ахиллес и черепаха.
К тому же Фарион никогда не притворялась, она действительно верила в то, что проповедовала. Феномен ее резкого старта и популярности у определенных слоев населения Украины весьма прост. Эти люди годами ждали политика, который разожжет в них ненависть.
«Я освобождаю людей от отягощающих ограничений разума, от грязных и унизительных самоистязаний химеры, именуемой совестью и моралью…» – вот такого они хотели. И до поры до времени не находилось! Ни в одной из полунацистских партеек, годами служивших только пугалом для избирателя. Даже на Галичине все эти УНА-УНСО* набирали какой-то мизер, достаточный лишь для заседания в сельсоветах.
И «Свобода» не двинулась бы дальше сельсоветов. В 2004 году после скандального выступления на горе Яворына Ющенко вышвырнул Тягнибока из пула политических партий, двигавших его на президентство: по тем временам открытый антисемитизм был чересчур даже для Галичины. Примерно тогда же от партии Тягнибока откололось молодежное крыло (позднее они превратятся в известный нам нацполк «Азов*»*). Так что Фарион во многом спасла «Свободу». И во многом благодаря ей она вошла сначала в облсовет, а затем и в ВР.
Наконец, Фарион всегда была убежденной противницей украинского варианта «борьбы нанайских мальчиков» – политтехнологии, в рамках которой власть использовала националистов как пугало для избирателя. «Вы же не хотите, чтобы власть взяли вот эти нацисты? Значит, голосуйте за умеренных патриотов».
Профессор, доктор наук, преподаватель – всем своим видом она демонстрировала новую политическую норму. В рамках которой образ украинского националиста переставал быть похожим на карикатуры из журналов «Крокодил» и «Перець». Вернее, оказалось, что можно быть именно таким карикатурно-дремучим нацистом, но выглядеть при этом респектабельно. Радикальный украинский национализм перестал быть уделом идейных стариков-фанатиков, туда потянулась молодежь.
В этом смысле Фарион – повивальная бабка новейшего украинского нацизма. Фигура, вполне достойная стать рядом с Донцовым и Бандерой, которых она так почитала.
Как раз поэтому конфликт Фарион с «Азовом*» (примерно год назад Фарион сцепилась с русскоговорящими вэсэушниками, в том числе служащими в «Азове»; по ее мнению служить в украинской армии и говорить на русском – нонсенс, а все, кто так делает, – москали), с первого взгляда, необычен. Как так, ведь «Азов» – самые настоящие идейные нацисты, почитатели Бандеры, УПА*, ваффен СС «Галиция» и прочих персонажей подобного рода. Ну говорят как хотят и умеют – да и пусть. Главное, что нужное, нацистское дело делают.
А вот и нет. Следует отдать покойной должное: на компромиссы в принципиальных вопросах она не шла. Она бы, пожалуй, и Бандеру поставила к стенке, вздумай он на русском заговорить.
Однако в итоге пуля нашла ее саму. Кто мог это быть? Киевский режим, разумеется, уже ищет «российский след». Однако искать надо, скорее всего, среди поклонников обиженных ею «азовцев». Угрозы поступали и прежде, но как раз недавно суд восстановил ее в качестве преподавателя во «Львовской политехнике». Возможно, это и спровоцировало покушение.
Самое время объяснить, почему случившееся по сути является самоубийством. Делом жизни Фарион были украинский язык и ненависть. Не только к русскому языку и к русским. Скорее, к тем, кто не разделяет ее преклонения перед украинским языком и мечтой о тотально украинизированной Украине. Украине, в которой украинцы в их наиболее радикальном изводе наконец-то возьмут реванш. За все и у всех. Откроют и предъявят все счета и обиды. Начиная, понятно, с русских, а там и до остальных очередь дойдет.
Что ж. Оказалось, что научиться ненависти куда проще, чем выучить украинский язык. Оказалось также, что в гражданской войне знание украинского не особо-то и помогает. В отличие от умения ненавидеть – оно куда полезнее. Только вот Фарион с этим не соглашалась: ей были нужны только идеальные украинские нацисты. Как на плакате.
В 2015 году Фарион громко аплодировала убийству Олеся Бузины, плясала над трупом, слала проклятия. Только вот так вышло, что убийца у них один: ненависть, которую Фарион (и такие как Фарион) годами выкармливали в украинском обществе.
По работе и награда, по мощам и елей. И ноль злорадства. Чему радоваться-то? Она ведь как горьковский Данко вырвала свое черное сердце. И гореть оно будет еще долго.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ