Польские спецслужбы слили в прессу (по крайней мере, так это выглядит) неожиданное обоснование конфликта, который идет между Киевом и Варшавой в последние несколько месяцев. Речь ни много ни мало о попытке слежки за президентом Анджеем Дудой со стороны украинцев.
«Маячок» в машине, которая входит в кортеж главы польского государства, обнаружили еще в начале лета, но широкой публике стало об этом известно только в конце октября. Спустя несколько дней всплыли подробности – «след ведет на восток». То есть на Украину.
Во-первых, «жучок» с GPS выявили на том «борту», который имел вспомогательный характер и был присоединен к кортежу президента в рамках его поездки на Украину. При этом сам Дуда скомпрометированным автомобилем не пользовался, но люди из его окружения – да.
Во-вторых, есть информация, что обнаружила «жучок» не служба безопасности президента, а службы на польско-украинской границе.
Это, помимо прочего, указывает на возможный конфликт внутри польских силовых ведомств как причину запоздавшего «слива».
Но у польских СМИ, которые обо всем этом пишут, своя версия: во всем опять виноваты русские. Это у польских журналистов такая профессиональная аберрация: где бы что в Восточной Европе ни случилось – обвиняй Россию. Привыкнув так мыслить – бывает трудно остановиться.
Но польские силовики и канцелярия Дуды, где наверняка знали о «жучке» с самого начала, должны мыслить шире, их работа обязывает. Поэтому более очевидного виновника – украинских коллег – они наверняка рассматривали. И как-то так совпало, что отношения властей Украины и Польши начали резко портиться примерно после того, как обезвредили «жучок».
Формально главным камнем преткновения выступило украинское зерно, которое поляки отказывались пускать к себе из-за демпинга цен и протеста фермеров. В Киеве решили подать в суд, чего в Варшаве совсем не поняли – и конфликт стал развиваться, приобретя сразу несколько измерений: от перебранок между дипломатами до расковыривания старых ран (в первую очередь истории Волынской резни).
Осенью, на пике парламентской избирательной кампании, партия власти, уже нисколько не смущаясь, объявляла украинских производителей угрозой для Польши и обещала себя вести с вчерашними «друзьями» и «братьями» построже.
Теперь стал известен еще один повод для пересмотра отношений. Оказывается, украинцы почувствовали себя крутыми, как американцы, которые тоже прослушивали ближайших союзников (например, канцлера Германии Ангелу Меркель) – и им потом за это ничего не было.
Это тоже аберрация сознания, но уже другого – национального. Можно считать, что украинцы, как и американцы, наглы или даже наглее, но при этом они точно завышают свое значение для человечества. Если США как союзник – это источник денег и возможностей, то Украина как союзник – это «черная дыра», безвозвратно затягивающая в себя ресурсы, но также и крайне токсичное политическое пространство, разрушившее уже не одну карьеру – от премьера Британии до спикера парламента Канады.
В таких условиях нужно вести себя скромнее, но украинцы не умеют, поэтому экономический конфликт с поляками быстро стал политическим, а теперь еще и вскрылся как личный. Дуда на шпионаж наверняка обиделся, а ведь только в прошлом году он братался с Владимиром Зеленским, строил с ним планы по «цивилизационному объединению» и даже делал конкретные шаги для унификации законодательств двух стран.
Это был медовый месяц народов, которые боролись друг с другом на уничтожение на памяти еще живых свидетелей.
Можно было бы сказать, что украинский извод польского гонора все это благолепие погубил, как губил уже многое, но это не совсем так. Польша сейчас – единственное место, где Зеленскому везет.
Его жизнь последние недели – это нескончаемая черная полоса на пространстве от Вашингтона до Авдеевки.
Так называемое весенне-летнее контрнаступление ВСУ провалилось. Партнеры в США перебирают старые грехи и требуют провести на Украине выборы. Неприятели в Конгрессе «зажали» порядка 60 млрд долларов и планируют тянуть время дальше. Со стороны ЕС примерно столько же «допомоги» застряло благодаря вето Венгрии и присоединившейся к ней Словакии, где власть сменилась худшим для Зеленского образом.
А самое главное, что теперь Киеву приходится конкурировать за западные деньги и оружие с Израилем, на который переключилось все международное внимание. Президент Украины больше не герой мировых СМИ. Он – напоминание о проблеме, о которой хочется забыть (хотя, конечно, не получится).
Но в Польше Зеленскому поперек тренда свезло, потому что те самые парламентские выборы, которые правящая партия накачивала антиукраинским негативом, соратники Дуды все-таки проиграли. Это перезагружает конфликт Киева и Варшавы и обнуляет в нем личное: новым премьером станет бывший председатель Евросовета Дональд Туск, которого можно считать организационным и политическим продолжением Урсулы фон дер Ляйен.
Так что про «жучок» в автомобиле президента теперь можно и забыть. Больше не Дуда в Варшаве решает.
Конечно, шпионский скандал должен иметь для Киева издержки еще и интернациональные – репутационные. Понятно, что у украинцев кризисная ситуация, а потому им было до смерти интересно знать, что говорят натовские партнеры за украинской спиной (эдакий аналог шпионажа за женой из страха, что она готовится уйти к другому). Но это подлый прием и «выход за флажки» в поведении с союзниками, которым нынешний режим в Киеве обязан буквально всем.
Но не нужно питать иллюзий: репутационные издержки бывают только у тех, у кого хорошая или нейтральная репутация, чего невозможно сказать про Украину и ее руководство. У Запада было достаточно времени, чтобы разобраться в особенностях местного гонора и в перспективах украинской армии.
Как заявлял все тот же Виктор Орбан, все вполне очевидно, просто «политики не смеют сказать, что выбрали плохую стратегию».
И каким бы ни был при этом имидж украинской власти, последствия таковы, что украинский народ был сочтен объектом, которым можно пожертвовать, направив его на терку истории ради идеи сдерживания России и заработка людей в Америке. В итоге Украина заплатит столь дорого, что ущербом от «жучка» в машине польского пана можно и пренебречь.
Иное – это как вспоминать копеечный долг смертельно больному. Не очень по-европейски и совсем не по-христиански. Даже поляки должны быть выше подобного.